Запишите что сказал рерих о своем учителе художнике

Главное – избегать всего отвлеченного. Ведь в сущности оно и не существует, так же, как и нет пустоты. Каждое воспоминание – о Куинджи, о его учительстве, как в искусстве живописи, так и в искусстве жизни, вызывает незабываемые подробности. Как нужны эти вехи опытности, когда они свидетельствуют об испытанном мужестве и реальном созидательстве.

Помню, как после окончания Академии Художеств Общество Поощрения Художеств пригласило меня помощником редактора журнала. Мои товарищи возмутились возможностью такого совмещения и прочили конец искусству. Но Куинджи твердо указал принять назначение, говоря: «Занятый человек все успеет, зрячий все увидит, а слепому все равно картин не писать».

Сорок лет прошло с тех пор, как ученики Куинджи разлетелись из мастерской его в Академии Художеств, но у каждого из нас живет все та же горячая любовь к Учителю жизни. В каждой статье об искусстве приходят на память всегда свежие заветы Учителя, уже более четверти века ушедшего от земли. Еще в бытность нашу в Академии Щербов изобразил в карикатуре нашу мастерскую; для обстановки Щербов взял мою картину «Сходятся старцы», но карикатура лишь подчеркнула нашу общую любовь к Учителю.

Когда же в 1896 году Президент Академии обвинил Куинджи в чрезмерном влиянии на учащихся и потребовал его ухода, то и все ученики Куинджи решили уйти вместе с Учителем. И до самой кончины Архипа Ивановича все мы оставались с ним в крепкой любви, в сердечном взаимопонимании и содружестве.

«На границе тридесятого царства стоит великан – дикий человек. Ни конному, ни пешему не пройти, не проехать», – говорится в народной сказке. Еще во времена Академии, в мастерской Куинджи вздумалось мне написать такую картину. У каждого из нас было свое окно, все обвешанное сладкими итальянскими этюдами прошлого века. Каждый в такой закутке разрабатывал свои задания. Чем разнообразнее они были, тем больше радовался Куинджи. Мой «дикий человек» на ярко лимонном небе очень разил среди прочей обстановки. Не думал я, что такой выход из общепринятых рамок вместится. Но, видимо, вышло наоборот. Куинджи привел в мою закутку Айвазовского. «Кто это у вас тут сказки рассказывает?» – дружелюбно воскликнул маринист и долго разглядывал моего великана. «Сказка, настоящая сказка. Правда и сказка все вместе». [3]

А.И. Куинджи. Березовая роща. 1898-1908 гг.

(…). На наших глазах многих полезных деятелей обвиняли в эгоизме, ради которого они будто бы исключительно творили. Нам приходилось слышать такие обвинения и о Толстом, в отношении братьев Третьяковых, и о Куинджи, и о кн. Тенишевой, и о Терещенко, и о многих других, слагавших незабываемо полезное народное сокровище. Завистники шептали, что все эти поборники и собиратели действуют исключительно из самолюбия и ожидают каких-то высоких награждений. Когда мы говорили: «Но что, если вы клевещете, и доброе строительство происходит из побуждений гораздо более высоких и человечных. (…).

Сколько так называемых врагов оказались в лучшем сотрудничестве и сколько так называемых друзей не только отвалились, но и впали во вредительство, в лживое бесстыдное злословие. А ведь люди особенно любят выслушать таких «друзей». По людскому мирскому мнению, такие «друзья» должны знать нечто особенное. Именно о таких «друзьях» в свое время Куинджи говорил, когда ему передали о гнусной о нем клевете: «Странно, а ведь этому человеку я никогда добра не сделал». Какая эпика скорби сказывалась в этом суждении. [4]

Нововременский Буренин как-то повадился в нескольких своих фельетонах в связи с Горьким и Андреевым ругать и меня. Мы, конечно, не обращали внимания на этот лай. Но Куинджи был иного мнения. Он сохранял своего рода пиетет к печатному слову и считал, что буренинская ругань мне должна быть чрезвычайно неприятна. Как я его ни убеждал в противном, он все-таки твердил: «Что ни говорите, а это очень нехорошо. А главное в том, что если Буренин начал, то уж не отстанет». Я предложил Куинджи, что остановлю эти наскоки, но Куинджи только качал головой. В скором времени мне посчастливилось в театре встретить Буренина. На его традиционное «как поживаете?» я ответил: «Живу-то хорошо, но уж больно злы люди». «А в чем дело?» – осведомился Буренин. «Да вот вы меня сейчас часто поминаете, а люди ко мне пристают с вопросами, сколько я вам заплатил». Буренин даже глазами заморгал и с той поры никогда даже не упоминал меня. Куинджи много смеялся, узнав о происшедшем.

Однажды Куинджи вернулся после обеда у Альберта Бенуа очень огорченный. Мы стали спрашивать его, в чем дело. «Это дело в том, что опять сказал, что не следовало бы. Григорович при всех начал уверять, что он первый хвалебно писал о моих картинах. А я не удержался и сказал, что он называл мои картины сапогами. Он, бедный, так и осунулся. Мне не следовало напоминать ему. Пусть бы себе думал так, как ему сейчас хотелось». То же самое приходилось испытывать и каждому из нас. Помню, как наш друг Селиванов начал уверять, что он первый хорошо написал о моем «Гонце». А я ему совершенно не к месту напомнил, что именно он «Гонца»-то и обругал. Получилось совсем нехорошо, и в памяти встал эпизод Куинджи – Григорович. Русский народ сказал правильно: «Кто старое помянет, тому глаз вон». Мало ли что бывает. Тот же народ говорит: «Быль молодцу не укор». [6]

А.И. Куинджи. Эльбрус вечером. 1908
А. И. Куинджи. Дарьяльское ущелье. Лунная ночь.1895 г.

Весело теперь вспоминать всякие такие изречения, но в свое время они доставляли немало хлопот. После статей Буренина А.И. Куинджи очень разбеспокоился. Покачивая головою, он говорил: «А все-таки это нехорошо». На мои доводы, что было бы еще хуже, если бы Буренин принялся хвалить, Куинджи все же покачивал головой. Теперь так же весело вспоминать и скандал на первом представлении «Весны Священной» в Париже. Санин, весь вечер не отходивший от меня, умудренно шептал: «Нужно понять этот свист как своеобразные аплодисменты. Помяните мое слово, не пройдет и десяти лет, как будут восторгаться всем, чему свистали». Многоопытный режиссер оказался прав. [7]

Думалось мне, что в «Мире Искусства» должен сохраняться хотя бы некоторый корпоративный дух, но отношения Бенуа доказывают, что этого нет. А ну его к шуту! Покойная Мария Клавдиевна Тенишева всегда называла его Тартюфом, очевидно, она знала его природу. Меня нисколько не трогает оценка Бенуа и ему подобных. На наших глазах и Толстого, и Третьякова, и Менделеева, и Куинджи всячески поносили, но все это, как Вы правильно замечаете, лишь пыль, несущаяся за устремленным всадником. [8]

За все время работы в разных странах нам приходилось встречаться с самыми разнообразными изобретениями. Говорят, что восточные народы особенно склонны ко всяким шехерезадам, но на деле и Запад в этом отношении не уступает Востоку. Сколько раз приходилось слышать удивительно измышленные сказки! Эти повествователи, видимо, совершенно не стеснялись неправдоподобностью. Однажды Куинджи, услышав одну из таких легенд обо мне, сказал сочинителю: «Вы успели одновременно сделать его не только всемогущим, но и вездесущим. По вашему рассказу я могу заключить, что он был одновременно в двух местах». Оставалось непонятным, к чему сочиняются всякие неправдоподобные легенды. Всегда ли это делается со злостною целью или же иногда это происходит просто по старинной пословице для красного словца? Будем добры и предположим второе. [9]

(…). Помню, как Куинджи осуждал каждое уныние: «Коли повесите нос книзу, то и небо не увидите». [10]

(…). Помню, Куинджи говорил мне: «Это-то хорошо, что вы имеете врагов. Только бездарность врагов не имеет». [11]

Быстро бежит время. Уже тридцать лет минуло, как скончался Куинджи. Ушел большой художник, большой человек, большое сердце. Незабываемый!

Тяжко кончался Куинджи. Невольно поминалась народная пословица, что «добрые люди трудно помирают». Болезнь сердца, удушье со страшными болями, все это сломило крепчайший организм. Болезнь развивалась быстро, и в 1910 году уже не оставалось сомнения, что фатальный конец близок. Летом меня вызвали из Прибалтики ввиду ухудшения болезни. Я застал Архипа Ивановича, нагим сидящим на постели, а вокруг него помещалось несколько членов Академии – Беклемишев, Позен и другие. Архип Иванович говорил странные вещи, и я сразу понял, что он от страданий своих не в себе. Отозвав Беклемишева, я обратил внимание на эту новую сторону болезни, но Беклемишев замахал руками и сказал: «Ничего подобного». Не успел он вернуться к своему месту, как Куинджи позвал служителя, санитара Петра, и указав ему на сидевших членов Академии, горько сказал: «Петр, ты простой человек, посмотри, что за люди меня окружают». После этого Беклемишев понял. Конечно, только припадки боли вызывали возбужденное состояние, и тогда мышление туманилось. Но боль утихала, и Куинджи пристально вглядывался в нас и говорил: «Этто, давайте сегодня говорить глупости». Бывали и жуткие минуты: так, когда я и Зарубин дежурили ночью, Архип Иванович вдруг привстал на постели и, вглядываясь куда-то между нами, глухо спросил: «Кто тут»? Мы ответили: «Рерих и Зарубин». – «А сколько вас»? –»Двое». – «А третий кто?» Было жутко. Архип Иванович хотел повидать всех своих учеников. Но сделать это было очень трудно. В летнее время все были в разъезде. Вроблевский был в Карпатах, Пурвит в Риге, Рущиц за Краковом, Богаевский и Латри – в Крыму, и остальные все далеко. Я сделал целое расписание – кому и куда написано. В минуты облегчения от страданий Архип Иванович требовал этот лист и обсуждал, когда к кому могло прийти письмо, когда кто откуда мог выехать, по какой дороге. Осведомлялся, нет ли телеграмм, спрашивал: «Но ведь они торопятся? Они знают, что спешно?». Это было очень трагично. Куинджи любил учеников. Это была какая-то особенная любовь, которая иногда существует в Индии, где понятие Учителя – Гуру облечено особым пониманием. Незадолго до конца в припадке боли Куинджи пытался выброситься из окна. Значителен и мудр был лик его в гробу.

Куинджи, посылая денежную помощь бедным, добавлял: «Только не говорите, от кого».

Куинджи однажды услышал, что ученики между собою называли его Архипом.

Когда все собрались к чаепитию, он сказал, улыбаясь: «Если я для вас буду Архипкой, то кем же вы сами будете?» Учительство, подобное Гуру Индии, сказывалось в словах Архипа Ивановича.

Куинджи умел быть суровым, но никто не был таким трогательным. Произнеся жестокую критику о картине, он зачастую спешил вернуться с ободрением: « Впрочем, каждый может думать по-своему. Иначе искусство не росло бы».

Куинджи знал человеческие особенности. Когда ему передали о некоей клевете о нем, он задумался и прошептал: «Странно! Я этому человеку никакого добра не сделал».

Куинджи не только любил птиц, но и умел общаться с ними. Болезни его пернатых друзей сильно его огорчали. «Сильный дифтерит у голубя тяжелый случай! Вот и подклеенное крыло у бабочки не действует!»

Куинджи умел при надобности осадить вредные выступления. Когда Матэ стал высказывать в Совете наущения Репина, Куинджи прервал его словами: «Пусть лучше сам Илья Ефимович нам расскажет».

Куинджи умел защитить неправо пострадавшего. Ученики Академии часто не знали, кто смело вставал на их защиту. «Этто, не трогайте молодых».

Куинджи выказал большую самоотверженность, когда в. князь Владимир и гр. Толстой предложили ему немедленно подать в отставку за защиту учащихся. Друзья советовали ему не подавать, но он ответил: «Что же я буду поперек дороги стоять? Вам же труднее будет».

«Коли загоните в угол, даже овца кусаться начнет» – так знал Куинджи природу человеческую.

«Одни способны написать даже грязь на дороге, но разве в том реализм?» – говорил Куинджи, изучая свет луны.

«Сделайте так, чтобы иначе и сделать не могли, тогда поверят», — говорил Куинджи об убедительности.

Когда пришла весть, что адмирал Макаров сам выходит на разведку из Порт-Артура, Куинджи очень взволновался и говорил: «Нельзя ли телеграмму послать, ведь его заманивают на мины». Предвидение!

Однажды с Куинджи говорили о чудесах авиации. Он вздохнул: «Хорошо летать, прежде бы научиться по земле пройти». Он-то умел по земле ходить.

Когда же Куинджи слышал оправдания какой-то неудачи, он внушительно замечал: «Этто, объяснить-то все можно, а вот ты пойди да и победи».

Прекрасную победу одерживал Куинджи, когда писал приволье русских степей, величавые струи Днепра, когда грезил о сиянии звезд. [12]

(…). Единение, дух корпоративности всегда были мне близкими и нужными. Но не раз пришлось убедиться, насколько корпоративность далека от человеческого уклада. В мастерской Куинджи не вышла корпоративность. Не удалась она в «Мире Искусства». Обезобразилась она в Америке. Да так обезобразилась, что вред получился неизживаемый. И «Мир Искусства» оказался бы во сто раз мощнее, если бы не ползала ехидна раздора и ненавистничества. Вот и мастерская Куинджи разлетелась, а ведь могла бы оказаться прочною гильдиею, вроде средневековых. [13]

Британские газеты пишут о необычайном возрастании преступности в Англии и в Америке. Что же это такое? Впрочем, слабые мозги, потрясенные Армагеддоном, могут броситься в любые извращения. Какое же спешное культурное просвещение требуется! Также журналы сообщают о неслыханном развитии спиритизма в Англии. Опять опасность в невежественных руках. Также пишут о выкачивании крови и накачивании чужою. Опять опасность! Да, неблагополучно в большом земном доме. Мало таких крепких духом, каким был Куинджи — уже тридцать шестой год его ухода. Сколько добра он творил и всегда безымянно. Но умел быть и настоящим Гуру. Многое вспоминается. Однажды В. за глаза назвал его просто Архипом, но Куинджи услышал. Вечером, когда мы все собрались за чаем, Куинджи сказал: «Вот вы называете меня Архипкой, а кем же вы тогда будете?» Или Б. однажды злословил о нем за глаза. К вечеру Куинджи сказал: «Сегодня не будем пить чай. Не следует пить и есть с недовольным человеком». Много мудрости было в Куинджи — нужны такие учителя всегда, а особенно теперь нужны. [14]

(…). Не прислать ли Тебе мой лист о Куинджи? В мастерской было двадцать человек, а теперь, оказывается, я остался один. Все переселились «в деревню» («ео рус», как говорил Вольтер перед своим путешествием). О Куинджи у меня сохранились сердечные воспоминания. Мало кто знал его как человека. И в живописи он был первым русским импрессионистом. У него было много врагов за его правдивость и резкость, но ведь по врагам судим о размерах личности. Без врагов — кисло-сладко! [15]

Примечания:

1. Н.К. Рерих. Листы Дневника, т. 2, «Академия».1937 г.

2. Н.К. Рерих. Листы Дневника, т.2. «Мастерская Куинджи». 15.10.1936 г.

3. Н.К. Рерих. Листы Дневника, т.2. «Тридесятое царство». 5.10. 1940 г. Урусвати, Гималаи

4. Н.К. Рерих. Листы Дневника, т 2, «Жизнь». 1937 г.

5. Н.К. Рерих. Листы Дневника, т.1. «Болезнь клеветы».14.01.1935 (Пекин)

6. Н.К. Рерих. Листы Дневника, т 2, «Оценки». 1937г.

7. Н.К. Рерих. Листы Дневника, т 2, «Мир искусства». 4. 08.1939г. Гималаи

8. Н.К. Рерих. Листы Дневника, т 2, «Другу» 4.12. 1939г.

9. Н.К. Рерих. Листы Дневника, т 2, «Зарождение легенд», 1939 г.

10. Н.К. Рерих. Листы Дневника, т.2. «Друзья» 3.03.1941

11. Н.К. Рерих. Листы Дневника, т 3, «Дела», 1.12.1945 г.

12. Н.К. Рерих. Листы Дневника, т.2. «Куинджи». (К тридцатилетию со дня смерти).

13. Н.К. Рерих. Листы Дневника, т 3, «Единение» 10.10. 1942г.

14. Н.К. Рерих. Листы Дневника, т 3, «Продвижение» 15.12. 1945г.

15. Н.К. Рерих. Листы Дневника, т 3, «Грабарь» 28.04. 1947г.

30.01.2017 14:38 АВТОР: составитель Татьяна Бойкова | ПРОСМОТРОВ: 2510

Источник

Елена Рерих об Учителе Илларионе

АРХИВ А.М.АСЕЕВА Том I
ПИСЬМА Елены Ивановны Рерих Алексею Михайловичу Асееву

Сейчас же Высокое Учение и Директивы даются через Н.К., но повторяю, что помимо этих главных приемников, находящихся в постоянном сознательном Общении, непрестанно даются Иерархией Света отдельные послания и через другие каналы, и мы знаем такие прекрасные книжечки. Большею частью они даются ищущим душам, которые ничего или очень смутно слышали о теософии. Думается мне, если бы они слишком погрузились во всю сложную и путаную атмосферу около теософических кружков, они не могли бы явиться чистыми приемниками; сознание их было бы отравлено нетерпимостью.

Пишутся эти книжечки или автоматически, или, реже, под диктовку (Голоса Молчания). Но красота нравственной ценности этих книжечек не может быть умалена тем, что они писались без разрешения и благословения г-жи Безант, Ек.Тингли или Каменской*. Насколько мне известно, ни одна из этих председательниц за всю свою жизнь не просвещалась ни одной книгой, данной им из Высокого Источника. Следовало бы запросить их о причине этого.

Почему не дают они продолжения «Книги Дзиан»*? А продолжение ее имеется, но еще не опубликовано. Также не худо было бы запросить г-жу Каменскую, как относится она к Обществу, основанному Франчиа Ла Дью и Уильям[ом] Дауэром, и к книгам, даваемым через них? Общество это существует с девяностых годов прошлого столетия и имеет ответвления и в других странах. Высокое Учение, получаемое ими, не расходится с даваемым нам, и мы состоим с ними в самых прекрасных отношениях, именно, не исключаем друг друга.

Также и Уч[итель] М[ориа] иногда беседует с ними, и мы имеем послания от Уч[ителя] Иллар[иона] и Других. В Америке существует теософ[ская] «Аркан Скул», которая сейчас очень процветает, и она имеет специальные классы, посвященные изучению книг Агни-Йоги. Вообще, в обеих Ам[ериках] книги Агни-Йоги широко читаются, и во многих городах и штатах образовались группы вокруг изучения этих книг. Уже второе англ[ийское] издание «Агни-Йоги» приходит к концу, также как исчерпалось англ[ийское] издание первого тома «Листов Сада М[ории]». Сейчас много ищущих душ, но они не примыкают к теософам, царящая там нетерпимость отталкивает всех. «

Также Вы знаете и Сергия Радонежского, столь близкого каждому русскому сердцу. Спасители эти подвизались на всех поприщах жизни, на всех путях знания истинного. Труды их сжигались, и сами они подвергались жестоким гонениям. Но все эти знания хранятся в пространстве на нерушимых скрижалях Акаши. Будет время, когда эти рекорды будут читаться просветленными сознаниями.»

Так продвижением сознания человечества на протяжении всей эволюции нашей Земли мы обязаны этим великим Духам, воплощавшимся во всех расах и народностях на пороге каждого нового сдвига сознания, каждого нового поворота в истории. Величайшие Образы древности связаны с этими Сынами Света. Падение Люцифера началось со времен Атлантиды. Его можно узнать в Раванне, противнике героя Рамы в эпической поэме «Махабхарата».

Так Великие Духи неустанно принимали на себя труднейшие жизненные подвиги, но мало кто из современников Их понимал, хотя бы отчасти, величие этих Богочеловеков. Почти никто не мог вместить все значение творчества Их на плане земном и в Мирах надземных. Много прекрасных Тайн в Космосе, и когда дух касается их, то сердце переполняется восторгом и бесконечной признательностью к этим духам, истинным творцам нашего сознания.

На протяжении бесконечных тысячелетий в самоотверженном служении Общему Благу отказывались Они от высших радостей в Мире Огненном и в кровавом поту стояли на дозоре, принимая терновые венцы и испивая чаши яда из рук облагодетельстванного Ими человечества! Когда завеса тайны приоткроется, множества сердец содрогнуться от содеянного ими против этих Искупителей.»

«07.01.37. Век устремления в Высшие Миры должен быть достоин такого задания. Свара и ссора есть удел сорняков.» Таким образом, теософы типа Кам., Сол. и Гельмб. осудили себя на уровень скудоумов. К их огорчению, должна сказать, что Н. К., кроме сочинений Е. П. Бл., н и к а к и х теософских книг не читал, ибо он предпочитает первоисточники и хорошо знаком с Восточной Мыслью и теми трудами, из которых черпала свои сведения и Е. П. Бл., также и я могу сказать про себя, что моими первыми земными учителями были книги Рамакришны, Суоми Вивекананды, Бхагавадгита, книги по Буддизму, Лам-рим Цзон-ка-па и т.д. С теософ. литературой познакомилась я лишь в Америке и должна сказать, что после Восточных жемчужин и сочинений Е. П. Бл., литература эта не представила для меня ни малейшего интереса, некоторые же сочинения даже оттолкнули. Не мешало бы запросить теософов, почему они не издают по-русски «Письма Махатм»?

Если их главам трудно перевести весь том, то я уверена, что нашлись бы молодые члены, которые охотно разделили бы этот труд между собою. Также почему они не перевели небольшие книжечки «Ранних писем Махатм» и том писем Е. П. Бл.? Почему русским теософам нужно ходить в шорах и ничего не знать об истинной истории теософического движения и его деятелей? Почему, упоминая об Алисе Бейли, они умалчивают о гораздо более давнем и значительном Центре в Калифорнии, которым руководит Вел. Уч. Илларион? Почему Центр Калифорнии может издавать книгу Уч. Ил., а председатели теософ. отделов не просвещались за все эти годы ничем подобным?

Правда, мы узнали от них «великую весть» о пришествии Мирового Учителя в теле Кришнамурти и Матери Мира в облики Деви Рукмини, а также об избрании двенадцати Апостолов. Ведь все это безвкусие запечатлено на страницах журналов, и ничем это не изгладить! Нельзя бывшие сделать не бывшим. Неужели после всего этого кто-то еще может настаивать на своем исключительном авторитете и на исключительном общении с Вел. Учителями!? Истинно они рассчитывают на наивных игнорамусов!»

Но оставьте это сведение для себя, ибо теософы ложно приписывают это воплощение Ан. Безант. Ан. Безант была крупным духом, но все же зачем приписывать ей чужие воплощения.

Источник

О сияющей Шамбале и Великих Учителях!

Учительство есть высочайшая связь, которую
только возможно достичь в наших земных
облачениях. Нас ведут Учителя, и мы стремимся
к совершенству в нашем почитании Учителя.

Н.К.Рерих. Шамбала Сияющая

Снежные вершины гор прорезали ярко-синее небо, и от них к священному Ниланагу спускались темные кедровые леса. Ниланаг значило Синий источник. И действительно, он был наполнен той густой прозрачной синевой, которая встречается только в горных озерах. Снежные вершины отражались в круглом зеркале источника, и крупные форели, поднимавшиеся откуда-то из глубины, казалось, сновали между этими снежными пиками. Тоненький журчащий ручеек вытекал из Ниланага, чтобы через несколько километров превратиться в полноводную реку Джелам, главную кормилицу Кашмирской долины.
История Ниланага уходила в те мифические времена, когда на земле бушевал Всемирный потоп, а бог Вишну был рыбой. Эта рыба обитала в Ниланаге, а потом, когда начался потоп, спасла прародителя людей Ману. Она предупредила Ману о потопе, а затем, когда все началось, отбуксировала его корабль к одной из гималайских вершин, где прародитель и переждал потоп. Но Вишну не был единственным обитателем истока реки Джелам. Там жил также и сам Ниланаг, или Синий Наг, покровитель Кашмирской долины, чьим именем и назван источник. Мифическое время движется по-иному, чем наше, и соотнести его с нашей хронологией невозможно. Поэтому так и осталось невыясненным, когда именно жил Синий Наг – до Вишну или после него. Однажды, листая книгу Абул Фазла, придворного историка императора Акбара, я наткнулась на нечто интересное. «В древние времена, – писал императорский историк, – книга, которую называют “Нилмат”, всплыла из его (Ниланага. – Л.Ш.) глубин. В ней содержится подробное описание Кашмира и его истории, подробности о храмах. Говорят, что цветущий город с прекрасными зданиями находится в глубине его вод и что во времена Боду Шаха один брамин спустился в него и вернулся через три дня, принес некоторые редкости и рассказал о своем визите» [1]. Мифы и легенды странным образом увязывали воедино Синего Нага, таинственную мудрую книгу «Ниламат пурана», загадочный подводный город «с прекрасными зданиями», Всемирный потоп и бога Вишну. Я размышляла обо всем этом, сидя на берегу Ниланага и глядя в его бездонные глубины. Там, где-то в этой глубине, под тяжелыми слоями синей воды били студеные ключи. Сколько лет они били? Сотни, тысячи, а может быть, миллионы? В моей сумке, стоявшей рядом, лежала книга «Ниламат пурана», единственная реальность, оставшаяся от разноцветного узора мифов и легенд. И чем больше я размышляла, тем больше ощущала растущее беспокойство от какого-то тревожного несоответствия этой реальности и того, что я услышала и узнала, бродя в ту снежную зиму по Западным Гималаям.
1. Миф
В Гималаях я столкнулась с великим культом нагов, самым удивительным культом в истории человечества. О нагах, людях-змеях или полулюдях-полузмеях, повествовали мифы Азии, Европы, Америки, Австралии и Африки. Полагаю, что в древности не существовало такого места, где бы не поклонялись могущественным нагам. Традиционно культ нагов связывали с плодородием земли, водой и производящим женским началом. Сам культ был сложен и многослоен, в нем отпечатались следы многих тысячелетий. И сквозь них вырисовывался наг как символ мудрости, Учитель или культурный герой. Именно здесь, в Западных Гималаях, эта черта культа преобладала над всеми другими. В горных долинах и на перевалах стояли святилища нагов, а на их алтарях возвышались каменные и бронзовые фигуры таинственных мудрецов со змеиными капюшонами над головами. От небольшого городка Бхадрава храмы и святилища нагов тянулись к Великому Гималайскому хребту, пересекали его и уходили на восток, туда, где находились древние сапфировые шахты Падара. Веками там добывали синие и голубые сапфиры. Мифы и легенды украшали этими сапфирами короны королей нагов.
Те же мифы связывали нагов с мудрецами-риши. Они как бы перетекали друг в друга, сливаясь нередко в одно понятие, в один образ. Наги и риши были божествами Гималайской долины Кулу. Тем и другим приписывали великую мудрость, чудесные способности, знание тайн природы и всемогущество. Их бронзовые и золотые маски хранились в древних храмах. Риши и наги наставляли людей в искусстве и ремеслах, в знаниях и обрядах. Некоторые из них оставляли после себя реальные книги, такие как «Нималат пурана» Синего Нага, правителя Кашмирской долины, или книга буддийского реформатора Нагарджуны, в которую вошли знания, сообщенные последнему Великим Нагом.
Сюжет культурного героя, носителя знаний и Учителя, пронизывает всю мировую мифологию. Суть мифа постигалась по мере роста нашего собственного сознания и усложения нашей культуры. У каждого был свой подход к этому явлению. Французские просветители Фонтенель и Вольтер, Дидро и Монтескье считали миф результатом человеческого невежества и заблуждений. Им в определенной степени вторит «Советский энциклопедический словарь», определяющий мифологию как «совокупность мифов (рассказов, повествований о богах, героях, демонах, духах и др.), отражавших фантастические представления людей в доклассовом и раннеклассовом обществе о мире, природе и человеческом бытии» [2].
Несколько иная, я бы сказала, углубленная характеристика мифа содержится в «Философском энциклопедическом словаре»: «Мифология – форма общественного сознания; способ понимания природной и социальной действительности на ранних стадиях общественного развития» [3]. Однако и этого недостаточно для понимания сути мифа. Утверждение структуралистов, что мифология включает в себя зачатки религии, философии, политических теорий, дает нам возможность рассматривать мифологию как способ познания окружающей действительности, но не объясняет сам миф до конца. Миф представляет собой сложнейшее синтетическое духовно-культурное явление в истории человечества, обладающее своей особой энергетикой. Любая энергия, в том числе и дух, находится в процессе постоянного энерго-информационного обмена в пределах Вселенной и Мироздания. Если так называемый «коллективный опыт» был результатом горизонтального энергообмена в рамках различных человеческих сообществ и самой планеты, то обмен с Космосом шел по «вертикали». Информация, получаемая в результате энергообмена с одухотворенным Космосом, пройдя через коллективное сознание человечества, кристаллизовалась в образах мифа. Последний возникал как любое иное природное явление, как горы, пещеры, скалы, камни, неся в себе, по определению Даниила Андреева, «небесных воль блистающий кристалл».
И если мы начнем вращать этот космический кристалл, рассматривая внимательно его грани, то увидим, как переливаются в нем таинственными цветами наше прошлое, настоящее и будущее, как из глубин сверкающих сплетений возникают миры иных измерений, как реальность и сон образуют целостный магический узор. Эти миры, чудесным образом связанные между собой и проникающие друг в друга, являются также составной частью энергетической структуры мироздания и, как каждая подобная структура, участвуют в универсальном энерго-информационном обмене. Мирам Тонкому и Огненному посвящены многие страницы Живой Этики. Они и формировали в процессе энерго-информационного обмена так называемую «фантастическую» часть мифа, которая не существовала в нашем физическом мире, но являлась реальностью этих миров. Иными словами, миф есть продукт сложного и многостороннего энергообмена, в котором сознание человека и уровень его мышления играют важнейшую роль. С этой точки зрения большой интерес представляют высказывания В.Грушецкого, которые мы находим в его послесловии к «Розе Мира» Даниила Андреева: «Миф, свидетельствуя о более высоких по отношению к человеку эволюционных планах, удерживает в сознании людей эволюционный вектор, долженствование человека и соответствующую систему целей и средств» [4]. И еще: «На протяжении всей истории миф возникал и жил как попытка отображения в сознании человека здешнего трехмерного мира другой реальности, реальности многомерного планетарного космоса, существовавшего задолго до человека, не статичного, а развивающегося по определенным законам» [5]. Сам же Андреев пишет о том, что миф формировался при переводе информации «духовидцами древности в плоскость эпохальных человеческих понятий» [6]. Именно через миф как сложнейшую энерго-информационную систему человек получал представления не только об одушевленном Космосе, о его силах и законах, но и черпал из него первые наставления, которые нашли свое отражение в первоначальной обрядовой и культовой практике. Миф является изначальным средством познания материи, данным человеку одушевленным Космосом. Последний закладывал в его сознание нужные образы и символы, побуждал энергетику человека к космическому сотворчеству. Так называемый культурный герой являлся главной пружиной этого сотворчества.
«Культурный герой, – читаем мы в энциклопедии «Мифы народов мира», – мифический персонаж, который добывает или впервые создает для людей различные предметы культуры (огонь, культурные растения, орудия труда), учит их охотничьим приемам, ремеслам, искусствам, вводит определенную социальную организацию, брачные правила, магические предписания, ритуалы и праздники. В силу недифференцированности представлений о природе и культуре в первобытном сознании. культурному герою приписывается также участие в мироустройстве: вылавливание земли из первоначального океана, установление светил, регулирование смены дня и ночи, времен года, приливов и отливов, участие в создании, формировании и воспитании первых людей и др.» [7].
В этом определении мы сталкиваемся с достаточно систематизированным изложением фактов и в то же время с явным нежеланием проникнуть в их суть. Но есть и другие подходы. Так, П.Энрейх считает, что культурный герой «есть эманация высшего божества, и его первоначальная природа – астральная» [8]. П.Радин, исследуя северо-американский цикл мифов о Вакдьюнкаге, увидел в нем историю эволюции человека «от природной стихийности к героической сознательности» [9].
Как бы ни осмысливали культурного героя исследователи, он тем не менее всегда являлся учителем, просветителем, наставником жизни, проникающим в самые различные сферы человеческой деятельности, начиная от духовно-художественной и кончая исторической.
Мифом о Космическом учителе или о так называемом культурном герое пронизана в конечном счете вся мировая традиция. Особое место в ней занимает индийская – она продолжает жить до сих пор в известном нам институте Учителей-гуру, на котором лежит отсвет мифов об Учителях, наставниках и великих мудрецах-риши. Сказания и мифы о риши уходят в глубочайшую древность, туда, где когда-то бушевали волны Великого потопа. Был ли это реальный земной потоп или отголосок творящей силы Мирового океана, где нет ни нашего времени, ни нашего пространства, сказать трудно. Известно только, что прародитель теперешнего человечества Ману, спасая, подобно библейскому Ною, «каждой твари по паре», прежде всего позаботился о мудрецах. Семь божественных риши вошли на корабль, влекомый огромной рыбой по бурным волнам расходившейся стихии. Сакральное созвездие Саптариши, или Семь Мудрецов (по-нашему, Большая Медведица), сверкало в небе и указывало путь кораблю. И было не ясно, где низ, а где верх, где мудрецы, а где звезды. После того, как сошла вода Великого потопа, семь могущественных мудрецов, познавшие тайны природы и умеющие управлять ее силами, приняли самое активное участие в жизни богов и людей. От семи божественных мудрецов-риши, как утверждает мифологическая традиция, пошли все мудрецы Индии, вплоть до живущих ныне. Один из древних литературных источников Индии «Шатапатхабрахмана» называет их имена: Готама, Бхарадва, Вишвамитра, Джамад-агни, Васиштха, Кашьяпа, Атри. Правда, на страницах эпической «Махабхараты» мы встречаем несколько иные имена: Маричи, Атри, Ангирас, Пулаха, Крату, Пуластья, Васиштха. Если и существует расхождение в именах мудрецов, то число их всегда остается постоянно – семь.
Эти семь риши обитали на золотой горе Меру, стоявшей в центре Земли и Вселенной. Они составили Веды, передали людям священный Огонь, основали жреческую касту, создали космогоническое учение, изобрели музыкальные инструменты. Последующие поколения мудрецов продолжали традиции своих предшественников. Они тоже создавали священные книги, просвещали народ и устанавливали этические нормы. Ниланаг, или Синий наг, о котором я упомянула в самом начале, был из их числа. Покровитель Кашмирской долины был мудр, владел тайными знаниями и искусством магии. Его реально существовавшая книга «Ниламат пурана» содержала наставления народу долины, как жить, какие праздники отмечать, как себя вести, как относиться друг к другу.
Непрерывающаяся линия мудрецов-учителей проходит через всю историю Индии, как бы отражая в себе Великий закон Иерархии одушевленного Космоса – Учитель есть главное лицо в духовном совершенствовании каждого из нас. Без Учителя прерывается связь с Космической эволюцией, прекращается восхождение по эволюционному коридору.
Одних мудрецов-учителей мы знаем, другие остаются для нас анонимными, сокрытыми узорчатым занавесом мифа. Эта традиция анонимности продолжается и в наши дни. В течение веков целые группы учителей и мудрецов оставались как бы за экраном истории.
2. Реальность

Н.К.Рерих. Сокровенное (Сокровище горы). 1933
В дневниках Николая Константиновича Рериха, великого русского художника, ученого и путешественника, писанных им в 1923–1928 годах на маршруте Центрально-Азиатской экспедиции и в последующие годы, мы находим моменты, которые носят загадочный и неясный характер.
«Из-за Си-Шаня сверкает великолепная Венера. Знаем, что на нее же любуетесь Вы в Гималаях. Знаем, откуда и через какую долину и поверх каких снеговых вершин смотрите Вы в часы вечера. Глядим на звезду, а слышим шум деодаров и все предночные голоса и звучания горные» [10].
«Сегодня приняли важные решения. Есть сообщение» [11].
«Много смятения и ожидания. Но все-таки не отложили отъезда. Е.И. напряженно стоит у притолоки и говорит: “Жду, как разрешит все Тот, кто все разрешает”. А тут и телеграмма» [12].
«Среди дождей и грозы долетают самые неожиданные вести. Такое насыщение пространства поражает. Даже имеются вести о проезде здесь Учителя (Махатмы) сорок лет тому назад» [13].
«К вечеру двадцать восьмого прискакал Ч. с мечом и кольцом» [14].
«Конец июля. Иду радостно в бой, “Lapis Exilis” – блуждающий камень» [15].
«И в другом месте экспедиция была в самом безвыходном положении. Можно было ждать лишь чего-то необычного. В самый трудный момент пришло все разрешающее известие» [16].
Много позже исследователям, занимавшимся творчеством Рериха, стало известно, что эти как бы выпадавшие из контекста дневников факты относились к контактам Николая Константиновича и Елены Ивановны с их Учителями. Мы ощущаем присутствие Учителей не только в рериховских дневниках и очерках, но и видим их на его картинах. «Тень Учителя», «Fiat Rex», «Сожжение тьмы», «Гуру-гури Дхар», «Сокровище гор», «Приближение Учителя» – все они повествуют об Учителях, об их космической миссии на нашей планете. Тень, отпечатавшаяся на скале, люди в белых длинных одеждах, выходящие в тьму ночи, прозрачное тело человека, стоящего на скале, сверкающая аура и лучи, струящиеся из предплечий у другого, призрачная фигура высокого всадника на фоне предрассветных гор, мерцающие кристаллы у входа в освещенную пещеру, в которой о чем-то совещаются люди в древних одеждах.
Связь Е.И. и Н.К.Рерихов с Учителями началась еще задолго до поездки супругов в Индию. Вот что пишет об этом П.Ф.Беликов, один из серьезнейших исследователей жизни и творчества Рерихов: «Примерно между 1907 и 1909 годами Елена Ивановна имела Видение, потрясшее все ее существо. Вечером она осталась одна (Николай Константинович был на каком-то совещании) и рано легла спать. Проснулась внезапно от очень яркого света и увидела в своей спальне озаренную ярким сиянием фигуру человека с необыкновенно прекрасным лицом. Все было насыщено такими сильными вибрациями, что первой мыслью Елены Ивановны была мысль о смерти. Она подумала о маленьких детях, которые спали рядом в комнате, о том, что перед смертью не успела дать нужных распоряжений. Однако вскоре мысль о смерти отступила, заменилась необычным, ни с чем не сравнимым ощущением присутствия Высшей силы» [17].
В одном из удивительных своих стихотворений Николай Константинович в аллегорической форме описывает такое общение. Стихотворение, созданное в 1918 году в Карелии, называется «Властитель ночи».
«Должен Он придти – Властитель ночи. И невозможно спать в юрте на мягких шкурах.
Встает Дакша и встают девушки. И засвечивают огонь. Ах, томительно ждать. Мы его призовем. Вызовем. Огонь желтый, и юрта золотая и блестит медь. Начинается колдовство. Пусть войдет Он, желанный. Придет ведунья. И зажжет травы. И вспыхнет зеленый огонь. Надежда!
И ожидание. Но молчат тени, и нейдет Он. Ах, бессильны добрые слова. Пусть войдет та, злая. И бросит красные травы. И заволочет туманом стены. И вызовет образы. И духи возникнут. Кружитесь. И летите в пляске.
И обнажитесь. Откройтесь. И мы удержим образы возникшие. И сильнее образы, и багровее пламя. Ах, приди и останься. И потянулась и обняла пустое пространство. Не помогло красное пламя. А вы все уйдите. И оставьте меня. Здесь душно. Пусть тухнет огонь. Поднимите намет. Допустите воздух сюда.
И вошла ночь. И открыли намет. И вот она стоит на коленях. Ушел приказ. Ушло волхование. И тогда пришел Он, Властитель. Отступила Дакша, замирая. И опустилась. Он уже здесь. Все стало просто. Ах, так проста ночь. И проста звезда утра. И дал Он власть. Дал силу. И ушел. Растаял. Все просто» [18].
Да, все просто. Все должно быть естественно. Никакой магии, никаких искусственных приемов. Откинут золотисто-желтый полог юрты. В проеме, на фоне синевы наступившей ночи, стоящая на коленях женщина. Переливаются золотом шелка одежды, по плечам рассыпались длинные волосы. Она вся устремлена куда-то в ночь, страстно вызывает кого-то из этой ночи. А за пологом юрты карельский пейзаж – заснувшее озеро с плывущими по нему островами. Эту картину, которая тоже называется «Властитель ночи», Рерих написал в том же 1918 году в Карелии.
Карелия, надо сказать, была чрезвычайно важным этапом в общении с Учителем. Тема эта проходит через цикл карельских стихов Рериха, через его картины. Те и другие, написанные в период 1916–1921 годов, содержат богатейшую информацию о духовно-энергетических контактах с Учителем:
Твоя благодать наполняет
руки мои. В избытке льется
она сквозь мои пальцы. Не удержать
мне всего. Не успеваю различать
сияющие струи богатства. Твоя
благая волна через руки льется
на землю. Не вижу, кто подберет
драгоценную влагу? Мелкие брызги
на кого упадут? Домой не успею
дойти. Изо всей благодати в руках
крепко сжатых я донесу только
капли.
И еще:
Как увидим твой лик?
Всепроникающий лик,
глубже чувств и ума.
Неощутимый, неслышный,
незримый. Призываю:
сердце, мудрость и труд.
Кто узнал то, что не знает
ни формы, ни звука, ни вкуса,
не имеет конца и начала?
В темноте, когда остановится
все, жажда пустыни и соль
океана! Буду ждать сиянье
Твое. Перед Ликом Твоим
не сияет солнце. Не сияет
луна. Ни звезды, ни пламя,
ни молнии. Не сияет радуга,
не играет сияние Севера.
Там сияет Твой Лик.
Все сияет светом Его.
В темноте сверкают
крупицы Твоего сиянья,
и в моих закрытых глазах
брезжит чудесный Твой
свет [19].
Ощущения присутствия, которые испытывали и Елена Ивановна и Николай Константинович, относились к тонким восприятиям, без которых не мог бы состояться контакт с Учителем. Как бы в подтверждение этого или даже в ответ на эти ощущения Учитель дал чуть позже сильное и яркое поэтическое осмысление взаимодействия Учителя – Космического Иерарха с Мирозданием. Читая эти строки, мы можем себе представить энергетический диапазон такого взаимодействия, его всепроникаемость:
Когда капля дождя стучится в окно –
это Мой Знак!
Когда птица трепещет –
это Мой Знак!
Когда листья несутся вихрем –
это Мой Знак!
Когда лед растопляет Солнце –
это Мой Знак!
Когда волны смывают душевную скорбь –
это Мой Знак!
Когда крыло озарения коснется смятенной души –
это Мой Знак!
Считайте ступени, когда идете ко Храму, ибо
каждая седьмая ступень несет Мой Знак!
Когда явите новое понимание Моему Знаку,
увидите сверкание зарницы Миров.
Дверь вам открыл, но войти можете только сами [20].
Все это вместе взятое – и легкие касания, и прорывающиеся сквозь Космос отдельные слова, и знаки, указывающие на Высокое Присутствие, – Рерих определил словом «Зов».
Реальная встреча Елены Ивановны с Учителем произошла позже, в 1920 году, в Лондоне, куда Николай Константинович приехал со своей выставкой. Она увидела Его у ворот Гайд-парка. На нем была форма офицера англо-индийской армии. Он был высок, а Его удлиненной формы глаза излучали спокойную силу и как бы притягивали к себе. Елене Ивановне они напоминали глаза подвижников и святых. Ей показалось, что она где-то уже видела этого человека. Она замедлила шаг и остановилась. Офицер шагнул ей навстречу, и только тогда она заметила его спутника. Оба Учителя приветствовали Елену Ивановну. Беседа состоялась тут же у ворот парка. Ей показалось, что улица опустела и шумная толпа у ворот Гайд-парка рассеялась. Именно тогда Елена Ивановна получила ряд советов в связи с предстоящей поездкой Рерихов в Индию. Прогнозы Учителя были точны и в какой-то мере походили на предсказания или пророчества. Все они сбылись.
«. И вообще, – писал вскоре после этого Рерих, – жизнь превращается в сказку» [21]. Если до этого рериховские полотна несли только предчувствие этой сказки, то теперь реальная сказка пронизала все его творчество.
Потом встречи с Учителями были в Нью-Йорке, где Рерихи вели свою культурную работу, в Индии, где они готовились к Центрально-Азиатской экспедиции. Описывая эти встречи, Николай Константинович соблюдал осторожность и был крайне корректен. Он знал, что падкий на сенсации невежественный обыватель всегда готов превратить такие сообщения в фарс. «. Было указано, – писал он в очерке “Вехи”, – открыть в одном городе просветительное учреждение. После всяких поисков возможностей к тому он решил переговорить с одной особой, приехавшей в этот город. Она назначила ему увидеться утром в местном музее. Придя туда “в ожидании”, мой друг заметил высокого человека, несколько раз обошедшего вокруг него. Затем незнакомец остановился рядом и сказал по поводу висевшего перед ним гобелена: “Они знали стиль жизни, а мы утеряли его”. Мой друг ответил незнакомцу соответственно, а тот предложил ему сесть на ближайшую скамью и, положив палец на лоб (причем толпа посетителей – это был воскресный день – не обратила внимания на этот необычный жест), сказал: “Вы пришли сюда говорить об известном вам деле. Не говорите о нем. Еще в течение трех месяцев ничего не может быть сделано в этом направлении. Потом все придет к вам само”.
Затем незнакомец дал еще несколько важных советов и, не дожидаясь, быстро встал, приветливо помахал рукой со словами “Хорошего счастья” и вышел. Конечно, мой друг воспользовался его советом. Ничего не сказал о деле приехавшей затем знакомой, а через три месяца совершилось все, как было сказано. Мой друг и до сих пор не может понять, каким образом он не спросил имени чудесного незнакомца, о котором более никогда не слыхал и не встретил его. Но, именно, так и бывает» [22].
В очерке «Бывальщина» Николай Константинович писал: «Не забудется и встреча с незнакомцем в музее Метрополитен. Не забудется и встреча в Чикаго. А Лондон в 1920! А Париж в 1923! А Дарджилинг! А Москва в 1926! А Белуха! А Улан-Батор! А Тибет! А Индия! Всюду вехи. И не записано о них. Сколько неотмеченного!» [23].
Сиккимские встречи с Махатмами занимали особое место. В Дарджилинг, расположенный в Восточных Гималаях, Рерихи прибыли в 1923 году. Махатмы время от времени появлялись и там, и в соседнем Сиккиме. И опять, описывая эти встречи в своих дневниках, Николай Константинович был предельно осторожен и опускал важные детали, которые могли бы указать на какие-то конкретные обстоятельства.
«Мы четверо, – пишет Николай Константинович, – после полудня ехали в моторе по горной дороге. Вдруг наш шофер замедлил ход. Мы увидали на узком месте портшез, несомый четырьмя людьми в серых одеждах. В носилках сидел лама с длинными черными волосами и необычной для лам черной бородкой. На голове была корона, и красное с желтым одеяние было необыкновенно чисто.
Портшез поравнялся с нами, и лама, улыбаясь, несколько раз кивнул нам головою. Мы проехали и долго вспоминали прекрасного ламу. Затем мы пытались встретить его. Но каково же было наше изумление, когда местные ламы сообщили нам, что во всем краю такого ламы не существует» [24].
«Лама» был Учителем, очередная встреча с которым состоялась в небольшом храме, стоявшем у дороги, около буддийского монастыря Гум.
Я увидела этот храм весной 1980 года. Он производил странное впечатление. Над его фасадом поднимался купол мусульманской мечети, по углам продолговатой пристройки лепились романские химеры. Львы, как будто сошедшие со стен владимирских соборов, дремали над капителями низких колонн. По потемневшим от времени стенам ехали всадники с мечами. Женщина в короне, держа в руках ребенка, печально и задумчиво смотрела на дорогу. Под полустертым барельефам извивался Великий змей. Таинственные каменные лики, похожие на маски и в то же время на чьи-то портреты, темнели у входа. Внутри, в небольшом зальчике рядом со статуей Будды, плясал на Калинаге индусский бог Кришна. Казалось, в этом странном храме смешалось все: наги и великая богиня-мать, индуистские боги и Будда, христианские соборы и мусульманские купола. Я попыталась представить себе ту знаменательную встречу, которая происходила здесь много лет назад, и не смогла. Я знала только, что именно в этом тесном зальчике говорили о предстоящей Центрально-Азиатской экспедиции.
Потом мне рассказали историю этого храма, похожую на легенду, как бы сошедшую с одной из сиккимских картин Рериха. Картина называлась «Спешащий». Сквозь синий туман, над которым поднимались розовые предрассветные снега Канченджанги, скакал всадник. Он вез какую-то важную весть и поэтому очень торопился. Такой же всадник появился на рассвете у порога дома того непальца, который потом построил этот странный храм. Всадник молча поклонился хозяину и протянул письмо. Потом легко вскочил в седло и исчез в утреннем тумане, наплывавшем на Дарджилинг со стороны Канченджанги. Несколько дней спустя рабочие уже долбили скальную почву за дорогой, ведущей к монастырю Гум.
Общение Н.К. и Е.И.Рерихов с Учителем и его сподвижниками-Махатмами продолжалось в течение всей их жизни. В письме В.А.Шибаеву от 25 июля 1921 года Н.К.Рерих писал: «Вы уже знаете, что Аллал-Минг – это мастер Мория. Он руководит мною и моей семьей» [25]. Сподвижников Учителя звали Кут Хуми и Джуал Кул. Их эволюционный уровень был высок, а место в иерархии Космоса – значительным. Их энергетическая сущность была иной, чем наша, напряженней и тоньше и обладала большими возможностями. Это была группа Учителей космического плана, выполнявшая эволюционную миссию на нашей планете в течение многих тысячелетий. С ними были связаны создатели религий, философских систем и духовных движений, которые прошли через историю земного человечества. С ними же были связаны и Рерихи, исполнители космической миссии XX века. О конкретных Учителях такого ранга мы знаем очень мало. В будущем будем знать больше. Учитель Мория, или, как Его еще называют, Владыка Мория, являлся также наставником Елены Петровны Блаватской, создательницы Теософского общества, которая несла свое задание в XIX веке.
Немало полезных знаний об Учителях мы можем почерпнуть из трудов Н.К. и Е.И.Рерихов, а также из книг Живой Этики, которые создавались в самом тесном сотрудничестве с Великими Учителями. Сам Учитель Мория так определяет миссию Великих Учителей: «Спросят, как же вы упоминаете Создателя, которого не знаете? Скажите: “Исторически и научно знаем Великих Учителей, которые создавали качество нашего сознания”» [26].
Конечно, Великий Учитель, в его высшей ипостаси, вряд ли может принадлежать какой-то конкретной планете. Уровень его сознания настолько высок, что охватывает целые звездные системы. Но не исключается, что некоторые Великие Учителя исторически сформировались на нашей планете, прошли с ней свой путь. Вот что об этом пишет Н.К.Рерих: «Святая Тереза, Святая Екатерина, Святая Жанна д’Арк, Святой Николай, Святой Сергий (Радонежский. – Л.Ш.), Святой Франциск Ассизский, Фома Кемпийский. Эта седмица Славных, седмица великих Вестников, великих Учителей, великих Миротворцев, великих Строителей, великих Судей, в них выражен, поистине, великий земной путь» [27]. Они проходили этот земной путь, для многих из них страдальческий, чтобы вернуться опять на Землю и создавать «качество нашего сознания» – главной опоры Космической эволюции человечества. Но, возвращаясь на Землю или входя в контакт с ее обитателями, они обладали уже иными особенностями, иной структурой. Поэтому контакт с земным человечеством для них труден и утомителен. На Земле есть места, куда они могут на время удалиться, чтобы восстановить свою энергетику, нарушенную при соприкосновении с грубой энергетикой существ низкого сознания. «Христос, так же как и Будда, – писала Елена Ивановна Рерих, – и все прочие великие Учителя часто уходили в пустыню. Также в “Письмах Махатм” можно найти упоминание, как тяжко заболел Махатма К.Х. [28] после его прикасания с аурами людей при основании Теософского общества в Индии. Он должен был на несколько недель удалиться в полное уединение. Так каждый план сознания, каждый план существования подчинен своим законам, и нарушение их приносит свои следствия» [29].
И еще: «Махатмы Гималаев не могут длительно соприкасаться с аурами землян и даже просто находиться в атмосфере долин из-за несоответствия в вибрациях, потому продолжительный контакт обоюдно вреден и, в случае землян, даже разрушителен. Гималайские Махатмы живут в полном уединении и допускают в свою Твердыню одного, много двух кандидатов в столетие. Конечно, бывают исключения» [30].
Живая Этика, касаясь основ мироздания и различных состояний и видов материи, повествует о трех мирах: физическом, тонком и огненном, или мире лучистой материи. Если человек современного уровня сознания пребывает в плотном физическом мире, лишь иногда бессознательно соприкасаясь с двумя другими, то Великие Учителя, или Махатмы связаны со всеми тремя мирами и сознательно влияют на них своей энергетикой. «Сознание Великих Учителей, – писала Елена Ивановна, – пребывающее на трех планах, или мирах, видит как зарождение причин, так и следствия их. Потому мы в полном доверии к высшей мудрости можем спокойно наблюдать за различными фазами всего происходящего» [31]. Проникновение в миры иных измерений дает возможность Великим Учителям, наблюдая «как зарождение причин, так и следствие их», получать необходимые для человечества знания, без которых оно не может продвигаться вперед.
Создавая книги Живой Этики, Учителя, безусловно, испытывали значительные затруднения. Ибо их знания, так необходимые теперешнему человечеству, намного опережали современную науку, которая идет медленным путем экспериментального исследования. «Великие Учителя так стремятся скорее пробудить духовность и расширить сознание, чтобы затем вооружить человека знанием великих законов. Вот почему приходится указывать на эти законы как доступные лишь науке будущего» [32].
Великие Учителя не только сообщают человечеству знания на определенных этапах его эволюционного продвижения, но помогают ученикам овладеть практикой Космической эволюции. Под их руководством Елена Ивановна Рерих обрела огненный опыт, в результате которого у нее сформировалось в земных условиях огненное тело. Последнее обстоятельство позволило ей, как и Великим Учителям, проходить в миры иных измерений. Способность эта вызывала крайне болезненные ощущения, которые доставляли Елене Ивановне огромные страдания. Но эволюционная миссия, которая была возложена на нее Великим Учителем, требовала своего.
Сюжет Великих Учителей и Учительства был неотъемлемой частью культурной традиции народов Востока. На маршруте Центрально-Азиатской экспедиции Рерихи собрали целый цикл легенд и исторических сказаний об Учителях-Махатмах. Многие из них изложены во второй части экспедиционного дневника Николая Константиновича – «Сердце Азии». Сюда можно добавить и уникальный рериховский очерк «Шамбала Сияющая». Таинственная Шамбала, в какой бы форме она ни проявлялась, в мифической или реальной, тесно связывается с явлением Учительства на нашей планете. Вот некоторые выдержки из собранного Рерихом материала:
«Другой лама красной секты сказал нам про чудесных азаров индусского вида, длинноволосых, в белых одеждах, иногда появляющихся в Гималаях. Эти мудрые люди знают, как управлять внутренними силами и как объединять их с космическими токами. Глава медицинской школы в Лхассе, старый ученый лама, лично знал таких азаров и сохранял с ними непосредственные отношения» [33].
Еще один лама поведал:
«. Эти мудрые Махатмы, они в вечных трудах направляют нашу жизнь. Они управляют внутренними силами, и в то же время, как совершенно обычные люди, они появляются в разных местах и здесь, и за океанами, и по всей Азии» [34]. Эти рассказы, звучащие для нас как легенды, были реальностью жизни Рерихов. «Ближе к области Шигатзе, на живописных берегах Брамапутры и в направлении к священному озеру Манасаравар, еще совсем недавно существовали Ашрамы Махатм Гималаев, – писал Николай Константинович. – Когда вы знаете это, когда вам известны факты, окружающие эти замечательные места, вас наполняет особое чувство. Здесь еще живут престарелые люди, которые помнят их личные встречи с Махатмами. Они называют их “азары” и “кутхумпа”. Некоторые жители помнят, что здесь была, как они выражаются, религиозная школа, основанная Махатмами Индии. На этом дворе Гомпа произошел эпизод с письмом, которое было съедено козою и феноменально затем восстановлено. Вот в этих пещерах они останавливались, вот эти потоки они переходили, вот в этих джунглях Сиккима стоял их внешне такой скромный Ашрам» [35].
И еще: «Пройдя эти необычные нагорья Тибета с их магнитными волнами и световыми чудесами, прослушав свидетелей и будучи свидетелем, вы знаете о Махатмах. Я не собирался начать убеждать о существовании Махатм. Множество людей их видели, беседовали с ними, получали письма и вещественные предметы от них» [36].
«Правда, многие вещи, которые нам кажутся фантастическими выдумками и сказками, вне личного преломления, на самых местах происшествий освещаются особым светом правды. Величественные образы Махатм не проходят перед вашими глазами как призраки, но как великие существа от тела и крови, как действительные Учителя высшего знания и мощи» [37].
Контакты Великих Учителей с Рерихами, временами выходившие за пределы обычного и имевшие богатую энергетическую палитру, были разнообразными. Учителя могли появляться в тонком теле, передавать на расстоянии нужные мыслеобразы и, наконец, материализовывать посланный предмет. Святослав Николаевич Рерих рассказывал об одном из таких случаев, произошедшем в Дарджилинге. Окно в их доме, которое выходило на Канченджангу, в это время было открыто, неожиданно воздух в проеме окна начал уплотняться, загустел и стал похож на туман. Затем из тумана появился прямоугольный кусочек березовой коры и упал на подоконник. Текст на коре был написан на древнеиндийском санскрите.
Мы знаем также о подобных контактах Учителя Мории с Еленой Петровной Блаватской, которые предшествовали Его контактам с Рерихами.
Под руководством Учителя Блаватская создала в XIX веке Теософское общество. В музее общества в Адьяре (Индия) до сих пор хранится Его тюрбан, который я видела, когда работала в библиотеке Общества. Там же находится и картина Рериха «Вестник», посвященная Е.П.Блаватской.
В сотрудничестве с Великими Учителями Еленой Ивановной Рерих была создана и серия книг Живой Этики, в которых освещаются важнейшие особенности нашего этапа Космической эволюции человечества. Живая Этика, или Агни Йога, отмечает Рерих, «в полном согласии с новыми проблемами науки, намечает знаки изучения стихий и тончайших энергий. То, что недавно обще называлось учением воли и сосредоточения, то Агни Йога вправляет в целую систему овладения окружающими нас энергиями. Через расширение сознания и упражнения организма среди условий современной жизни эта синтетическая Йога строит счастливое будущее человечества. Она говорит: не уходите от жизни, развивайте способности вашего аппарата и поймите великое значение психической энергии – человеческой мысли и сознания как величайших творящих факторов. Йога говорит: в нашей само-ответственности и в сознательном сотрудничестве будем стремиться к сужденной эволюции. Но, исследуя все наши возможности, прежде всего поймем радость труда, мужества и ответственности. Обращаясь в практических формулах ко всем сторонам жизни, Йога указывает, как близки от нас стихии, и самая из них всепроникающая – огонь» [38].
И, заключая свои мысли об Учении, данном Великими Учителями, Рерих писал: «Вооруженная древнейшим опытом Агни Йога в свободном движении распространения истинного знания говорит о научном исследовании и обосновании сущего» [39].
Целостный подход к явлениям природы, синтетичность их восприятия во времени и пространстве – вот то, что Живая Этика принесла в планетарную мысль XX века. Будучи Учениками и Вестниками Великих Учителей, Елена Ивановна и Николай Константинович Рерих, стоящие на высокой ступени Космической Иерархии, являются в свою очередь Великими Учителями по отношению к нам.
3. Великий закон Космоса

Учительство представляет собой основу человеческой культуры, без которой она практически не может ни существовать, ни развиваться. В любой области нашего труда, творчества, образования обязательно присутствует Учитель. Тема Учителя проходит через всю нашу историю. Меняются формы и задачи Учительства, меняются области, в которых оно действует, но всегда остается принципиальная его основа – передача знаний и навыков. В этом отношении школьный учитель, или мастер, обучающий ученика, находится в одной цепи с Великим Учителем или Космическим Иерархом. Их отличает друг от друга лишь качество и уровень энергетики. Чем выше энергетика Учителя, тем шире его информационные возможности. Великий Учитель – это сущность, связанная с Космосом и его Высшими иерархическими структурами. Он приносит на нашу планету не только знания, которые нужны ей в данный период ее эволюционного развития, но и необходимую ей энергетику. Ибо эволюция движется изменением или, точнее, повышением этой энергетики. Великий Учитель ее упорядочивает, создавая энергетические основы для развития нового мышления, для дальнейшего расширения сознания, для совершенствования энергетической структуры самого человечества. Будда и Христос, Лао-Цзы и Конфуций, Платон и Сергий Радонежский, Моисей и Нагарджуна и им подобные появлялись на Земле в переломные моменты ее истории и духовной эволюции. Они создавали тот энергетический фон, при котором становился возможным переход на более высокий эволюционный виток.
«Восстань! Пробудись! – сказано в одном из древнеиндийских источников. – Найдя Великих Учителей, слушай! Путь так же труден для следования, как острие бритвы. Так говорят мудрецы» [40]. Путь, «как острие бритвы». Чем ближе к Великому Учителю, тем труднее, тем требования выше. По пути Великого Учителя идут Его ученики. Если Учитель и ученик следуют Великим законам Космоса, если они оба гармонично, как этого требуют законы, вписаны в бесконечный ряд Беспредельности, то каждое звено или элемент этого ряда несет в себе две функции – Учитель-ученик. Каждый Учитель, имея Учителя, является учеником. Каждый ученик по отношению к тем, кто стоит ниже его на иерархической лестнице, является Учителем. Космическое явление Учительства несет в себе взаимодополняющие функции Учитель-ученик. Всякого рода отклонения в этом космическом ряду есть нарушение Великих космических законов. Всякое неуважение к Учителю есть отступление от пути эволюции и развития.
«Кто же может сказать словами всю цепь Учительства? Или она осознана подобно змию знания или без нее мрак, сон, одержание» [41]. Именно в Учительстве космический смысл эволюции выражен наиболее ярко и последовательно.
Опираясь на древнюю духовную традицию, используя опыт, накопленный многими тысячелетиями Космической эволюции человечества, Живая Этика, пожалуй, более, чем иная другая философская система, разработала явление Учительства на самых разных его уровнях. «Необходимо утвердить новый подход путем принятия понятия Учителя» [42], – читаем мы в одной из книг Учения.
Вся сверкающая палитра космического значения Учительства заключается, на мой взгляд, между двумя удивительными мыслями, которые мы находим в Живой Этике: «Явленная череда Учителей сияет жемчугом междупланетным, прибавь свою жемчужину!» [43].
И вторая: «Гуру не нуждается в почитании, но доверие к Учителю будет единственной жизненной связью с Высшим Миром. Познав ценность доверия здесь, на Земле, можно перенести такую же степень доверия и по всей Иерархии» [44].
Первая мысль дает нам представление о цели Космической эволюции человечества – «прибавь свою жемчужину», т.е. достигни своего места в Космической иерархии Учителей. Путь духовной эволюции, путь совершенствования человека и его восхождения идет от ученика к Учителю, на каком бы уровне этот путь ни проходил. В конечном счете превращение ученика в Учителя и есть превращение человека из объекта эволюции в ее субъект. Познание Учительства начинается с Земли, с нашего физического мира. Именно об этом вторая процитированная мысль. Здесь, на Земле ученик вырабатывает те качества, которые необходимы будут и для контакта с космическими Учителями. Ибо Учитель, Гуру, кем бы он ни был, на какой бы ступени ни стоял, будет всегда связью с Высшим миром для ученика, если последний следует Великому космическому закону доверия, преданности и любви к Учителю. В бесконечной цепи духовного восхождения от земного ученичества до Космического Учительства действует один и тот же Великий Космический Закон, связывающий ученика земного Учителя с Космическим Иерархом. «Принять понятие Учителя будет прохождением первых врат эволюции. Не нужно в понятие Учителя вносить надземные предпосылки. Он будет тот, кто подаст лучший совет жизни. Эта жизненность охватит и знание, и творчество, и Беспредельность» [45]. Именно понимание Учителя и формирует четыре эволюционных типа людей. Для людей на первой, самой низкой ступени отсутствует понятие Учителя. Для представителей второй ступени Учитель, как таковой, играет лишь эпизодическую роль, и они не соотносят себя с Учителем. Третья – когда начинается постижение Учителя земного и возникает у ученика та необходимая с ним связь, которая готовит первого для контакта с Космическим Учителем. Этот контакт получает полное развитие, когда человек переходит на четвертую ступень. Есть еще и пятая ступень – архаты, бодхисатвы, махатмы, которые уже добавили свою жемчужину к космической Иерархии.
Степень осознания Учительства есть та серебряная нить, которая держит на себе весь путь духовного совершенствования человека. Именно эта степень осознания и создает ту энергетику, которая необходима для дальнейшего продвижения. «Энергия есть основа всего, – пишет Елена Ивановна Рерих, – ибо в ней одной заложены все возможности» [46]. Учительство же является одним из мощнейших энергетических источников и действует как фактор, ускоряющий эволюцию человечества. Этот момент особо подчеркивается в книгах Живой Этики. «Наше земное человечество обязано своей ускоренной эволюцией Старшим Братьям и Сестрам или Великим Учителям» [47], – отмечает в одном из своих писем Е.И.Рерих. И еще: «Если бы не великое самопожертвование небольшой группы Высших Духов, воплощавшихся на протяжении эонов, при каждом поворотном пункте в истории планеты, чтобы дать новый импульс сознанию человечества, и если бы не усилия в этом же направлении малого числа Их учеников и близких, то человечество наше находилось бы и посейчас в состоянии троглодитов» [48].
Книги Живой Этики, продвигающие нас на пути осознания задач эволюции, обращают основное внимание на ту роль, которую Учительство играет в этой эволюции. «Без Учителя не может быть звена в великой цепи творчества» [49].
«Когда люди примут понятие Учителя, тогда подготовится новая ступень. Очень, очень много теряет человечество от этого неприятия, да, да, да! Все новые пути закрыты человечеству, и искания должны начаться с этого принятия» [50].
Именно Учительство и его осознание сейчас определяет качество нашего перехода на новый эволюционный виток.
«Только признательность к Учителю может открыть доступ к Вратам. Каждый, избравший свой собственный путь, должен познать одинокость своей орбиты, ибо только любовь и преданность к Иерархии включают дух в цепь Света. Так каждый решает свою карму. Только Светом мы приближаемся к Свету» [51]. Религии и различные философские системы всегда решали для себя вопрос о Высшей управляющей силе, называя и определяя ее по-разному: Абсолют, Логос, Брахман, Бог и т.д. Живая Этика вознесла на эту высоту Учителя, который вобрал в себя синтетически все предыдущие понятия.
Связь, возникающая между Учителем и учеником, всегда добровольна. Она укрепляется и держится на доступных любому человеку понятиях признательности, преданности, любви. «. Только силою преданности Учителю можно достичь утончения сознания» [52]. Предательство в отношении к Учителю – самое страшное, что может позволить себе человек. Оно отбрасывает его назад, замедляет его путь, разрушает ту необходимую для эволюционного восхождения энергетику, которая, как правило, формируется под воздействием энергетики самого Учителя. Предательства на этом пути есть сознательные, продиктованные самостью, личными мелкими интересами и амбициями, неверием и невежеством, и несознательные, совершаемые людьми, не проникшимися пониманием Учительства, не постигшими Космической сути этого явления. Однако вне зависимости от качества стоящих за предательством причин, результат бывает тем же самым. Каковы бы ни были побудительные мотивы предательства, оно всегда есть нарушение одного из Великих Законов Космоса.
Если мы внимательно исследуем нашу историю, то придем к неизбежному выводу, что человечество в целом никогда не существовало без Великих Учителей. Отдельный человек существовал, человечество – нет. Цепь огней Великих Учителей поднимается из древности, проходит через всю историю и достигает наших дней.
«Учитель принял всю меру верности. Рука Моя руке путника – огонь во тьме. У щита Моего тишина гор» [53].
Это – Великий Учитель Мория, пришедший в наш XX век и приславший нам своих Вестников – Елену Ивановну и Николая Константиновича Рерихов.
«Посылаю вам явление силы, ибо долог ваш путь и много камней у чужих ворот. Но вы уже видели цвет луча Моего, и вы, идя со Мною, уже побеждали Светила» [54]. Это одно из первых обращений Учителя к своим Ученикам.
«Чисто и сурово начните
Дело мое.
Помните о трудном начале
Лучших дел.
Храм сейчас заперт, и молитва забыта в битве,
Но цветы духа вьются по ветхим стенам,
Ничто не остановит Руку Создателя
Новой ступени Мира» [55].
Живая Этика повествует о Новой Йоге Огня, Йоге нашего предстоящего эволюционного витка. Давайте прислушаемся. «Пробуждение сознаний, очищение Учения и зов в будущее дадут великое перерождение мышления. На пути к Миру Огненному Моя Ведущая Рука смещает энергии» [56].
Вместе с новым эволюционным витком в обиход нашей планеты и в жизнь человечества войдет энергия огня. Но ничего само собой не совершается. Естественные природные процессы также одухотворены и действуют в согласии с сознанием человека.
«. Ведущее начало есть Огненный Учитель. Не пройти без Него, не продвинуться без Него, не достичь без Него. Так запомним, творя лучшее будущее» [57]. И еще: «Явлю Мою Волю водворения Живой Этики и очищения Учения. Без этого пути к Огненному Миру нет. Величайшее задание – утвердить новое тонкое сознание. Моя Воля передает Таре (Е.И.Рерих. – Л.Ш.) Мои Заветы» [58]. Эти слова отражают всю действительность и непреложность Великого Космического Закона Учительства.
4. Россия

Примечания
1. Abu-l-Fazl. The Ain-i-Akbari. Calcutta, 1891. Vol. II. Р. 363.
2. Советский энциклопедический словарь. М., 1988. С. 814.
3. Философский энциклопедический словарь. М., 1983. С. 377.
4. Андреев Д. Роза мира. М., 1991. С. 284.
5. Там же. С. 283.
6. Там же. С. 45.
7. Мифы народов мира. М., 1982. Т. II. С. 25.
8. Там же. С. 27.
9. Там же.
10. Рерих Н.К. Обитель Света. М.: МЦР, 1992. С. 31.
11. Рерих Н.К. Алтай-Гималаи. М., 1974. С. 168.
12. Там же. С. 249.
13. Там же. С. 254.
14. Там же.
15. Там же.
16. Рерих Н.К. Обитель Света. М.: МЦР, 1992. С. 61.
17. Беликов П.Ф. Рерих. Опыт духовной биографии. С. 57–58. (Архив МЦР).
18. Рерих Николай. О Вечном. М., 1991. С. 375.
19. Рерих Николай. Письмена. М., 1974. С. 69, 78.
20. Листы Сада Мории. Кн. II. Озарение. Ч. I, V, 2.
21. Письмо Н.К.Рериха В.А.Шибаеву от 9 мая 1921 г. (Архив МЦР).
22. Рерих Н.К. Обитель Света. М.: МЦР, 1992. С. 32.
23. Там же. С. 61.
24. Рерих. Н.К. Избранное. М., 1979. С. 158–159.
25. Письмо Н.К.Рериха В.А.Шибаеву от 25 июля 1921 г. (Архив МЦР).
26. Листы Сада Мории. Кн. II. Озарение. Ч. III, V, 1.
27. Рерих Николай. Держава Света. Нью-Йорк, 1931. С. 175.
28. Кут Хуми.
29. Письма Елены Рерих. Рига, 1940. Т. II. С. 38.
30. Там же. С. 83.
31. Там же. С. 148.
32. Письма Елены Рерих. Рига, 1940. Т. I. С. 283.
33. Рерих Николай. Сердце Азии. Southbury: Alatas, 1929. С. 88–89.
34. Там же. С. 89.
35. Там же. С. 122.
36. Там же. С. 90.
37. Там же.
38. Там же. С. 131.
39. Там же. С. 35.
40. Kathopanichad, III, 14.
41. Агни Йога, 205.
42. Беспредельность, 495.
43. Агни Йога, 83.
44. Аум, 110.
45. Агни Йога, 43.
46. Письма Елены Рерих. Рига, 1940. Т. I. С. 369.
47. Там же. С. 385.
48. Там же. С. 369.
49. Иерархия, 209.
50. Беспредельность, 494.
51. Иерархия, 273.
52. Иерархия, 128.
53. Община (Рига), 86.
54. Листы Сада Мории. Кн. I. Зов. 1923, 18 февраля.
55. Листы Сада Мории. Кн. I. Зов. 1921, 26 ноября.
56. Мир Огненный. Ч. III, 264.
57. Мир Огненный. Ч. III, 154.
58. Мир Огненный. Ч. III, 261.
59. Община (Рига), 245.
60. Листы Сада Мории. Кн. I. Зов. 1923, 1 февраля.
61. Мир Огненный. Ч. III, 306.
62. Беспредельность, 117.
63. Община (Рига), 24.
64. Община (Рига), 249.
65. Община (Рига), 143.
66. Письма Елены Рерих. Рига, 1940. Т. II. С. 131.
67. Иерархия, 457.
68. Иерархия, 351.
69. Иерархия, 154.
70. Мир Огненный. Ч. II, 16.
71. Иерархия, 328.
72. Община (Рига), 215.
73. Рерих Николай. Твердыня пламенная. Нью-Йорк, 1933. С. 124–125.
74. Беспредельность, 495.
75. Адрова О. Не вожди нам нужны, а Учителя // Вечерняя Москва, 1991, 5 июля.

Статья из книги:
Шапошникова Л.В. Мудрость веков.
М.: Международный Центр Рерихов, Мастер-Банк, 1996. С. 169–199.
На снимке: репродукция картины Н.К.Рериха «Fiat Rex». 1931
*****************
Материалы из Сети подготовил Вл.Назаров
Нефтеюганск
26 марта 2021 года.

Источник