и все таки медвежонок ты попал руби диксон
И все таки медвежонок ты попал руби диксон
И все-таки, медвежонок, ты попал
Серия: Укус медведя (книга 3)
Название на русском: И все-таки, медвежонок, ты попал
Серия: Укус медведя (книга 3)
Обложка: Таня Медведева
Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления!
Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения.
«Тебе не следует здесь находиться», — шепчет мне внутренний голосок.
Подавляя голос своей совести, я дотрагиваюсь до своего правого плеча. Я просто смотрю, а она всего лишь готовит ужин. С самого начала я установил для себя строгие правила на счет того, где мне можно наблюдать, а где нет. Никаких укромных мест личного пользования, вроде ее спальни и ванной. Это запретная зона. Гостиная, кухня и маленькая зона столовой, что расположена между ними? Ну… она ведь не повесила какие-нибудь шторы, чтоб закрыть видимость.
Прямо сейчас она на кухне. Она в наушниках и танцует под такт какой-то поп-музыки.
На самом деле я делаю ей одолжение, потому что всегда может кто-нибудь появиться и ворваться в ее дом. Она бы их не услышала, не с этой музыкой, включенной настолько громко, насколько возможно.
Она кружится, раскачивается из стороны в сторону и тут наклоняется вперед, чтобы вытащить из духовки запеканку. При этом ее движении я с трудом сглатываю.
Моя рука опускается на ширинку джинсов. Черт, эта девушка такая красивая.
Райан Браун приехала в этот городок в невинном семнадцатилетнем возрасте. Уже тогда она была великолепна — эти ее ноги, пышные волосы и брекеты. Я уловил ее аромат в супермаркете, вернулся домой и напился до беспамятства.
Малолетка, от которой пахнет моей парой и в придачу еще и человек? Духи точно возненавидели меня.
Я оставался в своем коттедже целый месяц, питался исключительно тем, что добывал в лесу, прежде чем набрался смелости для того, чтобы решиться вернуться обратно в город. Когда я ее не увидел, стало ещё хуже. Чтобы её разыскать, я перевернул весь Пайн-Фолс, осмотрел коллеж, обрыскал ночью все улицы. Я не мог спать. В конце концов, я узнал, что она всего лишь приезжала погостить. Мэри Браун с мужем переехали сюда лет десять назад. Они были тихими, мирными людьми. Мэри ученый в Центре спасения волков. Райан уехала туда, откуда здесь появилась.
Я вернулся в свой коттедж и оставался там всю зиму. Сбросил около пятнадцати фунтов, стер свой член чуть ли не до крови и отпустил бороду, которая ничуть не уступала бороде Пола Баньяна (прим. вымышленный гигантский дровосек, персонаж американского фольклора). Я встретил свою пару, но она оказалась несовершеннолетним человеком, которая даже не живет в Пайн-Фолсе.
Когда три года спустя она вернулась, чтобы работать со своей тетей в Центре спасения, мой внутренний медведь возрадовался, но я-то знал лучше. Она была человеком — очень красивой со сладким запахом. Не может такого быть, чтобы она была заинтересована остаться одиночкой, как я.
Всякий раз, когда я ее видел, она была окружена людьми. Иногда это были всего лишь ее родственники, однако во многих случаях это были парни. Засранцы, которые, скорее всего, считали клитор прыщом на влагалище девушки. Долбокретины, которые больше заинтересованы взорваться своей собственной разрядкой раньше нее.
К моему огромному облегчению, она ни с кем из них не встречалась. Я понимал, что однажды настанет тот день, когда она начнет встречаться с одним из этих парней. Тогда мне, скорее всего, придётся уехать… подальше от Пайн-Фолс, подальше от нее.
Нет, будет лучше, если я оставлю ее. Уеду на Аляску, а может даже в Арктику. Спрячусь в каком-то логове и просплю всю свою жизнь, просто заново оживляя воспоминания о ней, день за днем, ночь за ночью.
А до тех пор я посвящаю себя всецело ей, единственным возможным для меня способом. Тайные наблюдения и фотографирование украдкой, когда она об этом не подозревает.
Это неправильно. Я знаю, что это неправильно, но я всё равно это делаю и буду продолжать до тех пор, пока не наступит день, когда она перестанет быть моей.
Я думаю о ней как о своей.
Проблема состоит в том, что, даже если бы я не был медведем-оборотнем, мне никогда не удастся ее завоевать. Я слишком некрасив и слишком большой. Чересчур огромный.
Так что наблюдения для меня будет вполне достаточно.
— Эй, мужик, у тебя не найдется закурить?
Весьма неохотно я отрываю глаза от окна Райан. Ко мне приближается молодой парень, одетый в черную лыжную шапочку, черную ветровку и широкие джинсы.
— Нет, — резко отвечаю я.
— А как насчет двадцати баксов? Есть у тебя?
— Нет, — краем глаза я вижу, что Райан покинула столовую. Я сдерживаю вздох. Это означает, что она отправилась в свою спальню, и больше я не смогу ее увидеть.
— А как насчет твоего бумажника? Есть такой? — воинственно настаивает парнишка.
У меня в правой ладони ключи от машины.
— Спорим, у тебя есть бумажник. Давай-ка ты его просто отдашь.
— Убери-ка пушку, — рычу я. — Ранишь еще кого-нибудь.
Я бросаю быстрый взгляд в сторону угловой квартиры Райан. Если этот парень начнет на автостоянке палить, куда попало, пуля может отрикошетить и ранить ее. Так не пойдет.
— Ты где живешь? — я сосредоточиваю все свое внимание на несостоявшемся бандите.
— Ты живешь в Пайн-Фолсе? — спрашиваю я раздраженно. Похоже, он не из тех, кого я тут знаю, но и на туриста он не похож.
— Нет, я из Эксетера, — его рука, спрятанная в кармане, подергивается. Он не уверен, хочет ли вытаскивать её оттуда.
Эксетер — это городок, расположенный в минутах двадцати к югу.
— Отлично. Ну тогда, давай, уходи. Возвращайся обратно в Эксетер.
Его губы сжимаются в тонкую линию.
— Не без кое-какой налички. Давай сюда свой бумажник, иначе…
Я его, вроде, предупреждал. В движении, слишком быстром, чтобы он успел блокировать, я врезаю ему в бок. Он оступается, и я сбиваю его с ног. До того, как ему удается сделать еще один вдох, он уже лежит лицом вниз, а я коленом надавливаю на его спину.
И все таки медвежонок ты попал руби диксон
И все-таки, медвежонок, ты попал
Серия: Укус медведя (книга 3)
Название на русском: И все-таки, медвежонок, ты попал
Серия: Укус медведя (книга 3)
Обложка: Таня Медведева
Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления!
Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения.
«Тебе не следует здесь находиться», — шепчет мне внутренний голосок.
Подавляя голос своей совести, я дотрагиваюсь до своего правого плеча. Я просто смотрю, а она всего лишь готовит ужин. С самого начала я установил для себя строгие правила на счет того, где мне можно наблюдать, а где нет. Никаких укромных мест личного пользования, вроде ее спальни и ванной. Это запретная зона. Гостиная, кухня и маленькая зона столовой, что расположена между ними? Ну… она ведь не повесила какие-нибудь шторы, чтоб закрыть видимость.
Прямо сейчас она на кухне. Она в наушниках и танцует под такт какой-то поп-музыки.
На самом деле я делаю ей одолжение, потому что всегда может кто-нибудь появиться и ворваться в ее дом. Она бы их не услышала, не с этой музыкой, включенной настолько громко, насколько возможно.
Она кружится, раскачивается из стороны в сторону и тут наклоняется вперед, чтобы вытащить из духовки запеканку. При этом ее движении я с трудом сглатываю.
Моя рука опускается на ширинку джинсов. Черт, эта девушка такая красивая.
Райан Браун приехала в этот городок в невинном семнадцатилетнем возрасте. Уже тогда она была великолепна — эти ее ноги, пышные волосы и брекеты. Я уловил ее аромат в супермаркете, вернулся домой и напился до беспамятства.
Малолетка, от которой пахнет моей парой и в придачу еще и человек? Духи точно возненавидели меня.
Я оставался в своем коттедже целый месяц, питался исключительно тем, что добывал в лесу, прежде чем набрался смелости для того, чтобы решиться вернуться обратно в город. Когда я ее не увидел, стало ещё хуже. Чтобы её разыскать, я перевернул весь Пайн-Фолс, осмотрел коллеж, обрыскал ночью все улицы. Я не мог спать. В конце концов, я узнал, что она всего лишь приезжала погостить. Мэри Браун с мужем переехали сюда лет десять назад. Они были тихими, мирными людьми. Мэри ученый в Центре спасения волков. Райан уехала туда, откуда здесь появилась.
Я вернулся в свой коттедж и оставался там всю зиму. Сбросил около пятнадцати фунтов, стер свой член чуть ли не до крови и отпустил бороду, которая ничуть не уступала бороде Пола Баньяна (прим. вымышленный гигантский дровосек, персонаж американского фольклора). Я встретил свою пару, но она оказалась несовершеннолетним человеком, которая даже не живет в Пайн-Фолсе.
Когда три года спустя она вернулась, чтобы работать со своей тетей в Центре спасения, мой внутренний медведь возрадовался, но я-то знал лучше. Она была человеком — очень красивой со сладким запахом. Не может такого быть, чтобы она была заинтересована остаться одиночкой, как я.
Всякий раз, когда я ее видел, она была окружена людьми. Иногда это были всего лишь ее родственники, однако во многих случаях это были парни. Засранцы, которые, скорее всего, считали клитор прыщом на влагалище девушки. Долбокретины, которые больше заинтересованы взорваться своей собственной разрядкой раньше нее.
К моему огромному облегчению, она ни с кем из них не встречалась. Я понимал, что однажды настанет тот день, когда она начнет встречаться с одним из этих парней. Тогда мне, скорее всего, придётся уехать… подальше от Пайн-Фолс, подальше от нее.
Нет, будет лучше, если я оставлю ее. Уеду на Аляску, а может даже в Арктику. Спрячусь в каком-то логове и просплю всю свою жизнь, просто заново оживляя воспоминания о ней, день за днем, ночь за ночью.
А до тех пор я посвящаю себя всецело ей, единственным возможным для меня способом. Тайные наблюдения и фотографирование украдкой, когда она об этом не подозревает.
Это неправильно. Я знаю, что это неправильно, но я всё равно это делаю и буду продолжать до тех пор, пока не наступит день, когда она перестанет быть моей.
Я думаю о ней как о своей.
Проблема состоит в том, что, даже если бы я не был медведем-оборотнем, мне никогда не удастся ее завоевать. Я слишком некрасив и слишком большой. Чересчур огромный.
Так что наблюдения для меня будет вполне достаточно.
— Эй, мужик, у тебя не найдется закурить?
Весьма неохотно я отрываю глаза от окна Райан. Ко мне приближается молодой парень, одетый в черную лыжную шапочку, черную ветровку и широкие джинсы.
— Нет, — резко отвечаю я.
— А как насчет двадцати баксов? Есть у тебя?
— Нет, — краем глаза я вижу, что Райан покинула столовую. Я сдерживаю вздох. Это означает, что она отправилась в свою спальню, и больше я не смогу ее увидеть.
— А как насчет твоего бумажника? Есть такой? — воинственно настаивает парнишка.
У меня в правой ладони ключи от машины.
— Спорим, у тебя есть бумажник. Давай-ка ты его просто отдашь.
— Убери-ка пушку, — рычу я. — Ранишь еще кого-нибудь.
Я бросаю быстрый взгляд в сторону угловой квартиры Райан. Если этот парень начнет на автостоянке палить, куда попало, пуля может отрикошетить и ранить ее. Так не пойдет.
— Ты где живешь? — я сосредоточиваю все свое внимание на несостоявшемся бандите.
— Ты живешь в Пайн-Фолсе? — спрашиваю я раздраженно. Похоже, он не из тех, кого я тут знаю, но и на туриста он не похож.
— Нет, я из Эксетера, — его рука, спрятанная в кармане, подергивается. Он не уверен, хочет ли вытаскивать её оттуда.
Эксетер — это городок, расположенный в минутах двадцати к югу.
— Отлично. Ну тогда, давай, уходи. Возвращайся обратно в Эксетер.
Его губы сжимаются в тонкую линию.
— Не без кое-какой налички. Давай сюда свой бумажник, иначе…
Я его, вроде, предупреждал. В движении, слишком быстром, чтобы он успел блокировать, я врезаю ему в бок. Он оступается, и я сбиваю его с ног. До того, как ему удается сделать еще один вдох, он уже лежит лицом вниз, а я коленом надавливаю на его спину.
И все таки медвежонок ты попал руби диксон
И все-таки, медвежонок, ты попал
Серия: Укус медведя (книга 3)
Название на русском: И все-таки, медвежонок, ты попал
Серия: Укус медведя (книга 3)
Обложка: Таня Медведева
Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления!
Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения.
«Тебе не следует здесь находиться», — шепчет мне внутренний голосок.
Подавляя голос своей совести, я дотрагиваюсь до своего правого плеча. Я просто смотрю, а она всего лишь готовит ужин. С самого начала я установил для себя строгие правила на счет того, где мне можно наблюдать, а где нет. Никаких укромных мест личного пользования, вроде ее спальни и ванной. Это запретная зона. Гостиная, кухня и маленькая зона столовой, что расположена между ними? Ну… она ведь не повесила какие-нибудь шторы, чтоб закрыть видимость.
Прямо сейчас она на кухне. Она в наушниках и танцует под такт какой-то поп-музыки.
На самом деле я делаю ей одолжение, потому что всегда может кто-нибудь появиться и ворваться в ее дом. Она бы их не услышала, не с этой музыкой, включенной настолько громко, насколько возможно.
Она кружится, раскачивается из стороны в сторону и тут наклоняется вперед, чтобы вытащить из духовки запеканку. При этом ее движении я с трудом сглатываю.
Моя рука опускается на ширинку джинсов. Черт, эта девушка такая красивая.
Райан Браун приехала в этот городок в невинном семнадцатилетнем возрасте. Уже тогда она была великолепна — эти ее ноги, пышные волосы и брекеты. Я уловил ее аромат в супермаркете, вернулся домой и напился до беспамятства.
Малолетка, от которой пахнет моей парой и в придачу еще и человек? Духи точно возненавидели меня.
Я оставался в своем коттедже целый месяц, питался исключительно тем, что добывал в лесу, прежде чем набрался смелости для того, чтобы решиться вернуться обратно в город. Когда я ее не увидел, стало ещё хуже. Чтобы её разыскать, я перевернул весь Пайн-Фолс, осмотрел коллеж, обрыскал ночью все улицы. Я не мог спать. В конце концов, я узнал, что она всего лишь приезжала погостить. Мэри Браун с мужем переехали сюда лет десять назад. Они были тихими, мирными людьми. Мэри ученый в Центре спасения волков. Райан уехала туда, откуда здесь появилась.
Я вернулся в свой коттедж и оставался там всю зиму. Сбросил около пятнадцати фунтов, стер свой член чуть ли не до крови и отпустил бороду, которая ничуть не уступала бороде Пола Баньяна (прим. вымышленный гигантский дровосек, персонаж американского фольклора). Я встретил свою пару, но она оказалась несовершеннолетним человеком, которая даже не живет в Пайн-Фолсе.
Когда три года спустя она вернулась, чтобы работать со своей тетей в Центре спасения, мой внутренний медведь возрадовался, но я-то знал лучше. Она была человеком — очень красивой со сладким запахом. Не может такого быть, чтобы она была заинтересована остаться одиночкой, как я.
Всякий раз, когда я ее видел, она была окружена людьми. Иногда это были всего лишь ее родственники, однако во многих случаях это были парни. Засранцы, которые, скорее всего, считали клитор прыщом на влагалище девушки. Долбокретины, которые больше заинтересованы взорваться своей собственной разрядкой раньше нее.
К моему огромному облегчению, она ни с кем из них не встречалась. Я понимал, что однажды настанет тот день, когда она начнет встречаться с одним из этих парней. Тогда мне, скорее всего, придётся уехать… подальше от Пайн-Фолс, подальше от нее.
Нет, будет лучше, если я оставлю ее. Уеду на Аляску, а может даже в Арктику. Спрячусь в каком-то логове и просплю всю свою жизнь, просто заново оживляя воспоминания о ней, день за днем, ночь за ночью.
А до тех пор я посвящаю себя всецело ей, единственным возможным для меня способом. Тайные наблюдения и фотографирование украдкой, когда она об этом не подозревает.
Это неправильно. Я знаю, что это неправильно, но я всё равно это делаю и буду продолжать до тех пор, пока не наступит день, когда она перестанет быть моей.
Я думаю о ней как о своей.
Проблема состоит в том, что, даже если бы я не был медведем-оборотнем, мне никогда не удастся ее завоевать. Я слишком некрасив и слишком большой. Чересчур огромный.
Так что наблюдения для меня будет вполне достаточно.
— Эй, мужик, у тебя не найдется закурить?
Весьма неохотно я отрываю глаза от окна Райан. Ко мне приближается молодой парень, одетый в черную лыжную шапочку, черную ветровку и широкие джинсы.
— Нет, — резко отвечаю я.
— А как насчет двадцати баксов? Есть у тебя?
— Нет, — краем глаза я вижу, что Райан покинула столовую. Я сдерживаю вздох. Это означает, что она отправилась в свою спальню, и больше я не смогу ее увидеть.
— А как насчет твоего бумажника? Есть такой? — воинственно настаивает парнишка.
У меня в правой ладони ключи от машины.
— Спорим, у тебя есть бумажник. Давай-ка ты его просто отдашь.
— Убери-ка пушку, — рычу я. — Ранишь еще кого-нибудь.
Я бросаю быстрый взгляд в сторону угловой квартиры Райан. Если этот парень начнет на автостоянке палить, куда попало, пуля может отрикошетить и ранить ее. Так не пойдет.
— Ты где живешь? — я сосредоточиваю все свое внимание на несостоявшемся бандите.
— Ты живешь в Пайн-Фолсе? — спрашиваю я раздраженно. Похоже, он не из тех, кого я тут знаю, но и на туриста он не похож.
— Нет, я из Эксетера, — его рука, спрятанная в кармане, подергивается. Он не уверен, хочет ли вытаскивать её оттуда.
Эксетер — это городок, расположенный в минутах двадцати к югу.
— Отлично. Ну тогда, давай, уходи. Возвращайся обратно в Эксетер.
Его губы сжимаются в тонкую линию.
— Не без кое-какой налички. Давай сюда свой бумажник, иначе…
Я его, вроде, предупреждал. В движении, слишком быстром, чтобы он успел блокировать, я врезаю ему в бок. Он оступается, и я сбиваю его с ног. До того, как ему удается сделать еще один вдох, он уже лежит лицом вниз, а я коленом надавливаю на его спину.
И все таки медвежонок ты попал руби диксон
И все-таки, медвежонок, ты попал
Серия: Укус медведя (книга 3)
Название на русском: И все-таки, медвежонок, ты попал
Серия: Укус медведя (книга 3)
Обложка: Таня Медведева
Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления!
Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения.
«Тебе не следует здесь находиться», — шепчет мне внутренний голосок.
Подавляя голос своей совести, я дотрагиваюсь до своего правого плеча. Я просто смотрю, а она всего лишь готовит ужин. С самого начала я установил для себя строгие правила на счет того, где мне можно наблюдать, а где нет. Никаких укромных мест личного пользования, вроде ее спальни и ванной. Это запретная зона. Гостиная, кухня и маленькая зона столовой, что расположена между ними? Ну… она ведь не повесила какие-нибудь шторы, чтоб закрыть видимость.
Прямо сейчас она на кухне. Она в наушниках и танцует под такт какой-то поп-музыки.
На самом деле я делаю ей одолжение, потому что всегда может кто-нибудь появиться и ворваться в ее дом. Она бы их не услышала, не с этой музыкой, включенной настолько громко, насколько возможно.
Она кружится, раскачивается из стороны в сторону и тут наклоняется вперед, чтобы вытащить из духовки запеканку. При этом ее движении я с трудом сглатываю.
Моя рука опускается на ширинку джинсов. Черт, эта девушка такая красивая.
Райан Браун приехала в этот городок в невинном семнадцатилетнем возрасте. Уже тогда она была великолепна — эти ее ноги, пышные волосы и брекеты. Я уловил ее аромат в супермаркете, вернулся домой и напился до беспамятства.
Малолетка, от которой пахнет моей парой и в придачу еще и человек? Духи точно возненавидели меня.
Я оставался в своем коттедже целый месяц, питался исключительно тем, что добывал в лесу, прежде чем набрался смелости для того, чтобы решиться вернуться обратно в город. Когда я ее не увидел, стало ещё хуже. Чтобы её разыскать, я перевернул весь Пайн-Фолс, осмотрел коллеж, обрыскал ночью все улицы. Я не мог спать. В конце концов, я узнал, что она всего лишь приезжала погостить. Мэри Браун с мужем переехали сюда лет десять назад. Они были тихими, мирными людьми. Мэри ученый в Центре спасения волков. Райан уехала туда, откуда здесь появилась.
Я вернулся в свой коттедж и оставался там всю зиму. Сбросил около пятнадцати фунтов, стер свой член чуть ли не до крови и отпустил бороду, которая ничуть не уступала бороде Пола Баньяна (прим. вымышленный гигантский дровосек, персонаж американского фольклора). Я встретил свою пару, но она оказалась несовершеннолетним человеком, которая даже не живет в Пайн-Фолсе.
Когда три года спустя она вернулась, чтобы работать со своей тетей в Центре спасения, мой внутренний медведь возрадовался, но я-то знал лучше. Она была человеком — очень красивой со сладким запахом. Не может такого быть, чтобы она была заинтересована остаться одиночкой, как я.
Всякий раз, когда я ее видел, она была окружена людьми. Иногда это были всего лишь ее родственники, однако во многих случаях это были парни. Засранцы, которые, скорее всего, считали клитор прыщом на влагалище девушки. Долбокретины, которые больше заинтересованы взорваться своей собственной разрядкой раньше нее.
К моему огромному облегчению, она ни с кем из них не встречалась. Я понимал, что однажды настанет тот день, когда она начнет встречаться с одним из этих парней. Тогда мне, скорее всего, придётся уехать… подальше от Пайн-Фолс, подальше от нее.
Нет, будет лучше, если я оставлю ее. Уеду на Аляску, а может даже в Арктику. Спрячусь в каком-то логове и просплю всю свою жизнь, просто заново оживляя воспоминания о ней, день за днем, ночь за ночью.
А до тех пор я посвящаю себя всецело ей, единственным возможным для меня способом. Тайные наблюдения и фотографирование украдкой, когда она об этом не подозревает.
Это неправильно. Я знаю, что это неправильно, но я всё равно это делаю и буду продолжать до тех пор, пока не наступит день, когда она перестанет быть моей.
Я думаю о ней как о своей.
Проблема состоит в том, что, даже если бы я не был медведем-оборотнем, мне никогда не удастся ее завоевать. Я слишком некрасив и слишком большой. Чересчур огромный.
Так что наблюдения для меня будет вполне достаточно.
— Эй, мужик, у тебя не найдется закурить?
Весьма неохотно я отрываю глаза от окна Райан. Ко мне приближается молодой парень, одетый в черную лыжную шапочку, черную ветровку и широкие джинсы.
— Нет, — резко отвечаю я.
— А как насчет двадцати баксов? Есть у тебя?
— Нет, — краем глаза я вижу, что Райан покинула столовую. Я сдерживаю вздох. Это означает, что она отправилась в свою спальню, и больше я не смогу ее увидеть.
— А как насчет твоего бумажника? Есть такой? — воинственно настаивает парнишка.
У меня в правой ладони ключи от машины.
— Спорим, у тебя есть бумажник. Давай-ка ты его просто отдашь.
— Убери-ка пушку, — рычу я. — Ранишь еще кого-нибудь.
Я бросаю быстрый взгляд в сторону угловой квартиры Райан. Если этот парень начнет на автостоянке палить, куда попало, пуля может отрикошетить и ранить ее. Так не пойдет.
— Ты где живешь? — я сосредоточиваю все свое внимание на несостоявшемся бандите.
— Ты живешь в Пайн-Фолсе? — спрашиваю я раздраженно. Похоже, он не из тех, кого я тут знаю, но и на туриста он не похож.
— Нет, я из Эксетера, — его рука, спрятанная в кармане, подергивается. Он не уверен, хочет ли вытаскивать её оттуда.
Эксетер — это городок, расположенный в минутах двадцати к югу.
— Отлично. Ну тогда, давай, уходи. Возвращайся обратно в Эксетер.
Его губы сжимаются в тонкую линию.
— Не без кое-какой налички. Давай сюда свой бумажник, иначе…
Я его, вроде, предупреждал. В движении, слишком быстром, чтобы он успел блокировать, я врезаю ему в бок. Он оступается, и я сбиваю его с ног. До того, как ему удается сделать еще один вдох, он уже лежит лицом вниз, а я коленом надавливаю на его спину.
И все таки медвежонок ты попал руби диксон
И все-таки, медвежонок, ты попал
Серия: Укус медведя (книга 3)
Название на русском: И все-таки, медвежонок, ты попал
Серия: Укус медведя (книга 3)
Обложка: Таня Медведева
Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления!
Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения.
«Тебе не следует здесь находиться», — шепчет мне внутренний голосок.
Подавляя голос своей совести, я дотрагиваюсь до своего правого плеча. Я просто смотрю, а она всего лишь готовит ужин. С самого начала я установил для себя строгие правила на счет того, где мне можно наблюдать, а где нет. Никаких укромных мест личного пользования, вроде ее спальни и ванной. Это запретная зона. Гостиная, кухня и маленькая зона столовой, что расположена между ними? Ну… она ведь не повесила какие-нибудь шторы, чтоб закрыть видимость.
Прямо сейчас она на кухне. Она в наушниках и танцует под такт какой-то поп-музыки.
На самом деле я делаю ей одолжение, потому что всегда может кто-нибудь появиться и ворваться в ее дом. Она бы их не услышала, не с этой музыкой, включенной настолько громко, насколько возможно.
Она кружится, раскачивается из стороны в сторону и тут наклоняется вперед, чтобы вытащить из духовки запеканку. При этом ее движении я с трудом сглатываю.
Моя рука опускается на ширинку джинсов. Черт, эта девушка такая красивая.
Райан Браун приехала в этот городок в невинном семнадцатилетнем возрасте. Уже тогда она была великолепна — эти ее ноги, пышные волосы и брекеты. Я уловил ее аромат в супермаркете, вернулся домой и напился до беспамятства.
Малолетка, от которой пахнет моей парой и в придачу еще и человек? Духи точно возненавидели меня.
Я оставался в своем коттедже целый месяц, питался исключительно тем, что добывал в лесу, прежде чем набрался смелости для того, чтобы решиться вернуться обратно в город. Когда я ее не увидел, стало ещё хуже. Чтобы её разыскать, я перевернул весь Пайн-Фолс, осмотрел коллеж, обрыскал ночью все улицы. Я не мог спать. В конце концов, я узнал, что она всего лишь приезжала погостить. Мэри Браун с мужем переехали сюда лет десять назад. Они были тихими, мирными людьми. Мэри ученый в Центре спасения волков. Райан уехала туда, откуда здесь появилась.
Я вернулся в свой коттедж и оставался там всю зиму. Сбросил около пятнадцати фунтов, стер свой член чуть ли не до крови и отпустил бороду, которая ничуть не уступала бороде Пола Баньяна (прим. вымышленный гигантский дровосек, персонаж американского фольклора). Я встретил свою пару, но она оказалась несовершеннолетним человеком, которая даже не живет в Пайн-Фолсе.
Когда три года спустя она вернулась, чтобы работать со своей тетей в Центре спасения, мой внутренний медведь возрадовался, но я-то знал лучше. Она была человеком — очень красивой со сладким запахом. Не может такого быть, чтобы она была заинтересована остаться одиночкой, как я.
Всякий раз, когда я ее видел, она была окружена людьми. Иногда это были всего лишь ее родственники, однако во многих случаях это были парни. Засранцы, которые, скорее всего, считали клитор прыщом на влагалище девушки. Долбокретины, которые больше заинтересованы взорваться своей собственной разрядкой раньше нее.
К моему огромному облегчению, она ни с кем из них не встречалась. Я понимал, что однажды настанет тот день, когда она начнет встречаться с одним из этих парней. Тогда мне, скорее всего, придётся уехать… подальше от Пайн-Фолс, подальше от нее.
Нет, будет лучше, если я оставлю ее. Уеду на Аляску, а может даже в Арктику. Спрячусь в каком-то логове и просплю всю свою жизнь, просто заново оживляя воспоминания о ней, день за днем, ночь за ночью.
А до тех пор я посвящаю себя всецело ей, единственным возможным для меня способом. Тайные наблюдения и фотографирование украдкой, когда она об этом не подозревает.
Это неправильно. Я знаю, что это неправильно, но я всё равно это делаю и буду продолжать до тех пор, пока не наступит день, когда она перестанет быть моей.
Я думаю о ней как о своей.
Проблема состоит в том, что, даже если бы я не был медведем-оборотнем, мне никогда не удастся ее завоевать. Я слишком некрасив и слишком большой. Чересчур огромный.
Так что наблюдения для меня будет вполне достаточно.
— Эй, мужик, у тебя не найдется закурить?
Весьма неохотно я отрываю глаза от окна Райан. Ко мне приближается молодой парень, одетый в черную лыжную шапочку, черную ветровку и широкие джинсы.
— Нет, — резко отвечаю я.
— А как насчет двадцати баксов? Есть у тебя?
— Нет, — краем глаза я вижу, что Райан покинула столовую. Я сдерживаю вздох. Это означает, что она отправилась в свою спальню, и больше я не смогу ее увидеть.
— А как насчет твоего бумажника? Есть такой? — воинственно настаивает парнишка.
У меня в правой ладони ключи от машины.
— Спорим, у тебя есть бумажник. Давай-ка ты его просто отдашь.
— Убери-ка пушку, — рычу я. — Ранишь еще кого-нибудь.
Я бросаю быстрый взгляд в сторону угловой квартиры Райан. Если этот парень начнет на автостоянке палить, куда попало, пуля может отрикошетить и ранить ее. Так не пойдет.
— Ты где живешь? — я сосредоточиваю все свое внимание на несостоявшемся бандите.
— Ты живешь в Пайн-Фолсе? — спрашиваю я раздраженно. Похоже, он не из тех, кого я тут знаю, но и на туриста он не похож.
— Нет, я из Эксетера, — его рука, спрятанная в кармане, подергивается. Он не уверен, хочет ли вытаскивать её оттуда.
Эксетер — это городок, расположенный в минутах двадцати к югу.
— Отлично. Ну тогда, давай, уходи. Возвращайся обратно в Эксетер.
Его губы сжимаются в тонкую линию.
— Не без кое-какой налички. Давай сюда свой бумажник, иначе…
Я его, вроде, предупреждал. В движении, слишком быстром, чтобы он успел блокировать, я врезаю ему в бок. Он оступается, и я сбиваю его с ног. До того, как ему удается сделать еще один вдох, он уже лежит лицом вниз, а я коленом надавливаю на его спину.