Чему учил лао цзы
Древнекитайская философия популярный очерк Лао-цзы
Такова в общих чертах традиционная китайская религия, которая сохранялась практически без изменений в двух древнейших китайских государствах: Шан-Инь (XVIII-XII в.в. до Р.Х.) и Чжоу (XII-VIII в.в. до Р.Х.), а это более тысячи лет! После падения династии Чжоу наступил период феодальной раздробленности и смуты, вековые представления о неизменном порядке мироздания весьма пошатнулись, пошло брожение в умах, в результате чего рано или поздно должны были появиться новые идеи, призванные дать ответ на вечные вопросы. И эти идеи появились.
Лао-Цзы. Его имя можно перевести, как «старый мудрец» или «старое дитя». Родился Лао-Цзы ок. 604 г. до Р.Х., о смерти же его ничего неизвестно. Очевидно, умер он в глубокой старости. Сохранилась легенда, по которой начальник одной из пограничных застав ранним утром встретил загадочного старца, сидящего верхом на быке. Старец ласково поговорил с чиновником, подарил ему свою книгу и отправился дальше на запад, где его силуэт растворился в предрассветном тумане среди гор. С тех пор никто его не видел, и начальник заставы оказался последним, кто виделся и разговаривал с «величайшим умозрительным философом жёлтой расы», как назвал Лао-Цзы великий русский философ Владимир Соловьёв.
Упомянутая книга называлась «Дао де цзин», что в переводе на русский язык означает «О пути и добродетели». Многие фрагменты и изречения из неё дошли до наших дней, благодаря чему мы можем составить впечатление об удивительном учении древнекитайского мудреца.
Нельзя не отдать должное смелости и прозорливости философа. В то время, как его современники-соотечественники, уставшие от неустройства жизни и неопределённости будущего пытались реставрировать старинные обычаи, через магические ритуалы и гадания заглянуть за завесу завтрашнего дня и хоть как-то повлиять на него, Лао-Цзы решительно отметает все эти мелочные магические представления, устремляя свой взор к самой Сущности бытия. «Он возвращается к древнему, первобытному Откровению, к интуитивному постижению Единства, на котором покоится вся Вселенная. В этом священном Единстве философ находит забытый источник Истины, утерянное постижение Реальности».
«Есть бытие, которое существует раньше, нежели небо и земля. Оно недвижимо, бестелесно, самобытно и не знает переворота. Оно идёт, совершая бесконечный круг, и не знает предела. Оно одно только может быть матерью неба и земли. Я не знаю его имени, но люди называют его Дао».
По убеждению Лао-Цзы, человечество отпало от Истины, заменив естественный закон Дао своими измышлениями, оказавшись в плену собственных страстей. «В древности тот, кто был способен к просвещению, знал глубочайшую тайну. Они знали Дао. »
«Я спокоен и не выставляю себя на свет. Я подобен ребёнку, который не явился в мир.
Все люди полны желаний, только один я подобен тому, кто отказался от всего.
Все люди пытливы, только один я равнодушен. Я подобен тому, кто несётся в морском просторе и не знает, где ему остановиться.»
Для того, чтобы достигнуть совершенства, нужно возвы-ситься над временным и спокойно плыть по великой реке Жизни, и это, по Лао-Цзы, самый естественный путь к совершенству, изначально данный каждому. «Голубь белый не потому, что он каждый день купается». «Настоящий мудрец постигает Дао, не выходя из своей комнаты».
Кун-Цзы являлся потомком знатного, но обедневшего рода. Отец умер, когда он был ещё ребёнком, и будущему мудрецу пришлось рано начать трудовую жизнь, чтобы прокормить мать и младших братьев и сестёр. Тогда же в нём проснулась неудержимая тяга к знаниям. Не имея возможности платить за обучение, Кун занимается самообразованием, много читает, отдавая явное предпочтение древним трактатам. Очевидно, тогда у него сформировались первые представления об идеальном государстве, в котором властитель был мудр и справедлив, чиновники честны и исполнительны, войско преданно и отважно, простолюдины трудолюбивы и добры, женщины верны и нежны, земля плодородна и обильна.
Достигнув совершеннолетия, Конфуций поступает на государственную службу, где ему поручают должность надзирателя за продовольственными поставками. Молодой человек поначалу с воодушевлением принялся за исполнение своих обязанностей (вот где можно начать возрождение древних идеалов!), однако тут ему пришлось столкнуться с картиной прямо противоположной и гнетущей: князья были жестоки и праздны, купцы алчны и хитры, коллеги-чиновники продажны и нерадивы.
Такое потрясение многих выбило бы из седла, заставило приспособиться или попросту бросить всё и уйти. Но Конфуций только ещё более укрепился в своих убеждениях, истово веря, что только возвращение к древним обычаям и порядкам может вывести страну из хаоса и несправедливости.
Около тридцати лет Кун-Цзы приступает к активной проповеди своей доктрины. «Вскоре вокруг него обирается первый кружок молодых людей, видевших в нём своего наставника. Он читал вместе с ними старинные рукописи, толковал тексты, объяснял обряды, делился своими мыслями о золотом веке, который хотя и ушёл давно в прошлое, но может быть воскрешён вновь.
Когда Конфуция называли проповедником какой-то новой концепции, он горячо протестовал против этого: «Я толкую и объясняю старые книги, а не сочиняю новые. Я верю древним и люблю их». Свою главную цель он видел в «умиротворении народа»; только ради этого нужно знать заветы святых царей.»
Отсюда вытекает и концепция гармоничного человека по Конфуцию: «Когда природа берёт перевес над искусственностью, мы получаем варварство, когда искусственность берёт перевес над природой, мы получаем лицемерие, и только равновесие природы и искусственности даёт благородного человека».
В дальнейшем конфуцианство прошло трудный путь, прежде чем было признано в Китае повсеместно. Были времена, когда последователей Конфуция преследовали, как политических преступников. Однако в итоге сила заложенных в учении нравственных идеалов привлекла людей, а в 174 г. до Р.Х. сам император принёс жертву перед гробницей Кун-Цзы, объявив его «величайшим мудрецом нации и посланником Неба». Даже коммунизм не смог уничтожить память о философе-идеалисте, выдающемся общественном деятеле.
Подводя итоги скажем, что учение Кун-Цзы по сути не является религиозным, свои надежды он возлагает на гуманность и этикет, взятые «сами по себе». Это созвучно атеистической морали, и неслучайно в Европе XVIII века философы «эпохи просвещения» встретили Конфуция, что называется, «на ура». Однако те же деятели «просвещения» в Великую Французскую революцию ради этих отдельно взятых высоких идеалов отправили на гильотину тысячи людей, как и за две тысячи лет до них поступил Конфуций. И в который раз приходится убеждаться, что нравственность, лишённая веры, взятая «сама по себе», при необходимости легко отодвигается в сторону во имя чего-нибудь другого. Впрочем, сам Кун-Цзы в этом не виноват. Он жил и учил искренне, а нам и сегодня есть чему у него поучиться.
Сравнивая учения Лао-цзы и Конфуция ловим себя на мысли, что это воистину диалектическое «единство и противоположность» двух школ отражает основные тенденции развития всемирной философской мысли. Действительно, в последующие эпохи философы либо исследуют человека как социальное существо и занимаются (на бумаге или, если им дают, на реальном, так сказать, материале, причём во втором случае как правило безуспешно) конструированием идеального общества, либо стремятся проникнуть мыслью в надмирные сферы, постичь Единое Начало, осознать перед Ним себя. Возможно, других задач, по большому счёту, у философии и нет, а отними эти – останется одна «Тошнота»…
1. Древнекитайская философия. Собрание текстов, т. 1 – М., 1972
2. Мень А.В. У врат молчания. Духовная жизнь Китая и Индии в середине первого тысячелетия до н.э. – М., 1992
3. Философский словарь п./ред. Фролова И.Т. – М., 1986
4. Чанышев А.Н. Курс лекций по древней философии – М., 1981
5. Энциклопедия мистицизма. Сост. Дядьков Н. –
С.-Пб., 1997
Учение Лао-цзы
Учение Лао-цзы
Первоначальное учение даосизма содержится в книге «Дао дэ цзин». Оно состоит из двух аспектов: политического и философского. Что касается политики, Лао-цзы учил, что чем меньше правительство вмешивается в жизнь людей, тем лучше. Об этом повествует также и легенда о жизни самого Лао-цзы. Главным в существовании человека Лао-цзы считал философскую сторону его бытия.
Философия Лао-цзы принимает как достоверные идеи дао, инь и ян и, исходя из них, строит философию жизни человека. Дао являет собой непостижимую, всеобъемлющую и непобедимую силу, на основе которой существует и движется все в мире, и человек должен согласовывать с ней свою жизнь. Если всякая тварь, включая птиц, рыб и животных, живет согласно дао, то и для человека не существует причины не жить в гармонии с этим «путем всех вещей» и позволить естественным принципам инь и ян свободно оперировать его жизнью.
Такой подход Лао-цзы назвал увэй (бездеятельность или неактивная жизнь) и видел причину бед человека в пренебрежении силой дао, или в старании улучшить ее, или в активном сопротивлении ей. Все, говорится в даосизме, должно происходить естественным путем. Ни на что не нужно нажимать и ничем не нужно управлять.
Согласно этой теории, трудности у государственной власти возникают из-за того, что она нередко прибегает к диктаторским методам, заставляя людей поступать так, как для них противоестественно. В жизни же нужно быть гармоничным и спокойным, как дао. Если даже человеку вдруг покажется, что он достиг успеха, несмотря на то, что пошел против установлении дао, необходимо помнить, что это только кажущееся, временное благополучие. В конце концов он же пострадает от своего своеволия, потому что дао непобедим. Лишь человек, живущий в согласии с силой дао, достигнет успеха — и не только во взаимоотношениях с людьми, но даже хищные звери и ядовитые твари не нанесут ему вреда.
Если все люди будут следовать дао и откажутся от стремления улучшить естественный ход развития с помощью создаваемых ими законов, в мире наступит гармония человеческих отношений. Так, если имущество не будет считаться ценным, то не будет и краж;
если не будет брачных законов, то не будет и прелюбодеяния. Иными словами, человек, следующий дао, смирен и некорыстолюбив: он знает путь небесный и следует только ему. Таким образом, он нравствен без соблюдения законов и добродетелен без признания его добродетельным.
В связи с этим мы должны также обратить внимание на следующее пояснение, содержащееся в учении Лао-цзы. Если положительная сила заключается в спокойном, недеятельном существовании с позиции увэй (в жизни людей это выражается проявлением признаков доброты, искренности и смирения), если никто не вмешивается в дела других, человеческие взаимоотношения естественно и просто войдут в то русло, куда ведет их дао. И тогда произойдет спонтанное рождение истинной любви, настоящего добра и простоты во взаимоотношениях между людьми, возникнет чувство удовлетворения жизнью. Сила добра (дэ), являясь составляющей увэй, препятствует рождению гнева и честолюбия, не допускает непрошенного вмешательства в чужую жизнь. Насильственное же воздержание от проявления человеческих стремлений не может не повлечь за собой отрицательных последствий.
Читайте также
§ 1. Учение
§ 1. Учение Монотеистическая религия, которую имели праотцы всех народов, но которая приобрела свою фиксированную определенность через Откровение, полученное Моисеем и другими еврейскими пророками, называется ветхозаветной. Поэтому она обычно понимается как религия
Учение
Учение 1. Вера простых и богословие. В эпоху жизни и деятельности св. Григория Богослова догматические споры приобрели такой острый характер, что ими занимались люди всех состояний и в разных местах: на площадях, на рынках, в банях и даже на свадебных пиршествах и
Учение
Учение 1. О Святой Троице. Существо Божие непостижимо — что такое Бог, того объяснить не можем. «Мы не в состоянии изобразить ни начала, ни образа, ни вида Его» (VI, 5, 7). Однако в меру приемлемости Бог познаваем для твари, и от дел Божиих можно восходить до представления силы
Учение
Учение В поисках истины бл. Августин прошел долгий и сложный путь, и пережитые им увлечения теми или иными религиозными и философскими доктринами положили отпечаток на его христианское мировоззрение. Однако и по обращении в христианство он не сохранял неизменными свои
Учение о воздаянии
Учение о воздаянии 85. Мы так привыкли думать по-христиански о воздаянии в мире ином, что не представляем себе, что может существовать истинно религиозная жизнь, не основанная на этой истине. Это смущает многих читателей Ветхого Завета; их приводит в замешательство
Учение о Боге.
Учение Лао-цзы
Учение Лао-цзы Первоначальное учение даосизма содержится в книге «Дао дэ цзин». Оно состоит из двух аспектов: политического и философского. Что касается политики, Лао-цзы учил, что чем меньше правительство вмешивается в жизнь людей, тем лучше. Об этом повествует также и
УЧЕНИЕ
УЧЕНИЕ Когда Израэлю было семь лет, он днем учился в талмудической школе (иешиве), а вечером ходил в Дом Учения (Бет–мидраш) и учился там самостоятельно. В первую ночь Ханукки отец не хотел отпускать его в Дом Учения, так как подозревал, что он там разыграется с другими
Приложение Учение двенадцати апостолов Учение Господа чрез двенадцать апостолов народам
Приложение Учение двенадцати апостолов Учение Господа чрез двенадцать апостолов народам Глава I. Есть два пути: один – жизни и один – смерти; велико же различие между обоими путями.И вот путь жизни: во-первых, возлюби Бога, создавшего тебя, во-вторых, ближнего своего,
VI. УЧЕНИЕ БУДДЫ
VI. УЧЕНИЕ БУДДЫ В Дхаммападе находится стих (183), приписываемый самому Будде, и который повторяют и теперь буддисты, как нечто вроде символа веры. «Оставление всех грехов, делание всякого добра, очищение сердца — вот закон Будды» И этому стиху вполне соответствует все то,
Здравое учение
Здравое учение 1 Ты должен учить тому, что соответствует здравому учению. 2 Учи пожилых мужчин быть воздержанными, достойными уважения, благоразумными, показывающими пример здравой веры, любви и терпения.3 Также пожилым женщинам советуй вести себя благопристойно, не
Учение о самоотвержении Лк. 14, 25–35
Учение о самоотвержении Лк. 14, 25–35 По окончании вечери спаситель вышел из дома фарисея и отправился в путь; за ним шло множество народа, желавшего слышать слово назидания. но сердцеведец, пред которым были открыты мысли и чувствования людей, ясно зрел, что этой толпе,
Его Учение
Его Учение Свое Учение Он не называет новым. Оно — лишь еще одно выражение для нынешних конкретных условий Земли Единого Божественного Учения, которое Бог постоянно повторяет людям через Своих Посланцев. Оно на санскрите называется Санатана Дхарма — Извечный Закон.
Учение
Учение Мудрец вопросы миру задает, Дурак ответы точные дает. Но для того ли мудрый вопрошает, Чтоб отвечал последний идиот? Н.Н. Матвеева Уогромного русобородого Али, ставшего теперь наставником Абдаллаха, не было времени для специальных бесед – ему часто приходилось
Существует много путаницы относительно основателя таоизма. Некоторые даже сомневаются, существовал ли он вообще. Согласно одной легенде, настоящее его имя было Лай Эрх, родился он предположительно в 604 г. до н. э., а умер предположительно в 524 г. до н. э.
Священные книги: Дао Дэ Цзин («Книга пути и достоинства») – самая короткая из всех священных книг в мире. Предположительно написана Лао‑цзы в конце жизни. И хотя в ней всего около пяти тысяч слов, она настолько непонятна, что по сей день является предметом исследования.
Распространение: Китай, Корея и Маньчжурия, США.
Религиозные течения: таоизм – мистическая религия, поэтому у нее много толкований и сект.
Встреча двух философов
В те времена, когда слава Конфуция только начинала распространяться по всему Китаю, в этой стране жил еще один философ, имя которого было на устах у его многочисленных поклонников.
Конфуций слышал о нем. Его имя Лао‑цзы из города Лоян, где он работал хранителем архива императорской библиотеки. Учение Лао‑цзы показалось Конфуцию очень необычным, и позднее, когда он был приглашен в императорскую библиотеку изучать рукописи по древнекитайской музыке, Конфуций отправил к Лао‑цзы посыльного с сообщением, что хочет с ним встретиться.
Когда посыльный ушел, Конфуций сел на циновку и начал читать рукопись, написанную на бамбуковых полосах. Занятый изучением текстов, он услышал, что кто‑то вошел в комнату. Он поднял глаза и увидел, что к нему идет лысый длиннобородый старик. Конфуций немедленно встал, демонстрируя должное уважение к старшему по возрасту.
«Что ты читаешь, господин?» – спросил старик.
«Книгу перемен, – ответил Конфуций, понимая, что старик, стоящий перед ним, не кто иной, как сам Лао‑цзы. Потом он добавил: – Мудрецы древности изучали эту книгу, как мне сказали».
«С какой целью ты читаешь ее?» – спросил Лао‑цзы.
«Книга перемен учит гуманизму и справедливости».
«Гуманизму и справедливости! – воскликнул Лао‑цзы и нетерпеливо начал расхаживать по комнате. – Разве голубь купается целый день, чтобы стать белым? Нет. Он белый от природы. Так же и люди. Если они добры и справедливы в душе, их не нужно учить справедливости».
С этого начался долгий спор между двумя философами. Говорил в основном Лао‑цзы. Время от времени он задавал Конфуцию вопросы, на которые тот очень вежливо отвечал.
«Зачем ты хочешь узнать о вещах, которые происходили в давние времена? Какой тебе в этом интерес и какая выгода?» – спросил Лао‑цзы.
«Я полагаю, – ответил Конфуций старику, – что люди рождаются хорошими, а учение и знания помогут им оставаться такими. Но прежде чем мы сможем получить новые знания, мы должны сначала узнать старые, вот почему я думаю, что мудрость наших предков следует тщательно изучать». Этот ответ рассердил Лао‑цзы.
«Люди, о которых ты говоришь, господин, уже сгнили в могилах. Оставь свое важничанье и забудь о своих грандиозных планах научить мир справедливости. Тебе это не нужно. Вот что я хочу тебе сказать – и это все!»
Он повернулся и вышел из комнаты.
Позднее, когда Конфуций вернулся к своим последователям, все они стали горячо интересоваться его встречей с Лао‑цзы и тем, что он думает о нем. Конфуций подумал немного и сказал:
«Я знаю, как летают птицы, как плавают рыбы, как бегают животные. Бегуна можно поймать в западню, пловца – на крючок, а летуна подстрелить стрелой. Но есть дракон. Я не могу сказать, как он с помощью ветра пробирается через облака и поднимается к небу. Сегодня я увидел Лао‑цзы и могу сравнить его только с драконом».
Последователи Конфуция поняли из его ответа, что Лао‑цзы произвел на их Учителя сильное впечатление, но он понял его не лучше, чем понимает то, как дракон взмывает в небо.
Кем же был этот пользовавшийся большим уважением сердитый старик Лао‑цзы? Чему учил и что мы знаем о нем?
Что мы знаем о Лао‑цзы
В деревне Кеуджин прихода Ли округа Цоу жил бедный человек по имени Лай со своей женой. На третий год правления двадцать первого Владыки династии Чжоу – около 2530 лет назад – жена Лая родила мальчика, которого они назвали Лай‑Пе‑Ян.
О детстве Лай‑Пе‑Яна известно мало. Известно, что довольно рано он стал хранителем царских архивов в городе Лояне и оставался им много лет.
Работа в императорской библиотеке давала возможность Лай‑Пе‑Яну много учиться. Когда позднее он начал высказывать свои воззрения на философию и религию, он завоевал уважение и восхищение многих людей, которые стали называть его Лао‑цзы, что означает «Старый Философ».
Но слава не изменила жизнь Лао‑цзы. Он как был хранителем императорских архивов, так им и оставался и мог бы оставаться в императорской библиотеке до конца своей долгой жизни, если бы правители его провинции не становились хуже день ото дня.
Когда правители стали такими себялюбивыми и бесчестными, что Старый Философ счел для себя оскорблением жить под их властью, он решил покинуть место, где прожил почти всю свою жизнь. В то время ему было девяносто лет. Но он принял решение уйти из императорской библиотеки, покинуть Лоян и провинцию, в которой жил и которая была его домом.
И ушел.
Когда он дошел до границы провинции, страж узнал Старого Философа и не хотел его пропускать.
«Почему ты не пропускаешь меня?» – спросил Лао‑цзы.
«Учитель, ты великий философ, – ответил страж границы, – и твоя слава известна повсюду. Но ты еще не записал свое учение. Если ты покинешь нас сейчас, у нас не останется даже записей твоего учения».
«Если я запишу свое учение, ты пропустишь меня?» – спросил Лао‑цзы.
«Да, Учитель!»
Лао‑цзы сел на землю и записал самые важные положения своего учения – небольшую книгу около двадцати пяти страниц, которую назвал Дао Дэ Цзин, что можно перевести как «Книга пути и достоинства».
Эту маленькую книгу он отдал стражу границы, и тогда ему было позволено покинуть провинцию.
Лао‑цзы ушел, и больше о нем никогда не слышали.
Это все, что мы знаем о Старом Философе.
О Конфуции мы знаем многое: где и как он жил, чем занимался всю жизнь и как он это делал. Знаем даже, какую пищу любил, как принимал гостей, как спал. О Лао‑цзы почти ничего не известно.
Когда мы ставим рядом то, что нам известно о Конфуции и Лао‑цзы, мы можем сравнить их с двумя статуями в старом музее.
Статуя Конфуция стоит освещенная солнечными лучами на том месте, где мы можем отчетливо ее видеть. Статуя Лао‑цзы выглядит больше как тень, чем что‑то реальное, поскольку стоит в тени, в дальнем углу.
Маленькая книжка, которую он написал в возрасте девяноста лет, перед тем как исчез, – единственное доказательство существования призрачного Лао‑цзы в реальном мире.
В Китае и других странах было написано много книг в десять, сто раз более объемных, чем Дао Дэ Цзин, которые уже давно забыты.
Однако маленькая книга, написанная Лао‑цзы, не забыта. Почему? Чему такому учит этот старый философ, что его небольшая книжка должна была пережить много сотен лет?
Дао Дэ Цзин до краев наполнена мыслями. Некоторые понять легко, иные трудно, а какие‑то и вовсе невозможно.
Во‑первых, Лао‑цзы учит, что Тао – это Великое Начало всего в мире и люди, которые хотят вести добродетельную жизнь, должны следовать Тао.
Что такое Тао, понятно не совсем четко. Слово «Тао» представляет для всех переводчиков большую трудность. Некоторые говорят, что оно означает «путь».
Другие утверждают, что оно означает «образ действий».
Третьи – что это «разум».
Четвертые – что это «слово».
А некоторые говорят, что это «Бог».
Сам Лао‑цзы предупреждал, что мы никогда не сможем узнать ничего о Тао, если уже не знаем о нем всего.
«Те, кто знает, не говорят, а кто говорит – не знают», – написал он в своей небольшой книжке.
Если мы не знаем, что такое Тао, мы никогда не сможем узнать что‑либо о нем от тех, кто знает. И все же именно это Тао, о котором мы никогда не сможем ничего узнать, если уже не знаем, – самое важное в жизни.
Конфуций тоже не утверждал, что знает что‑то о Боге на небесах. Но он учил, что люди должны стараться быть хорошими, а Бог позаботится о Себе.
Лао‑цзы учил совершенно противоположному. Первый долг людей, которые хотят вести добропорядочную жизнь, – верить в Тао (Путь или Бога), и мир позаботится о себе сам.
Конфуций учил, что люди рождаются хорошими, Лао‑цзы тоже учил этому. Но Конфуций говорил, что люди могут оставаться хорошими, получая надлежащее образование, тогда как Лао‑цзы верил, что людям нет необходимости учиться чему‑либо.
«Те, кто познал Тао, не очень ученые, – писал он. – А очень ученые не знают Тао».
Это может означать, что хорошие люди должны быть невежественными. Возможно, это не совсем то, что имел в виду Старый Философ. Трудно сказать, что он на самом деле имел в виду, и никто этого не знает.
Помимо этих непрозрачных высказываний в его маленькой книге содержится несколько очень четких и хороших идей. Одна из них – против войны:
«Великая цель Хорошего Человека – хранить мир. Ему не доставляет удовольствия выигрывать в сражениях и убивать своих соотечественников».
Лао‑цзы не только против убийства людей на войне, он вообще против убийства преступников в качестве меры наказания за их преступления. По его мнению, убивая преступников, люди не становятся лучше, и преступность не исчезает. Единственный способ сделать людей хорошими, считал он, – обращаться с ними всегда по‑доброму.
«С теми, кто добр ко мне, и я добр, – писал он в своей маленькой книге. – И с теми, кто недобр ко мне, я тоже добр. И таким образом, все становятся добрыми. С теми, кто искренен со мной, искренен и я. И с теми, кто неискренен со мной, я тоже искренен. И таким образом, все становятся искренними».
Позднее он написал:
«По‑настоящему добрый человек любит всех людей и не ненавидит никого».
Отрывков, которые легко понять, в его книге немного. В основном Дао Дэ Цзин весьма туманна.
Так что, поставив рядом учения Конфуция и Лао‑цзы, мы вновь возвратимся к сравнению с двумя статуями в старом музее.
Учение Конфуция залито светом, и нам его легко понять. Он учит тому, что:
люди не должны думать о Боге на небесах и жизни после смерти;
люди рождаются хорошими и должны оставаться хорошими на протяжении всей своей жизни;
путь к добру и добродетельной жизни должен пролегать через знания, почитание предков, преданность детей своим родителям, верность подданных своим правителям и, прежде всего, справедливость.
Все эти положения учения Конфуция легко понять.
Но учение Старого Философа скрыто в полумраке. Мы редко понимаем, что он имеет в виду и что мы должны понять из его высказываний.
И все же его небольшая книжка стала основой религии ТАОИЗМ, что означает «религия пути» или «религия бога».
Священной книгой таоизма является книга Дао Дэ Цзин.