значит есть работа для тюльпана песня
Монолог пилота «чёрного тюльпана»
В Афганистане
В «чёрном тюльпане»
С водкой в стакане
мы молча плывём над землёй.
Скорбная птица
Через границу
К русским зарницам
несёт ребятишек домой.
В «чёрном тюльпане»
Те, кто с заданий
Едут на Родину милую
в землю залечь,
В отпуск бессрочный,
Рваные в клочья…
Им никогда, никогда
не обнять тёплых плеч.
Когда в оазисы Джелалабада,
Свалившись на крыло, «тюльпан» наш падал,
Мы проклинали все свою работу:
Опять «бача» подвёл потерей роту.
В Шинданде, Кандагаре и Баграме
Опять на душу класть тяжёлый камень,
Опять нести на Родину героев,
Которым в двадцать лет могилы роют.
Но надо добраться,
Надо собраться.
Если сломаться,
то можно нарваться и тут.
Горы стреляют,
«Стингер» взлетает,
Если нарваться,
то парни второй раз умрут.
И мы идём совсем не так, как дома,
Где нет войны и всё давно знакомо,
Где трупы видят раз в году пилоты,
Где с облаков не валят вертолёты.
И мы идём, от гнева стиснув зубы,
Сухие водкой смачивая губы.
Идут из Пакистана караваны,
И значит, есть работа для «тюльпана».
В Афганистане
В «чёрном тюльпане»
С водкой в стакане
мы молча плывём над землёй.
Скорбная птица
Через границу
К русским зарницам
несёт наших братьев домой.
Когда в оазисы Джелалабада,
Свалившись на крыло, «тюльпан» наш падал,
Мы проклинали все свою работу:
Опять пацан подвёл потерей роту.
В Шинданде, Кандагаре и Баграме
Опять на душу класть тяжёлый камень,
Опять нести на Родину героев,
Которым в двадцать лет могилы роют.
Александр Розенбаум В Афганистане в «чёрном тюльпане»
Текст песни «Александр Розенбаум — В Афганистане в «чёрном тюльпане»»
В Афганистане в чёрном тюльпане
С водкой в стакане
Мы молча плывём над землёй.
Скорбная птица через границу
К русским зарницам несёт ребятишек домой.
В чёрном тюльпане те, кто с заданий
Едут на родину милую в землю залечь,
В отпуск бессрочный, рваные в клочья,
Им никогда, никогда не обнять тёплых плеч.
Когда в оазисы Джелалабада,
Свалившись на крыло, тюльпан наш падал,
Мы проклинали все свою работу,
Опять бача подвёл потерей роту.
В Шинданде, в Кандагаре и в Баграме
Опять на душу класть тяжёлый камень,
Опять нести на родину героев,
Которым в двадцать лет могилы роют.
Которым в двадцать лет могилы роют.
Но надо добраться, надо собраться,
Если сломаться,
То можно нарваться и тут.
Горы стреляют, стингер взлетает,
Если нарваться,
То парни второй раз умрут.
И мы идём совсем не так, как дома,
Где нет войны и всё давно знакомо,
Где трупы видят раз в году пилоты,
Где с облаков не валят вертолёты.
И мы идём от гнева стиснув зубы,
Сухие водкой смачивая губы,
Идут из Пакистана караваны,
А значит, есть работа для тюльпана.
И значит, есть работа для тюльпана.
В Афганистане в чёрном тюльпане
С водкой в стакане
Мы молча плывём над землёй.
Скорбная птица через границу
К русским зарницам
Несёт наших братьев домой.
Когда в оазисы Джелалабада,
Свалившись на крыло, тюльпан наш падал,
Мы проклинали все свою работу,
Опять бача подвёл потерей роту.
В Шинданде, в Кандагаре и в Баграме
Опять на душу класть тяжёлый камень,
Опять нести на родину героев,
Которым в двадцать лет могилы роют.
Опять нести на родину героев,
Которым в двадцать лет могилы роют.
Черный Тюльпан Александр Розенбаум
Текст песни «Черный Тюльпан — Александр Розенбаум»
В Афганистане в чёрном тюльпане
С водкой в стакане
Мы молча плывём над землёй.
Скорбная птица через границу
К русским зарницам несёт ребятишек домой.
В чёрном тюльпане те, кто с заданий
Едут на родину милую в землю залечь,
В отпуск бессрочный, рваные в клочья,
Им никогда, никогда не обнять тёплых плеч.
Когда в оазисы Джелалабада,
Свалившись на крыло, тюльпан наш падал,
Мы проклинали все свою работу,
Опять бача подвёл потерей роту.
В Шинданде, в Кандагаре и в Баграме
Опять на душу класть тяжёлый камень,
Опять нести на родину героев,
Которым в двадцать лет могилы роют.
Которым в двадцать лет могилы роют.
Но надо добраться, надо собраться,
Если сломаться,
То можно нарваться и тут.
Горы стреляют, стингер взлетает,
Если нарваться,
То парни второй раз умрут.
И мы идём совсем не так, как дома,
Где нет войны и всё давно знакомо,
Где трупы видят раз в году пилоты,
Где с облаков не валят вертолёты.
И мы идём от гнева стиснув зубы,
Сухие водкой смачивая губы,
Идут из Пакистана караваны,
А значит, есть работа для тюльпана.
И значит, есть работа для тюльпана.
В Афганистане в чёрном тюльпане
С водкой в стакане
Мы молча плывём над землёй.
Скорбная птица через границу
К русским зарницам
Несёт наших братьев домой.
Когда в оазисы Джелалабада,
Свалившись на крыло, тюльпан наш падал,
Мы проклинали все свою работу,
Опять бача подвёл потерей роту.
В Шинданде, в Кандагаре и в Баграме
Опять на душу класть тяжёлый камень,
Опять нести на родину героев,
Которым в двадцать лет могилы роют.
Опять нести на родину героев,
Которым в двадцать лет могилы роют.
Александр Розенбаум — В Афганистане
Слушать Александр Розенбаум — В Афганистане
Текст Александр Розенбаум — В Афганистане
В Афганистане
В «чёрном тюльпане»,
С водкой в стакане
мы молча плывём над землёй.
Скорбная птица
Через границу,
К русским зарницам
несёт ребятишек домой.
В «чёрном тюльпане»
Те, кто с заданий
Едут на Родину милую
в землю залечь,
В отпуск бессрочный,
Рваные в клочья…
Им никогда, никогда
не обнять тёплых плеч.
Когда в оазисы Джелалабада,
Свалившись на крыло, «тюльпан» наш падал,
Мы проклинали все свою работу:
Опять «бача» подвёл потерей роту.
В Шинданде, Кандагаре и Баграме
Опять на душу класть тяжёлый камень,
Опять нести на Родину героев,
Которым в двадцать лет могилы роют,
Которым в двадцать лет могилы роют.
Но надо добраться,
Надо собраться.
Если сломаться,
то можно нарваться и тут.
Горы стреляют.
«Стингер» взлетает,
Если нарваться,
то парни второй раз умрут.
И мы идём совсем не так, как дома,
Где нет войны и всё давно знакомо,
Где трупы видят раз в году пилоты,
Где с облаков не валят вертолёты.
И мы идём, от гнева стиснув зубы,
Сухие водкой смачивая губы.
Идут из Пакистана караваны,
И значит, есть работа для «тюльпана»,
И значит, есть работа для «тюльпана».
В Афганистане
В «чёрном тюльпане»,
С водкой в стакане
мы молча плывём над землёй.
Скорбная птица
Через границу,
К русским зарницам
несёт наших братьев домой.
Когда в оазисы Джелалабада,
Свалившись на крыло, «тюльпан» наш падал,
Мы проклинали все свою работу:
Опять пацан подвёл потерей роту.
В Шинданде, Кандагаре и Баграме
Опять на душу класть тяжёлый камень,
Опять нести на Родину героев,
Которым в двадцать лет могилы роют.
В Афганистане, в черном тюльпане,
C водкой в стакане мы молча плывем над землей
Скорбная птица через границу
К русским зарницам несет ребятишек домой.
В черном тюльпане те, кто с заданья,
Едут на родину милую в землю залечь.
В отпуск бессрочный, рваные в клочья,
Им никогда, никогда не обнять теплых плеч.
Когда в оазисы Джеллалабада
свалившись на крыло, тюльпан наш падал.
Мы проклинали все свою работу.
Опять бача подвел потери роту
В Шинданде, Кандагаре и Баграме
Опять на душу класть тяжелый камень
Опять везти на родину героев
Которым в 20 лет могилы роют
Которым в 20 лет могилы роют
Но надо добраться, надо собраться
Если сломаться, то можно нарваться и тут
Горы стреляют, Стингер взлетает
Если нарваться, то парни второй раз умрут
И мы идем совсем не так, как дома
Где нет войны и все давно знакомо
Где трупы видят раз в году пилоты,
Где с облаков не валят вертолеты
И мы идем, от гнева стиснув зубы
Сухие водкой смачивая губы
Идут из Пакистана караваны
А, значит, есть работа для тюльпана
И, значит, есть работа для тюльпана
В Афганистане, в черном тюльпане,
C водкой в стакане мы молча плывем над землей
Скорбная птица через границу
К русским зарницам несет наших братьев домой.
Когда в оазисы Джеллалабада
свалившись на крыло, тюльпан наш падал.
Мы проклинали все свою работу.
Опять пацан подвел потери роту
В Шинданде, Кандагаре и Баграме
Опять на душу класть тяжелый камень
Опять везти на родину героев
Которым в 20 лет могилы роют
Опять везти на родину героев
Которым в 20 лет могилы роют