проблемы обучения в высшей школе

5 проблем российских вузов: от скучных лекций до неуважения к студентам

Что думают о студенте, который бросил вуз? «Не справился», «обленился», «не готов к трудностям». Но из институтов уходят даже те, кто в школе учился на «отлично», участвовал в олимпиадах и, главное, стремился к знаниям. Почему? Размышляет наш блогер, преподаватель и студентка магистратуры Наталья Гончарова.

Несколько лет назад мне попалась статья о талантливых учениках из хороших государственных и частных школ, в свое время блиставших на школьных занятиях и олимпиадах всероссийского и мирового уровней. В статье говорилось о том, что с лёгкостью поступив на выбранные специальности в самые престижные вузы, эти вчерашние школьники по разным причинам бросали учебу: иногда переводились на другие специальности, брали академический отпуск, но чаще всего — уходили в никуда будучи разочарованными в учебе, вузовской системе и ещё в чем-то другом.

Мне как педагогу долгое время хотелось выяснить, что именно так сильно разочаровало этих по-настоящему неординарных молодых личностей, что исполнение их заветной мечты об учебе на факультете, о котором мечтают тысячи школьников, не принесло им ни радости, ни ощущения возможностей собственной реализации.

Для многих педагогов и родителей учеников, мнение которых я читала в комментариях к статье, тайны особо никакой не было. В хороших школах, где к ученикам не применяется необходимой строгости, те наглеют, становятся ленивыми и как следствие — неспособными выдержать вузовскую нагрузку и дисциплину. Но это объяснение совсем меня не удовлетворяло.

Во-первых, работа в хороших частных школах, конечно, давно оставила на мне свой неизгладимый отпечаток, и я уже при всем своём желании не смогла бы смотреть на учеников как на объект своего педагогического воздействия, который можно «развить» до необходимого уровня правильными педагогическими действиями, а можно, наоборот «недоразвить» и даже «испортить» неправильными. Во-вторых, простая человеческая логика говорила мне о том, что дети, о которых идёт речь, а именно — опережающие школьную программу, побеждающие в олимпиадах и представляющие нашу страну в международных состязаниях, — могут скорее перетрудиться, чем «облениться» и «обнаглеть».

И вот сейчас, находясь в позиции студента магистратуры дневного отделения вуза, считающегося одним из лучших в нашей стране, мне кажется, что я ближе чем когда-либо подошла к разгадке этой тайны. Проучившись в магистратуре полтора года, я убеждена, что в нашей системе высшего образования и вправду есть огромные проблемы, которые делают очень сложной учебу в вузе для тех, кто привык к совершенно другим подходам и практикам в своей школе.

Я назову только несколько самых явных таких факторов, не вдаваясь в большие детали. Итак, школьникам, пришедшим из хороших школ, где преподаватели относились к ним с уважением, поощряли в них инициативу и самостоятельность в вузе придётся столкнуться:

1. Нарушение преподавательской этики

Да, в уставе каждого вуза написано, что студенты имеют право получать знания в атмосфере дружелюбия и уважения, однако на практике этот принцип соблюдается только там, где за его неисполнение преподавателей ждут последствия. Поэтому даже в вузах, считающихся лучшими, занимающих высшие строчки рейтинга, есть преподаватели, которые кричат на студентов, подвергают их оскорблениям и унижениям, высмеивают их и травят. За время моей текущей учебы мне попался лишь один такой преподаватель, что поначалу вызвало у меня, взрослого человека, давно занимающегося педагогической деятельностью, состояние шока.

Но не меньшее удивление вызвала у меня реакция на этого преподавателя тех студентов, которые окончили в этом вузе и бакалаврские программы: по их словам, поведение этого преподавателя совсем не было чем-то выходящим за рамки обычных педагогических практик этого вуза, и такие профессора встречались им и ранее. Пообщавшись со студентами других факультетов бакалавриата, я, к своему сожалению, убедилась в том, что это правда: такие преподаватели — далеко не редкость ни на одном факультете. Исключение составили, пожалуй, лишь те группы, где учились в основном иностранцы. По их словам, преподаватели с ними вели себя подчёркнуто этично и вежливо — видимо, пиетет перед иностранцами останется с нами ещё надолго.

2. Скучные курсы и никакой практики

Сложно себе представить курс какой-нибудь фундаментальной науки, не предполагающей лекций. Однако, дети пришедшие из хороших школ, совсем не привыкли к тому, что эти лекции в основном представляют из себя монологи, состоящие из научных фактов, фамилий и дат, почти совсем не предполагающие ни участия студентов, ни практического применения полученной информации, ни ответов на вопросы.

Когда я работала в СУНЦ МГУ, несколько раз невольно подслушивала происходящее в кабинетах химии или физики. В этот момент меня охватывали одновременно чувства восхищения от виртуозности преподавателя, способного превратить постижение науки в увлекательный процесс, где каждый ученик чувствовал себя сопричастным, и зависти от того, что в моей школе преподавание этих дисциплин было совсем не таким. Работая в «Новой школе», я также отчаянно восхищалась всеми без исключения преподавателями кафедры словесности, которые «непрестижные», по мнению некоторых, гуманитарные предметы могли превратить для своих учеников в самые любимые и жизненно необходимые.

И в каждом вузе, безусловно, тоже есть преподаватели, которых порой хочется назвать «маэстро». С которыми полтора часа лекционного времени пролетают как минуты, от рассказов которых замирает сердце и захватывает дыхание. Но есть и другие, из года в год отчитывающие один и тот же набор фактов, даже не пытаясь хотя бы немного открыть свой предмет для студентов с прекрасной стороны или вовлечь их в активный процесс. И студентам, привыкшим ощущать себя активными участниками познания в школе, очень тяжело даётся эта роль пассивных слушателей и записывателей конспектов.

3. Скучное преподавание иностранных языков

Они ведут занятия по принципу: «открыли учебник, страница пять, упражнение два, читаем по очереди, начинает Петров». С такими методами любой человек хотя бы отдалённо знающий о коммуникативном методе преподавания иностранных языков, полезет на стенку от тоски. Но особенно — бывший ученик хорошей школы, где к отбору преподавателей иностранных языков обычно относятся особенно серьезно, и потому они все как на подбор профессиональны, владеют всеми новейшими эффективными методиками и говорят на языке не хуже носителей.

4. Преподаватели, которые плохо знаю свой предмет

Да, такие есть даже в самых лучших вузах. С одной стороны, это связано с тем, что работа в институте — не та, о которой мечтают многие, потому что даже в самых лучших из государственных вузов рядовой преподаватель не может похвастаться высокой зарплатой. Поэтому в то время как частные школы объявляют сложные конкурсы на замещение вакантных должностей, обещая лучшим преподавателям достойное вознаграждение и возможности для профессионального роста, вузам часто приходится довольствоваться теми, кого удалось привлечь к преподаванию: молодыми преподавателями-аспирантами, в большей степени озабоченных своей научной работой, чем качеством своих занятий, преподавателями, долгие годы работающими на одном месте и не желающими расти профессионально, какими угодно специалистами с кандидатскими степенями по любой научной специальности, даже никак не относящейся к преподаваемому им предмету.

Вторым важным фактором слабого уровня некоторых преподавателей является то, что они не любят вкладываться в своё профессиональное развитие. Сам факт того, что они преподают в вузе, имея диплом, многие из них считают достаточным доказательством их пригодности к этой должности. Многие с ностальгией вспоминают времена до эпохи цифровизации, когда работа преподавателя в вузе сводилась к чтению лекций по тетрадкам и проведению семинаров, и при этом не нужно было делать ни презентаций, ни использовать какие-либо другие аудиовизуальные средства. Для многих вузовских преподавателей необходимость проводить уроки онлайн стала большим стрессом, и очень небольшое количество из них с охотой освоило новые программы, дающие возможность делать онлайн- занятия интересными и наглядными, а не сводить их к режиму «говорящей головы».

Цифрофизация последних лет принесла нам не только новые технологии, но и возможность увидеть, каким образом преподавание аналогичных дисциплин осуществляется в других странах. Это сравнение не всегда было в пользу наших вузов, а потому студенты больше чем когда-либо стали выражать своё недовольство качеством контента и подачей материала, а порой — бросать учёбу в российском вузе и пытаться поступить в иностранный.

5. Преподаватели, которые не уважают студентов

Здесь я не касаюсь примеров исключительного хамства, а лишь обычного будничного неуважения «вышестоящих» преподавателей к «нижестоящим» студентам. И это относится не только к архаичной форме подачи знания от преподавателя — непреложного авторитета к студенту, чей опыт и знания слишком ничтожны для того, чтобы принимать их во внимание. Общаясь с преподавателями из позиции студента (иногда по электронной почте, где невозможно определить меня в качестве взрослого человека), меня порой не покидало ощущения некоторого сюрреализма происходящего: как будто я родом с другой планеты, где приняты определенные правила вежливости, а преподаватели вуза, где я учусь, совсем их не знают.

Например, ведя максимально формальную переписку (с обращением, формулами вежливости и подписью) с тем или иным преподавателем, не знающим меня в лицо, я довольно часто получала в ответ по электронной почте несколько предложений без какого-либо приветствия или обращения по имени. А многие личные и коллективные письма студентов с вопросами по содержанию курса, критериям оценивания и другими, относящимися к учебному процессу вопросами, так и оставались без ответа. Конечно, я понимаю, насколько занятыми бывают некоторые преподаватели, но все же я не смогла бы представить себя в той ситуации, когда на формальное и вежливое письмо своего ученика или студента я не ответила бы вовсе или ответила бы парой предложений, не обратившись к нему даже по имени. К слову сказать, всякий раз когда мое письмо содержало формальную подпись, с указанием моих контактов и должности, ответ всегда был достаточно вежлив.

Где же проходит эта демаркационная линия, за которой к студенту уже можно обращаться вежливо? Связано ли это с возрастом и статусом? Почему же тогда к молодым людям 21-25 лет (обычный возраст студентов магистратуры), часто уже ведущим трудовую деятельность, считается незазорным обращаться без должного уважения, не принимая всерьез их мнение и не учитывая их комментариев? На вечерних платных программах переподготовки к слушаетелям курсов, даже самым юным, относятся с подчеркнутым уважением и дружелюбием. Видимо, в сознании многих преподвателей студент дневного отделения, даже платного, еще не достоин уважения и обращения к себе как взрослому, а слушатель вечерних курсов — почему-то уже да.

Продолжая тему переписок с преподавателями, скажу также несколько слов о неформальной переписке со студентами в чатах, которая, конечно же, не требует таких строгих правил, как формальная переписка по электронной почте. С начала карантина эта переписка стала происходить особенно активно. Преподаватели высылали в чаты задания и комментарии к ним, а также сопутствующие ремарки из которых мы узнали что:

Но больше всего меня поразили новые, в связи с переходом на онлайн-образование, регламенты проведения экзаменов, которые принимали некоторые преподаватели. «Во избежание применения недобросовестных схем в ходе устного ответа» некоторые из них настаивали на том, чтобы экзамен студенты отвечали с демонстрацией экрана, без подготовки и даже с закрытыми глазами. А один из наших экзаменаторов заявил, что принимать экзамен будет только при наличии двух веб-камер (фронтальной камеры компьютера и вспомогательной камеры смартфона / планшета, которая должна показывать экран компьютера студента и руки) и при этом тоже не выделил на подготовку к экзаменационным вопросам даже пяти минут на написание плана — не смотря на непрерывное видеонаблюдение с двух камер.

Впервые за долгое время даже я, взрослый человек, давно ведущий профессиональную деятельность, почувствовала себя потенциальным преступником. Человеком, который явно занимает на этом факультете не свое место, потому что, по мнению преподавателей устанавливающих такие регламенты, не в состоянии освоить какой-либо предмет, просто проявляя к нему искренний интерес. Напротив — лжецом и мошенником, который умудрится всех облапошить и списать, даже под камерами наблюдения, если ему дать хотя бы несколько минут на подготовку ответа. Студентом, способным выучить хотя бы что-то, только если его загонят в самые жесткие рамки из всех возможных.

Из всех преподавателей, которые у нас вели в тот период, только единицы спрашивали, как у нас дела и ждали искреннего ответа

Многие студенты в тот период испытывали постоянную тревогу и симптомы начинающейся депрессии, преподавателям тоже было непросто. Однако в российской государственной системе образования оказание какой-либо психологической помощи учащимся или преподавателям предусмотрено не было. И снова с восхищением и завистью я смотрела на то, как с тяжёлыми условиями карантина справляются мои бывшие коллеги из частной школы, поддерживая друг друга и своих учеников. И с сожалением осознавала, что если бы из такой атмосферы поддержки и принятия в мой вуз пришёл бы один из учеников этой школы, он не понял бы, почему его бы за пропуски и снижение успеваемости на карантине сходу окрестили бы прогульщиком, человеком с недостаточной дисциплиной и силой воли, студентом из худшей группы из всех возможных, лентяем с кучей свободного времени. Почему в отношении него действует «презумция виновности»: студент — потенциальный лентяй, прогульщик и мошенник, только если он очень не постарается, чтобы доказать обратное.

Вывод

Я очень благодарна всем прекрасным учителям, встретившимся мне на моем студенческим пути. Их было немало и потому плохие преподаватели на их фоне смотрелись особенно плохо. В моем последнем вузе такими прекрасными учителями были все преподаватели, ведущие у меня, студентки магистратуры по специальности «Педагогика», профильные курсы.

Я очень надеюсь, что все возрастающая цифровизация заставит руководителей вузов и факультетов пересмотреть основные подходы и методы профессорско-преподавательского состава к форме и содержанию курсов. Потому что цифровизация — не только о средствах, но и о выборе. До сегодняшнего момента в основном только студенты из состоятельных семей могли позволить себе без сожаления бросить учебу, которая не приносит ни радости, ни удовлетворения. Этих студентов родители или переводили в другой вуз или отправляли учиться за границу, или устраивали на работу.

Сейчас же эпоха цифровизации вот-вот приведёт нас к той действительности, когда вместо того, чтобы пытаться во что бы то ни стало поступить в столичные вузы, а потом всеми силами стараться там удержаться, не смотря на все их недостатки, ребята из глубинок будут выбирать между самыми престижными вузами мира и поступать туда онлайн, без необходимости выезжать в страну места обучения.

Это создаст невероятную конкуренцию среди университетов и вынудит институты, в течение долгого времени спокойно почивающих на лаврах своей престижности и элитности, бороться за абитуриентов, в том числе повышая стандарты своего профессорско-преподавательского состава. И было бы здорово, если бы это произошло раньше того момента, когда наша талантливая молодежь будет массово поступать учиться зарубеж.

Вы находитесь в разделе «Блоги». Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.

Источник

ВЫСШАЯ ШКОЛА: АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ И ИХ РЕШЕНИЕ НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕ

ВЫСШАЯ ШКОЛА: АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ И ИХ РЕШЕНИЕ НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕ

Зеленова Д.А.*

Тихоокеанский государственный университет, Хабаровск, Россия

* Корреспондирующий автор (acop[at]list.ru)

Аннотация

Проблема организации высшего образования в новых непредвиденных и чрезвычайных условиях выходит на новый уровень. Обращается внимание на тот факт, что попытка решить одни организационные проблемы высшего образования порождает проблемы, связанные с дидактической и воспитательной практикой, решение которых в дистанционной среде университетов только предстоит обосновать и проверить экспериментально. Организация дистанционного обучения порождает целую группу проблем, связанных с профессионализацией обучения в высшей школе. Решение данного вопроса связывается с установлением межпредметных связей посредством обучения студентов иностранным языкам.

Ключевые слова: дистанционное обучение, VR/AR, COVID-2019, патриотическое воспитание, электронная образовательная среда.

HIGHER SCHOOL: CURRENT PROBLEMS AND THEIR SOLUTION AT THE MODERN STAGE

Zelenova D.A.*

Pacific State University, Khabarovsk, Russia

* Corresponding author (acop[at]list.ru)

Abstract

The problem of higher education organizations under the new unforeseen and extraordinary conditions is reaching a new level. The author draws attention to the fact that an attempt to solve some organizational problems of higher education gives rise to problems associated with the didactic and educational practice, and their solution in the distance environment of universities has to be justified and tested experimentally. The organization of remote learning gives rise to a whole group of problems associated with the professional level of education in higher education. The solution to this issue is associated with the establishment of interdisciplinary connections by teaching students foreign languages.

Keywords: distance learning, VR/AR, COVID-19, patriotic education, electronic educational environment.

Введение

Анализ наблюдаемых, в системе высшего образования, тенденций позволяет констатировать существование новых технологических вызовов, определяющих целый ряд теоретических и прикладных проблем на данном уровне образования. Анализ существующей практики подготовки студентов показывает, что в российских вузах потенциал использования инновационных средств для подготовки студентов не раскрыт в полной мере. Он определяется главным образом новыми педагогическими возможностями перспективных форм обучения студентов. Использование инноваций детерминирует развитие специфических форм обучения студентов в системе высшего образования. Анализ происходящих в мире событий показывает, что практическую подготовку студентов можно организовать в нетиповых условиях. Необходимо признать, эпидемия короновируса (COVID-19) фактически нарушила образовательный процесс, сказалась определенным образом на его качестве и результативности. Анализ применения традиционных педагогических технологий показывает, что организация высшего образования в период пандемии будет определяться способностью ВУЗов организовать дистанционную работу. Применение средств виртуальной реальности позволяет упростить практическую подготовку студентов. Не меньшую проблему представляет организация воспитательного процесса в системе высшего образования, реализация его отдельных направлений, так как обучение в удаленном формате не позволяет в полной мере реализовать педагогический потенциал.

Обобщение и систематизация выявленных фактов позволяет определить наиболее актуальные проблемы высшего образования.

Развитие современного периода высшего образования в Российской Федерации является сложным и неоднозначным. Его сложность объясняется тем, что происходит внедрение новых технологий с развитием технического компонента с недостаточным учетом педагогического. Неоднозначность обусловлена тем фактом, что современные модели организации высшего образования по различным специальностям связаны с динамичным развитием средств коммуникаций и удаленным информационным обменом. Такие подходы к организации высшего образования вызывают критическое отношение, так как при разработке моделей высшего образования воспитательные и дидактические задачи становятся менее приоритетными из-за смещения акцента на телекоммуникации. Например, важнейшей тенденцией развития высшего образования является использование для подготовки студентов технических инноваций. Обращая на это внимание, И.М. Гадильшин в качестве такого средства рассматривают виртуальную реальность [2]. Развитие информационных технологий предопределило появление технических и психологических феноменов, создающих виртуальную и дополненную реальность и расширяющих представления о социально-культурной среде высших учебных заведений. Функционал средств виртуальной и дополненной реальности в образовательном процессе высшей школы до конца не исследован, но уже можно сказать, что их использование дает возможность имитировать условия практической деятельности специалистов. Установлено, что средства виртуальной реальности в практической подготовке специалистов имеют широкий диапазон применения [7].

Очевидно, что средства виртуальной реальности (Virtual reality) и дополненной реальности (Augmented reality) следует рассматривать во взаимодействии с субъектом обучения и с ориентацией на личность объекта обучения. Виртуальную реальность необходимо определять как отрасль, в которой инфраструктура и технологии параллельно развиваются в зависимости от степени развития контента. В современных исследованиях подчеркивается, что развитие технологий вириальной реальности в высшем образовании будет сдерживаться регулированием государства и законодательством. К тому же, не все преподаватели и студенты готовы к виртуальным технологиям [12]. В частности, в системе высшего образования средства VR постепенно находят свое применение для решения образовательных задач и моделирования условий практической деятельности.

Дополненная реальность (AR) является следствием введения в поле восприятия любых сенсорных данных с целью получения дополнительных сведений об окружении и улучшения восприятия информации. Данный вид среды следует рассматривать как воспринимаемую смешанную реальность, образуемую посредством компьютера с использованием дополнительных элементов воспринимаемой реальности. Подчеркивается, что системы дополненной реальности (Augmented reality) широко распространяются в области профессиональной подготовки будущих специалистов. Использование технологий групп VR и AR обеспечивается благодаря искусственному интеллекту (Artificial Intelligence), представленному в таких направлениях, как машинное обучение, машинное мышление и робототехника.

Перечисленные виды реальности могут взаимодействовать с, так называемой, смешанной реальностью XR (Extended Reality) (еще можно встретить термин mixed reality или MR). Необходимо отметить достаточно высокую их результативность по сравнению с традиционными подходами к обучению в высшей школе.

Ученые дают средствам VR/AR и критическую оценку за потенциальные сложности к адаптации данной технологии, за функциональность, за необходимость внесения серьёзных изменений в образовательные программы на государственном уровне и за высокую стоимость разработки программ [6]. Давно установлено, что погружение в виртуальную среду формирует зависимость от сверхстимуляции и запредельных раздражителей, и даже способно менять бессознательные установки личности обучающегося [11].

Более того, средство VR/AR тоже может влиять на форму обучения студентов: с использованием этих средств может меняться объем учебных часов в других формах. При этом становится очевидным, что использование средств VR/AR способно детерминировать появление новых перспективных форм обучения студентов. К примеру, изучать на лекциях и практических занятиях со студентами устройство сложных образцов техники или ядерного реактора не так качественно и результативно, как с применением средств виртуальной реальности.

Таким образом, перспективность VR/AR будет определять оценка результативности каждой формы обучения в интеграции со средствами виртуальной реальности и оценка отношения обучающихся и преподавателей к ним. Формы обучения с применением средств VR/AR при несоблюдении педагогических требований несовместимы с традиционными формами обучения.

Другой распространенной актуальной проблемой высшей школы, которая охватывает большинство направлений подготовки, выступает проблематика профессионализации обучения посредством междисциплинарных связей. Особенно это актуально для подготовки специалистов гуманитарного профиля.

Так, обучение иностранному языку позволяет расширить общий культурный кругозор обучающихся, позволяет выработать необходимые представления о профессиональном опыте и традициях зарубежных стран, освоить новые технологии, формы, методы и приемы общения. Тем самым следует подчеркнуть особый образовательно-воспитательный потенциал иностранных языков по сравнению с другими учебными предметами. Именно иностранные языки выступают результативным средством междисциплинарной интеграции с предметами профессионального цикла. Целый ряд исследований показывает, что отбор содержания обучения будущих специалистов иностранным языкам, учет специфики предметной области применения иностранного языка, как языка выбранной специальности, выступают предпосылками для эффективной профессионализации обучения в вузе [1], [8], [9]. Специфические особенности обучения иностранному языку заключаются в ориентации на изучение материала, имеющего значение для освоения в принципе любой профессии. Межпредметная интеграция происходит на уровне содержания учебных дисциплин и технологий, стимулирующих языковые компетенции для целей коммуникации. Реализация данной функции происходит в ситуациях, когда иностранный язык выступает фундаментом для изучения профессиональных, профильных дисциплин. Таким образом, междисциплинарные связи позволяют интегрировать содержание, технологии и формы учебного процесса.

Важно подчеркнуть, что современные условия профессионализации обучения будущих специалистов посредством иностранного языка усложняются вынужденным переходом всех вузов на дистанционное обучение из-за распространения в стране и в мире короновирусной инфекции. Поэтому требует своего решения проблема организации взаимодействия субъектов и объектов обучения иностранному языку в электронной образовательной среде, что в определенной степени оказывает влияние на профессионализацию обучения иностранным языкам, на ее результативность и качество в условиях дистанционной образовательной среды вузов. Нерешенным вопросом теории и практики выступает понимание функционала междисциплинарных связей в процессе профессионализации обучения иностранным языкам в условиях дистанционного обучения. Эта задача становится актуальной для большинства российских вузов, которые столкнулись с проблемой организации дистанционного обучения студентов в условиях карантина.

Отмечается, что использование средств профессионализации обучения позволяет преодолеть противоречие соответствия личности выбранной профессии. Для этих целей технология профессионализации обучения должна опираться на систему критериев эффективности профессионализации, которые в случае с иностранными языками имеют определенную специфику. К объективным критериям следует относить результативность и качество. К субъективным – отношение студента к иностранным языкам, как средству повышения профессиональной компетентности и мастерства в сфере будущей профессии [10].

Другой актуальной проблемой профессионализации обучения иностранным языкам будущих специалистов является формирование эмоционального компонента у студентов. С.В. Чернышов отмечает, что именно эмоционально-ценностное отношение присутствует в каждом компоненте содержания обучения иностранному языку. Важность формирования данного компонента объясняется необходимостью развития мотивационной сферы. Необходимо подчеркнуть, что именно через эмоциональный компонент раскрывается ценностное отношение к будущей профессии. Поэтому взаимодействие содержания учебного предмета и процесса обучения данному предмету должно обеспечиваться посредством эмоционального компонента, и представлять собой сложное диалектическое образование, интегрирующее в себе предметный и функциональный аспекты. Однако, в условиях дистанционного образования, удаленного обучения и в период эпидемии COVID-19 реализация данного компонента проблематична.

В отдельную группу проблем теории и практики воспитания в высшей школе можно выделить вопросы, касающиеся патриотического воспитания студентов. В данном направлении можно отметить целый ряд идей [3], которые можно внедрить в процесс обучения на любой специальности. Учебная деятельность студентов предъявляет высокие требования к уровню их подготовленности. Безупречное и добросовестное выполнение задач конкретной деятельности предполагает высокую степень готовности субъекта к ее осуществлению. Высокая степень готовности студентов к эффективному выполнению задач учебной деятельности определяется степенью развитости личностно качеств личности. Итогом деятельности по воспитанию студентов является формирование такого качества личности как патриотизм. Структура этого качества неоднозначна, так как она интегрирует в себе другие качества: добросовестность, целеустремленность, совестливость, ответственность, дисциплинированность, нравственный, самоконтроль и др. Наличие таких качеств у студентов формирует их положительную репутацию, что позволяет рассматривать патриотизм, как моральное и репутационное качество личности.

Большинство ученых едины во мнении о том, что структура любой деятельности учитывает такие обязательные блоки, как мотивационно-целевой блок и операциональный блок (компетенции). Соответственно, воспитание патриотизма у студентов необходимо связывать с пониманием и внутренним принятием смысла нравственных задач и отношений между людьми и усвоением способов действий, формированием интеллекта. Поэтому в процессе организации деятельности студентов (учеба, досуг, быт и внутриколлективная деятельность) необходимо стремиться к их оптимальному балансу при ведущей роли смыслового блока, определяемого высокой развитой потребностью в самореализации, чувством удовлетворённости от деятельности и ориентацией на значимую группу. Организованная таким способом учебная, учебно-воспитательная деятельность студентов будет личностно и социально значимой для коллективов студенческих групп [3], [4]. Для этого важно использовать инструменты оценки для анализа деятельности студентов в каждой из описанных сфер. Следует признать, что такой подход состоятельный. Однако анализ практической деятельности кураторов студенческих групп показывает, что большинство из них не уделяет должного внимания даже учебной деятельности студентов, не говоря уже о перечисленных выше.

Заключение

Таким образом, среди актуальных проблем педагогики высшей школы особо следует выделить: организацию дистанционного обучения в период пандемии, применение в обучении студентов средств виртуальной и дополненной реальности, профессионализацию обучения посредством междисциплинарных связей и организацию патриотического воспитания студентов. Анализ теории и практики показывает, что в нормальных условиях и форс-мажорных (пандемия короновируса) результативность и качество высшего образования неоднозначное. Поэтому, чтобы положительным образом повлиять на данную проблему, предлагается:

1) при использовании средств VR/AR должна быть обоснована педагогическая система, контролирующая их применение;

2) в процессе профессионализации обучения студентов с помощью межпредметных связей использовать технические средства для обучения иностранному языку. Особенное значение имеет формирование эмоционально-ценностного отношения в процессе обучения иностранным языкам, наличие которого формирует мотивацию к будущей профессии;

3) патриотическое воспитание студентов следует связывать с ежедневными делами не только в учебной сфере, но и в других, формирующих образовательную среду ВУЗа, в которых каждый студент должен себя проявить с наилучшей стороны (качества личности), а его должны соответственно заметить и оценить. Эта организованная деятельность должна носить непрерывный и систематический характер, и иметь особый личностный смысл для студента.