проповедь в неделю 4 по пятидесятнице читать
Храм Святителя Николая Мирликийского в городе Лекко — Parrocchia San Nicola di Myra
Русская Православная Церковь Московского Патриархата / Parrocchia di San Nicola di Myra a Lecco del Patriarcato di Mosca Chiesa Ortodossa Russa.
Неделя 4-я по пятидесятнице.
В НЕДЕЛЮ 4-Ю ПО ПЯТИДЕСЯТНИЦЕ.
ОБ ИСЦЕЛЕНИИ СЛУГИ РИМСКОГО СОТНИКА.
Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!
Возлюбленные во Христе братия и сестры, сегодня нам было предложено дивное евангельское благовествование о чудесном исцелении Господом нашим Иисусом Христом слуги римского сотника. Капернаумский сотник, слугу которого исцелил Иисус Христос, — личность очень светлая и добрая и во многом может послужить нам примером для спасительного подражания. Язычником был сей человек, но обнаружил пред Господом такую веру, что удивился Христос: подобной веры, как засвидетельствовал Сам Спаситель, Он не нашел и в Израиле. Ничему не удивляется Господь, — говорит святитель Иоанн Златоуст, — ничьей мудрости, ни уму, ни красоте этого мира, ни дивным событиям, которые происходят в истории. Он удивляется только вере и ее только ищет.
В чем же именно обнаружил капернаумский сотник особенную веру, которая удивила Христа Спасителя и которой нам можно поучиться у него?
Прежде всего, в прошении сотника об исцелении его слуги выразилась сердечная и твердая вера во всемогущество Иисуса Христа: «Скажи только слово, — говорил он Спасителю, — и выздоровеет слуга мой; ибо я и подвластный человек, но, имея у себя в подчинении воинов, говорю одному: пойди, и идет; и другому: приди, и приходит; и слуге моему: сделай то, и делает» (Мф. 8:8-9). «А Ты, — как бы так рассуждал сотник, — Ты Повелитель всего мира, распоряжающийся силами его и дарами Божиими. Ты — Всемогущий Чудотворец, по одному слову Твоему исполнится все, чего Ты только ни захочешь».
Эта-то твердая вера во всемогущество Иисуса Христа и была столь угодна и приятна Спасителю, и такой-то веры прежде всего требовал Он от всех, обращавшихся к Нему с теми или иными нуждами, с теми или другими просьбами: «Веруете ли, что Я могу это сделать? По вере вашей да будет вам» (Мф. 9:28-29).
И от нас, братия и сестры, если мы желаем, чтобы наши прошения на земле были услышаны Богом, требуется прежде всего сердечное, живое и твердое убеждение в том, что Бог — везде, все видит, все знает, что Он премудр, всесилен и всемогущ, что Он, кроме того, благ, милосерд и любвеобилен, — по всему этому Он и может, и восхощет исполнить наши прошения, к Нему обращаемые. Господу угодно и приятно, когда мы воздаем Ему славу, исповедуя Его величие, а нашей твердой верой мы и являем пред Ним это исповедание.
Слово Божие неложно говорит нам: «Если кто (имея твердую веру) скажет горе сей: поднимись и ввергнись в море, и не усомнится в сердце своем, но поверит, что сбудется по словам его, — будет ему, что ни скажет» (Мк. 11:23). А «сомневающийся, — говорит нам святой апостол Иаков, — да не думает получить что-нибудь от Господа» (Иак. 1:6-7). «Кто поколеблется, не благоволит к тому душа Моя» (Евр. 10:38), — говорит Бог. Поучимся же у сотника живой, твердой вере, без колебания, сомнения и двоедушия.
Далее, в прошении сотника обнаружилась вера смиренная — вера человека, проникнутого глубоким сознанием своего недостоинства. Иисус Христос хотел лично прийти к больному слуге сотника, тот же, отвечая, сказал: «Господи! я недостоин, чтобы Ты вошел под кров мой, но скажи только слово, и выздоровеет слуга мой» (Мф. 8:8). Видите, какое смирение, какое сознание своего ничтожества пред Всемогущим Спасителем выказал сотник! Действительно, сердечная, твердая, истинная вера необходимо бывает соединена со смирением. Там, где исповедуется всемогущество и величие Божие, в то же самое время очевидно исповедуется и ничтожество человека пред этим величием и всемогуществом.
И нам, дорогие братия и сестры, когда обращаемся мы с каким-либо прошением к Богу, следует иметь смиренное сознание своего недостоинства, своего бессилия и немощи, своего ничтожества и окаянства, а не думать о себе, что мы что-нибудь значим пред Богом, чем-нибудь заслуживаем Его милость к себе. Все подобные гордые помышления нужно отгонять от себя, ибо именно они-то и бывают причиной того, что Бог не исполняет наших прошений. «Бог, — пишет святой апостол Петр, — гордым противится, а смиренным дает благодать» (1 Пет. 5:5). «И на кого воззрю, — говорит Господь, — токмо на кроткаго и молчаливаго и трепещущаго словес Моих» (Ис. 66:2).
Наконец, в прошении сотника обнаружилась вера, соединенная с любовью к ближнему. Из любви-то, из сострадания к ближнему — и не родному, а чужому, слуге своему, — сотник и заботится, и беспокоится, и так смиряется пред Спасителем: «Господи! слуга мой лежит дома в расслаблении и жестоко страдает» (Мф. 8:6), — взывает к Спасителю смиренный, чувствительный к страданиям ближних сотник. За то на его любовь и отозвалась скоро Божественная Любовь и сейчас же выразила готовность исполнить прошение веры.
А у нас часто, братия, бывает так, что, обращаясь с прошениями к Богу, мы в то же время имеем и носим в себе вражду и злобу к ближнему своему. Бывает и так, что люди (хотя, может, и немногие) обращаются к Богу с прошением, чтобы Он наказал их недругов какими-либо бедствиями и несчастьями. И как же мы хотим, чтобы Господь услышал такие наши просьбы и исполнил их, когда Он говорит: «Если вы будете прощать людям согрешения их, то простит и вам Отец ваш Небесный, а если не будете прощать людям согрешения их, то и Отец ваш не простит вам согрешений ваших» (Мф. 6:14-15)?
Бывает же, что хотя и нет в нашем сердце вражды и злобы по отношению к ближнему, однако царят у нас в душе во время молитвы нашей холодность и равнодушие к нуждам ближних и не оказываем мы им милости, хотя и могли бы ее оказать. С какими же мыслями и духом обратимся мы тогда к Господу с прошениями о своих нуждах? Полагаясь лишь на одну веру свою? Но ведь только «вера, действующая любовью» (Гал. 5:6), имеет цену в очах Божиих. А о немилостивых сказано, что «суд без милости не сотворшему милости» (Иак. 2:13).
Итак, дорогие братия и сестры, будем обращаться к Богу со своими прошениями с верою живою, сердечною и несомненною, растворенною и проникнутою любовью к ближним, и тогда Господь услышит наши прошения и исполнит их, ибо Он Сам сказал: «Ищите прежде Царства Божия и правды Его, и это все, то есть необходимое для временной жизни вашей, приложится вам» (Мф. 6:33). И многие из тех, кто во внешнем мире — кто стремился к свету, и кому открывалась вера — будут сынами Царствия Небесного. Когда во внешнем мире наступит беспросветная тьма, когда исчезнет в нем любовь, тогда и придет кончина мира. От нас зависит — от нашего сострадания, участия в жизни страждущих людей — насколько еще продлится время на земле, и скольким еще людям будет дарована возможность для покаяния и обращения ко Господу.
Проповедь в неделю 4 по пятидесятнице читать
Когда же вошел Иисус в Капернаум, к Нему подошел сотник и просил Его: Господи! слуга мой лежит дома в расслаблении и жестоко страдает. Иисус говорит ему: Я приду и исцелю его. Сотник же, отвечая, сказал: Господи! я недостоин, чтобы Ты вошел под кров мой, но скажи только слово, и выздоровеет слуга мой; ибо я и подвластный человек, но, имея у себя в подчинении воинов, говорю одному: пойди, и идет; и другому: приди, и приходит; и слуге моему: сделай то, и делает. Услышав сие, Иисус удивился и сказал идущим за Ним: истинно говорю вам, и в Израиле не нашел Я такой веры. Говорю же вам, что многие придут с востока и запада и возлягут с Авраамом, Исааком и Иаковом в Царстве Небесном; а сыны царства извержены будут во тьму внешнюю: там будет плач и скрежет зубов. И сказал Иисус сотнику: иди, и, как ты веровал, да будет тебе. И выздоровел слуга его в тот час.
Во имя Отца и Сына и Святого Духа!
Мы сейчас услышали Евангельское повествование об исцелении слуги сотника. Когда Господь вошел в город Капернаум, то к Нему подошел сотник, моля его и говоря: « Господи! Слуга мой лежит дома в расслаблении и жестоко страдает ». Иисус сказал ему: «Я приду и исцелю его». Сотник же, отвечая, говорит: «Господи! я недостоин, чтобы Ты вошел под кров мой, но скажи только слово, и выздоровеет слуга мой» (Мф. 8:6-8). После этих слов Господь удивился и сказал: «… истинно говорю вам, и в Израиле не нашел Я такой веры… иди, и, как ты веровал, да будет тебе» (Мф. 8:10,13). Господь не зря удивился этой встрече, этой беседе с сотником. И действительно, слуга его выздоровел. Мы видим, что сотник попросил и получил просимое тут же.
Здесь мы, братья и сестры, разбирая только первые строчки этого Евангельского повествования, видим то, что и нам полезно, когда мы просим о ком-то болящем. Но наша молитва далеко не всегда, а, порой, никогда не увенчивается таким успехом, как мольба сотника. Сотник попросил и слуга выздоровел. Мы тоже пишем записки на молебен, на Литургию, в своих домашних молитвах просим или в молитвах в храме, но не всегда происходит исцеление больных, за которых мы попросили.
Есть тут другой большой вопрос: а будет ли нам полезно то исполнение наших прошений, о котором мы молимся? Нет, это будет вредно. Очень часто так и бывает, что мы просим о чем-то, а Господь это не сразу исполняет. Так, что мы вынуждены, порой, ходить по начальствам, по кабинетам, стучать в двери очень-очень долго. Господь нам это специально попускает, чтобы при этом хождении мы поняли необходимость в терпении и такой высшей добродетели, как смирение. Поэтому Господь хочет, чтобы прежде, чем получить просимое, мы получили высший дар – дар смирения и терпения.
Так же Господь не всегда подает нам просимое, когда мы молимся о больном человеке, так как у нас нет такой твердой веры. У нас нет уверенности в каждом слове Евангелия, которое уже произнес Господь. А сотник просил, чтобы Христос сказал только слово! Посмотрите, сколько слов собрано в Евангелии, а мы эти Божественные слова не читаем, не считаем для себя это нужным. А если и читаем, то не имеем такой глубочайшей, окончательной, беспрекословной веры в то, что если Господь все те слова сказал, то так их и нужно исполнять, и по ним строить свою жизнь.
Действительно, если мы посмотрим на нашу жизнь, то ужаснемся, наше сердце просто не выдержит и разорвется на куски, потому что наша жизнь не только не соответствует Евангелию, но она даже и никакой другой религиозной концепции, в которой может быть полно всяких ошибок, ересей, заблуждений. Просто мы привыкли сами себя оправдывать и не замечать своих собственных грехов и недостатков. А, когда мы видим эти недостатки в других, то это нас очень возмущает и шокирует.
Это происходит, братья и сестры, не только в каких-то мелочах, бытовой жизни, а даже в очень страшных вещах. Например, Господь говорит: «Не убей», и мы понимаем, что, да, убивать страшно. Но, посмотрите, женщина идет на аборт и убивает своего ребенка, или её толкает на это супруг, и потом она приходит в храм, и просит дать ей молитву, а через месяц она пойдет и еще убьет. У нас нет такой веры в слова Спасителя, как у этого сотника.
Далее мы от веры переходим к милосердию, к состраданию, которые были у сотника и которых не хватает у нас. Давайте будем честны. Когда мы молимся о выздоровлении кого-то из больных, то мы, как правило, молимся о своем себялюбии, о своем собственном спокойствии, потому что тот больной, который у нас есть, нам докучает, нам тяжело за этим больным ухаживать, тратить деньги, силы. И вот мы просим, чтобы Господь подал ему здравие, а на самом деле мы молимся о себе, чтобы нам стало легче и проще. У нас нет подлинного милосердия и любви к ближним. И даже, если вернуться к случаю с абортами, пусть каждая мать или отец ребенка, который толкает на аборт, подумает, о том, что, если завтра их тело расчленят на куски и бросят в ведро, разве будет не больно? Так же больно тому ребенку, который в утробе и сам себя не может защитить. Мы не имеем любви к ближнему, не можем представить, что наш ближний тоже о чем-то переживает, страдает и мы его боль не научились еще рассматривать как свою собственную боль.
Именно этому нас и учит Господь, когда говорит: «Возлюби ближнего твоего, как самого себя» (Мф. 22:39). И пока мы ближнего, которого видим, не возлюбили, то не можем возлюбить и Бога, которого не видим, и, поэтому, нам спасение дается очень тяжело. В этом тоже есть огромный промысел Божий. Он заключается в том, что Господь знает свойства нашей природы: если нам что-то трудно дается, то это мы и ценим. Например, мать любит больше всего того ребенка, с которым она больше всего занималась, страдала, мучилась, потому что она в него вложила больше сил. Или художник: если ему какая-то картина очень долго не дается, то, когда она у него получается, он ценит её больше всего. Так же точно и Господь.
Путь спасения нам дается тяжелее всего на свете, чтобы мы ценили рай, Царство Божие, ценили ту благодать, которую нам дает Господь. Поэтому стяжание этой Божественной благодати в нашей жизни бывает очень трудным, тяжелым действием. Вот таким урокам научает нас сегодня Евангельское чтение о Капернаумском сотнике. Аминь.
Наместник Ново-Иерусалимского монастыря игумен Феофилакт (Безукладников )
10 июля 2011 года
Седмица 4-я по Пятидесятнице
Воскресение. О темном и светлом оке
Господь говорит: «Светильник для тела есть око. Итак, если око твое будет чисто, то все тело твое будет светло; если же око твое будет худо, то все тело твое будет темно». Человеческое око – не просто орган зрения. Оно неотделимо от свободного разума. Увидеть, это всегда значит – оценить увиденное, составить о нем мнение. И Господь хочет, чтобы у нас было светлое око, и учит, как надо смотреть, например, на природу. Он говорит: «Взгляните на птиц небесных». И увидите, что «они ни сеют, ни жнут, ни собирают в житницы, а Отец ваш Небесный питает их». Затем Он говорит: «Посмотрите на полевые лилии, как они растут». Он зовет удивиться их неповторимой красоте, и сравнить, как далеко до нее нарядам царя, на которого работают тысячи людей. Лилии «ни трудятся, ни прядут; но» «и Соломон во всей славе своей не одевался так, как всякая из них».
Господь учит нас и на себя смотреть, как на того, кто сотворен быть царем всей твари, и кто поэтому вправе рассчитывать на гораздо большую заботу со стороны Творца. Он говорит: «Вы не гораздо ли лучше» малых птиц? И если «траву полевую, которая сегодня есть, а завтра будет брошена в печь, Бог так одевает, кольми паче вас, маловеры»? Поэтому «не заботьтесь для души вашей, что вам есть и что пить, и для тела вашего, во что одеться».
Но скажет кто-нибудь: «Что же, надо сидеть и ждать, пока Бог за нас все сделает»? А Господь на это снова подсказывает: «Взгляните на птиц небесных». А правда: разве хоть минуту находятся они в праздности? Они летают, вьют гнезда, собирают корм. Но – посмотрите на них: пришла ночь, и они спокойно спят, не заботясь, не переживая, «что день грядущий мне готовит». Так и нас Господь зовет не к праздности, не к легкомысленному расточению приготовленного на завтра. Он только предостерегает от безбожной озабоченности. Чтобы мы не терзались при виде неудачно складывающихся обстоятельств, чтобы темным оком не смотрели в завтрашний день: «что нам есть»? или «что пить»? или «во что одеться»? Так мы заранее убиваем себя скорбями, которых еще нет и, Бог даст, вообще не будет.
А ведь истинные воины Христовы даже хвалятся «скорбями, зная, что от скорби происходит терпение, от терпения опытность, от опытности надежда, а надежда не постыжает, потому что любовь Божия излилась в сердца наши Духом Святым, данным нам. Ибо Христос, когда еще мы были немощны, в определенное время умер за нечестивых. Ибо едва ли кто умрет за праведника; разве за благодетеля, может быть, кто и решится умереть»
Поэтому будем светлым оком смотреть вперед. Что будет завтра? – А будет Бог, как Он был и вчера, как Он есть и сегодня. Бог вовеки Тот же, и «Свою любовь он доказывает тем, что Христос умер за нас, когда мы были еще грешниками. Посему тем более ныне, будучи оправданы кровью Его, спасемся Им от гнева. Ибо, если будучи врагами, мы примирились с Богом смертию Сына Его, то тем более, примирившись, спасемся жизнью Его».
Понедельник. О «сомнении» Иоанна Крестителя
«Бог Свою любовь к нам доказывает тем, что Христос умер за нас» ( Рим.5:8 ), – пишет Апостол. Жертва жизнью, это высшее проявление любви. Но и спасать от заблуждений можно только любовью. Она подсказывает, как сделать, чтобы истина сама говорила за себя. Мы помним, как Иоанновы ученики ревновали о умаляющейся славе своего учителя. Иоанн тогда сказал им о себе как о друге Жениха, и о том, что Иисусу должно расти, а ему умаляться ( Ин.3 ). Но не все вняли его словам. Надо было, чтобы они сами увидели Иисуса и Его дела. Иоанн и устроил это с мудростью, подсказанной любовью.
Он не сказал им: пойдите и убедитесь. В этом случае ученики могли ответить: никуда мы не пойдем, никого не хотим знать, кроме тебя. И поэтому он послал их, как бы и сам сомневаясь и желая точнее убедиться: «Ты ли Тот, Который должен придти, или ожидать нам другого»? И когда они пришли и спросили, то Иисус, зная замысел Иоанна, тоже ответил как бы не для них: «пойдите, скажите Иоанну, что слышите и видите: слепые прозревают и хромые ходят, прокаженные очищаются и глухие слышат, мертвые воскресают и нищие благовествуют. И блажен, кто не соблазнится о Мне».
От соблазна Он хотел уберечь, конечно, не Иоанна, а его учеников. Когда же ученики ушли, Он обратился к окружающим, чтобы и они, в свою очередь, не соблазнились о Иоанне Крестителе. Но и тут Он не стал убеждать словами, что не мог соблазниться тот, кто еще во чреве матери приветствовал Христа, когда Тот еще был во чреве Пресвятой Девы. Он не стал доказывать, что не мог поколебаться в своей вере тот, кто по повелению Божию вышел проповедовать пришествие Христа, кто сам крестил Его и видел Духа Святого, почившего на Нем. Он не стал ничего объяснять и доказывать, Он просто побудил людей вспомнить облик Иоанна Крестителя. Он сказал: «Что смотреть ходили вы в пустыню? трость ли, ветром колеблемую? Что же смотреть ходили вы? человека ли, одетого в мягкие одежды? Носящие мягкие одежды находятся в чертогах царских. Что же смотреть ходили вы».
Но и человеческим величием тоже нельзя соблазняться. И далее Господь говорит, что все-таки, хотя «из рожденных женами не восставал больший Иоанна Крестителя; но меньший в Царстве Небесном больше его». Царствие Божие принадлежит Богу, и дать его может только Бог. И память кончины Иоанна Крестителя, это день постный. Будучи величайшим из рожденных женами, он сошел в преисподнюю и пребывал там, пока Воскресший Господь, разрушив узы ада, не вывел его со всеми, кто ждал Его в надежде. И конечно же, в Царствии Небесном святый Иоанн не меньший, но высший всех людей, после Пресвятой Богородицы.
Господь сказал, что «отныне Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его». Но сказано также, что помилование зависит «не от желающего, и не от подвизающегося, но от Бога Милующего» ( Рим.10:16 ). А милость Божию испрашивают в непрестанных молитвах. Поэтому труды не освобождают от молитвы. Напротив: чем больше труды, тем горячее должна быть молитва, чтобы труды не пропали даром, и чтобы нам, хотя бы и самыми меньшими, но все-таки – войти в Царствие Божие.
Вторник. О способах противления истине
Священное Писание говорит о Господе Иисусе Христе, что «всякий верующий в Него не постыдится», и что «всякий, кто призовет имя Господне, спасется». «Но как призывать Того, в Кого не уверовали? как веровать в Того, о Ком не слыхали»? Но разве может Бог, Который есть Любовь, обойти хоть одного человека? Разве может кому-то не послать слова спасения? «Во всю землю изыде вещание их, и в концы вселенныя глаголы их». Начал же Господь со Своего избранного народа. И уж они-то «разве… не слыхали»? «Разве Израиль не знал»? И если потом проповедовали простые человеки, то тогда – сам Иоанн Креститель, больший которого не восставал из «рожденных женами». И Сам Господь Иисус Христос, Спаситель мира!
А что же Израиль? Павел приводит слова пророка Исаии: «Господи! кто поверил слышанному от нас»? Но ведь учение Христово, это – свет, истина и любовь. Как можно от него отмахнуться? А очень просто. Вот два примера.
Пришел Иоанн Креститель. Он проповедует покаяние, и сам он великий подвижник: живет в пустыне, одевается в грубую одежду, «не ест, не пьет», – как сказал о нем Господь. И многие чтут и слушают его. А тот, кто не хочет отстать от греха, и в то же время стыдится сказать, что покаяние – плохое дело, – тот выдумывает клевету на самого проповедника и говорит: «в нем бес». Дескать, человек не может так жить, как Иоанн. Он не такой, как все. Он ненормальный – что его и слушать?
А вот второй пример. Пришел Иисус Христос, Сын Человеческий и Сын Божий. Он исцеляет больных, освобождает от власти бесов и тоже проповедует: «Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное». Но в отличие от Иоанна, Он живет среди людей, ест и пьет то же, что и они, входит в дома ко всем, в том числе и к грешникам. Казалось бы, если тебя смущает жизнь Иоанна, послушайся Иисуса, покайся, обратись от греха. Но теперь именно это и становится пунктом обвинения: «Вот Человек, Который любит есть и пить вино, друг мытарям и грешникам». Он такой же, как и все – что нам Его и слушать?
Вот так мы умеем и закрывать глаза на то, что прямо побуждает трудиться, и находить себе оправдание, произвольно толкуя слово Божие. Например, ленясь посещать храм, мы старательно выискиваем те места, где говорится, что Бог присутствует на всяком месте. И это, конечно, так. Но и Сам Господь посещал еще ветхозаветный храм, и ревновал о его святости. И первые христиане постоянно собирались вместе для молитвы и для причащения Святых Христовых Тайн.
А не желая поститься, мы с радостью находим в Евангелии, что ничто, входящее в уста, не оскверняет человека, и что Царство Небесное не пища и питие. Но никак не хотим видеть, что Господь и Сам постился, и говорил о пользе поста. И тому же потом учили Апостолы.
А как часто мы, видя рядом подвижника и праведника, вместо того, чтобы подражать его жизни, пытаемся отыскать хоть какой-то недостаток, хоть к чему-то придраться, чтобы потом говорить, как фарисеи о Христе: «Вот Человек, Который любит есть и пить вино, друг мытарям и грешникам». А если человек недоступен для таких обвинений, то говорим: «это фанатик». А кто такой фанатик? В переводе с греческого это значит: «стоящий насмерть». Все истинные христиане и всегда стояли за Христа насмерть, а языческий мир презирал их за непонятное упорство. Что для христианина похвала, то для язычника – ругательство.
И если мы тоже считаем себя христианами, то будем же, по крайней мере, читать Священное Писание и смотреть вокруг себя не с постыдной надеждой найти оправдание своим грехам и слабостям, но с твердым желанием познать и выполнить волю нашего Бога.
Среда. О том, как Бог не отверг народ Свой
Сегодня мы слышали Божий приговор иудейским городам, где «наиболее явлено было сил Его, за то, что они не покаялись: Горе тебе, Хоразин! горе тебе, Вифсаида! ибо, если бы в Тире и Сидоне явлены были силы, явленные в вас, то давно бы они во вретище и пепле покаялись. Но говорю вам: Тиру и Сидону отраднее будет в день суда, нежели вам. И ты, Капернаум, до неба вознесшийся, до ада низвергнешься; ибо, если бы в Содоме явлены были силы, явленные в тебе, то он оставался бы до сего дня. Но говорю вам, что земле Содомской отраднее будет в день суда, нежели тебе».
Господь говорил и более суровые слова. Ученики потом и на себе испытали ожесточение и нераскаянность иудеев, и христиане из язычников могли подумать, что Бог навсегда «отверг народ Свой» ( Рим.11:1 ). Но Апостол Павел решительно возражает и приводит самый главный для него аргумент: «Ибо и я израильтянин, от семени Авраамова, от колена Вениаминова» ( Рим.11:1 ). Так, в понимании Апостола, – отвергнуть или не отвергнуть народ, это не означает – в полном составе погубить или спасти. Не отвергнуть народ означает – не закрыть двери для тех из этого народа, кто желает встать на путь спасения. Потому так и говорит Павел: я же израильтянин, следовательно, «не отверг Бог народа Своего, который Он наперед знал».
И далее Павел напоминает, как однажды пророк Илия в отчаянии возроптал: «Господи! пророков Твоих убили, жертвенники Твои разрушили, остался я один, и моей души ищут». А Господь открыл ему тайну: «Я соблюл Себе семь тысяч человек, которые не преклонили колени перед Ваалом». «Так и в нынешнее время, – продолжает Павел, – по избранию благодати, сохранился остаток». Для Илии этот остаток был сокровен, а перед глазами было одно отступничество. Так и Апостол имеет в виду некий остаток, который пока неразличим среди окружающей вражды. Остаток этот сохранился именно «по избранию благодати», а не «по делам». Потому что дела этого «остатка» пока подобны делам самого Савла до его обращения. А благодать до поры до времени хранит в этих людях невидимые никому семена жизни. Благодать не дает этим семенам погибнуть, но и не торопит их прорасти. Так что выходит, как будто до времени «Бог дал им дух усыпления, глаза, которыми не видят, и уши, которыми не слышат».
И вот, как среди враждебного Богу Израиля невидимо таились семь тысяч человек, ради которых Господь щадил весь народ; так и в толпе гонителей христиан, в лютейшем из них был до времени сокрыт великий Павел. Так будет и во все времена. Бог никогда не даст сомкнуться пучине зла; никогда не позволит злу перейти невидимую черту, проведенную Им во всем ли мире, в сердце ли одного человека. И, конечно, угодно Богу, если мы иногда и в толпу безбожников, и в толпу злобных гонителей взглянем, как в божественную сокровищницу, где до времени хранятся и когда-то удивят мир невиданные цветы веры и благочестия.
Четверг. О маслине и ее ветвях
Господь говорит: «Приидите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас». Господь говорит «приидите» именно «все». На всех хватит радости, мира и покоя. А мы привыкли, что на земле все дается строгой мерой. Чтобы получить, надо непременно кого-то оттолкнуть, и чтобы получить больше, надо, чтобы кому-то не досталось совсем. И эта позорная ревность становится совсем уж ревностью не по разуму, когда начинает простираться на Божественные дары. Даже по пути к Богу мы подозрительно оглядываемся на того, кто рядом: не обгонит ли? не достанется ли ему больше?
Был такой грех и в самые первые годы Церкви. Иудеи с ревностью смотрели на обращающихся язычников, как это они дерзают приходить к их, иудейскому Богу?! А язычники, с возмущением видя, что иудеи в основной массе не торопятся принимать во Христе своего же Бога, думали, что Бог и совсем отверг этот народ.
Апостол Павел вразумлял и тех, и других. Сегодня его слово – к христианам из язычников. Он рисует Церковь, как благородную маслину, посаженную Богом на земле и имеющую давние, глубокие корни. Он подчеркивает, что Церковь – хотя и новый, духовный, но именно – Израиль. И он указывает бывшим язычникам на святых праведных Авраама, Исаака и Иакова, которые некогда получили от Бога благословение быть корнем этой маслины. А «если начаток свят, то и целое; и если корень свят, то и ветви». Апостол учит благоговейно относиться к священной истории, к тому пути, которым Бог вел человечество к спасению. Все потребное для жизни Бог не сбрасывает с неба, но – выращивает из земли. Так и глубочайшие исторические корни нашей веры – одно из доказательств ее истинности.
Апостол, конечно, слишком хорошо видит, что «некоторые из ветвей отломились». Но приобщение людей из других народов к Христу происходит только так, что «ты, дикая маслина, привился на место их, и стал общником корня и сока маслины». И Апостол предостерегает от гордости перед отпавшими: «Они отломились неверием, а ты держишься верою… Ибо если Бог не пощадил природных ветвей, то смотри, пощадит ли тебя». Если не пребудешь «в благости Божией», то «и ты будешь отсечен. Но и те, если не пребудут в неверии, привьются, потому что Бог силен опять привить их. Ибо если ты отсечен от дикой по природе маслины, и не по природе привился к хорошей», «то тем более сии природные привьются к своей».
Итак, не принявший Христа иудей перестает иметь какое-либо отношение к Аврааму, Исааку и Иакову. Но и путь к этому корню не закрыт ни для отсеченной, ни для дикой ветви. Поэтому тем, кто уже здесь, сказано: «Не гордись, но бойся». А остальных Господь неустанно зовет: «Возьмите иго Мое на себя и научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем, и найдете покой душам вашим; ибо иго Мое благо, и бремя Мое легко». И чтобы все ветви: и природная, и привитая – с одинаковой полнотой питались единым соком Божией маслины.
Пятница. О спасении всего Израиля
Апостол подводит итоги своих рассуждений о судьбах еврейского народа. Сначала он сказал коротко и загадочно, что «от их падения спасение язычникам, чтобы возбудить в них ревность» ( Рим.11:11 ). Теперь он говорит более подробно и определенно: «Не хочу оставить вас, братия, в неведении о тайне сей, – чтобы вы не мечтали о себе, – что ожесточение произошло в Израиле отчасти, до времени, пока войдет полное число язычников». «В отношении к благовестию, они враги ради вас; а в отношении к избранию, возлюбленные Божии ради отцов». «Как и вы некогда были непослушны Богу, а ныне помилованы, по непослушанию их, так и они теперь непослушны для помилования вас, чтобы и сами они были помилованы».
Евреи всегда жили обособленно. Закон Моисеев запрещал смешиваться с другими народами, чтобы не стали служить ложным богам. Но в конце-то концов, «неужели Бог есть Бог иудеев только, а не и язычников? Конечно, и язычников» ( Рим.3:29 ). Но как могли иудеи из своей крайней замкнутости вдруг выйти с открытой проповедью любви? Если бы все иудейские общины стали принимать христианство, то окружающим народам было бы очень трудно разглядеть истину из-за стены вековой вражды. И поэтому, желая спасти всех, Бог не препятствовал, чтобы на приходящих проповедников Христа обрушивалась почти единодушная ненависть иудейской общины. Тогда уже эти проповедники могли с чистой совестью сказать: «Вам первым надлежало быть проповедану слову Божию, но как вы отвергаете его, и сами себя делаете недостойными вечной жизни, то вот, мы обращаемся к язычникам» ( Деян.13:46 ). Язычники при этих словах более располагались слушать, «радовались и прославляли слово Господне» ( Деян.13:48 ).
Но Апостол пишет, что это будет «до времени, пока войдет полное число язычников; и так весь Израиль спасется». Но что значит «весь Израиль»? Невозможно допустить, что Апостол имеет в виду всех потомков Иакова-Израиля по плоти. Если так, то для чего веровать и креститься? Если весь Израиль по плоти, то, значит, и Иуда, и все гонители, так и умершие в ожесточении против Иисуса Христа? Нет сомнения, что для Апостола священное слово «Израиль» могло означать лишь тот «остаток», который сохранился «по избранию благодати» ( Рим.11:5 ). Апостол имел в виду лишь тех иудеев, которые либо уже приняли Христа, либо примут, как только «войдет полное число язычников». Ведь и говоря бывшим язычникам: «Вы помилованы, по непослушанию их», – он тоже имеет в виду не всех римских язычников, а только обратившихся ко Христу.
Итак, весь истинный Израиль спасется.
А пока, по словам Апостола, «всех заключил Бог в непослушание, чтобы всех помиловать». Но разве может Бог сознательно вводить в грех непослушания? Разгадка здесь в словах: «чтобы всех помиловать». Апостол как никто испытал радость быть помилованным, и он понимал, сколь большее наслаждение – самому миловать. Он понимал, сколь естественно это Богу, Который есть Любовь. Апостол, очевидно, и хотел выразить это как бы бесконечное Божие искание повода – миловать. Человеческим языком трудно говорить о Божественных предметах.
Так, показывая Божий Промысл о спасении всех народов, Апостол всех зовет вместе с ним благоговейно воскликнуть: «О, бездна богатства и премудрости и ведения Божия! как непостижимы судьбы Его и неисследимы пути Его! Ибо кто познал ум Господень? Или кто был советником Ему? Или кто дал Ему наперед, чтобы Он должен был воздать? Ибо все из Него, Им и к Нему. Ему и слава во веки. Аминь».
Суббота. О жертвах и жертве
Господь исцелил от горячки Петрову тещу. Потом «к Нему привели многих бесноватых, и Он изгнал духов словом и исцелил всех больных». Это – видимая для всех, славная сторона дела. Но что в это же время происходило невидимо? Эту тайну приоткрывает слово Божие устами пророка Исаии. Оказывается, ничто на земле не исчезает бесследно. И наши болезни, и наши грехи, все это – либо на нас, либо на том, кто согласится взять это на себя.
Господь и «взял на Себя наши немощи и понес болезни». Это очень трудно осмыслить. Не зря же Бог за тысячи лет начал готовить людей к пришествию Агнца Божия, призванного взять на Себя грех мира. Чтобы с разных сторон показать эту единую, всеобъемлющую Жертву, – в ветхозаветной религии были установлены разные виды жертв.
Была жертва всесожжения, когда жертвенное животное полностью сжигалось.
Была жертва мирная, когда все участники жертвоприношения вкушали приготовленное мясо закланной жертвы.
И была ежегодная жертва за грех всего народа. Возложив руки на голову животного, первосвященник исповедовал «над ним все беззакония сынов Израилевых, и все преступления их и все грехи их». После этого животное отсылалось «с нарочитым человеком в пустыню», да понесет оно «на себе все беззакония их в землю непроходимую», «в пустыню» ( Лев.16:21–22 )
Невозможно одно и то же животное и принести во всесожжение, и употребить в пищу, и отпустить. Господь же и принес Себя во всесожжение послушания Отцу; и дал всему миру вкушать Свои пречистые Плоть и Кровь. Но также и «взял на Себя наши немощи и понес болезни». Поэтому когда один книжник выразил готовность следовать за Ним, куда бы Он ни пошел, Господь сказал: «лисицы имеют норы, и птицы небесные гнезда; а Сын Человеческий не имеет, где приклонить главу». Он говорил именно о Своей жертвенной, грехоносной неприкаянности. «Он взял на Себя наши немощи и понес наши болезни; а мы думали, что Он был поражаем, наказуем и уничижен Богом. Но Он изъязвлен был за грехи наши, и мучим за беззакония наши. Наказание мира нашего было на Нем, и ранами Его мы исцелились. Все мы блуждали, как овцы, совратились каждый на свою дорогу: и Господь возложил на Него грехи всех нас» ( Ис.53:4–6 ).
И тех, кто хотел царствовать с великим чудотворцем и целителем, Господь предупреждал, что Ему, на самом деле, негде приклонить главу. А в ком Он видел стремление представить «себя Богу, как оживших из мертвых… в орудия праведности», в ком видел желание быть мертвым «для греха, живым же для Бога»,– тому Он помогал сразу и решительно выбрать. И когда такой человек говорил: «Господи! позволь мне прежде пойти и похоронить отца моего», – то Иисус отвечал: «Иди за Мною, и предоставь мертвым погребать своих мертвецов».
Вам может быть интересно:
Поделиться ссылкой на выделенное
Нажмите правой клавишей мыши и выберите «Копировать ссылку»