птица дева в славянских мифах 5 букв сканворд

*В заглавной картинке использована работа Евгении Марочко «Птица Сирин».

В рамках данной статьи мы ставим задачу подробнее остановиться именно на образах мифических птиц с женским лицом, к которым относятся Сирин, Алконост, Гамаюн, и Матерь Сва. Однако, чтобы разобраться в их значении и причинах возникновения нам не обойтись и без некоторых других — реальных, но наделенных определенными магическими функциями птиц.

Иван Билибин. Баба-Яга и девы-птицы

Вообще, образ птицы как некий сакральный символ занимает важнейшее место в славянской культуре — встречается он и в древних легендах о сотворении мира (Уточка, которая ныряет на дно Мирового Океана, чтобы достать кусочек земной тверди, из которой впоследствии образуется вся суша), и в сказках ( как объект желания, как помощники ), и в былинах. Существует огромное количество погодных примет, связанных именно с птицами.

Вороны и галки вьются в воздухе — перед снегом, садятся на снег — к оттепели, садятся на верхушки деревьев — к морозу.

Ворона кричит на полдень — к теплу, на север — к холоду.

Чайка прилетела — скоро лед пройдет.

Апрельский скворец — весны гонец.

Соловей запевает когда может напиться воды с березового листа.

Если журавли летят высоко, не спеша и «разговаривают» — будет стоять хорошая осень.

Виктор Корольков. Финист ясный сокол

Образ сокола и ворона в мифологии: символическое значение

Особыми птицами Древней Руси можно назвать сокола и ворона. Первый — это не только семейный тотем Рюриковичей, но и одна из ипостасей героя как такового. Вспомните, например, сказку о Финисте Ясном Соколе. Кстати, почти всегда когда в нашем фольклоре речь идет о способности некого человека обратиться в животное или птицу этой птицей будет сокол. Так, именно в сокола (а также волка и щуку) чаще всего обращается богатырь Вольга Святославович, известный также под именем Волх Всеславьевич, которое, конечно, гораздо точнее отражает его характер и способности — ведь это не просто богатырь, а настоящий волхв, которые мог превратиться в любого зверя или птицу и использовать силы природы для победы над врагом.

Так, например, описывается момент его взросления и самые первые уроки, которые он усвоил:

«…Как исполнилось ему шесть лет, пошел он по земле гулять. От его шагов земля заколебалась… Стал Вольга Всеславьевич обучаться всяким хитростям. Научился он соколом по небу летать, научился се рым волком обертываться, оленем по горам скакать…»

Борис Ольшанский. Волх Всеславич

Следующий эпизод иллюстрирует один из моментов во время его с дружиной похода: там Вольга посылает своих дружинников наловить в лесу гусей, лебедей и серых уточек, но богатыри возвращаются домой ни с чем не поймав даже воробья.

«А Вольга над ними посмеивается:

— Что без добычи вернулись, охотнички? Ну, ладно, будет вам чем попировать. Идите к силкам да смотрите зорко.

Грянулся Вольга оземь, взлетел белым соколом поднялся высоко под самое облако, грянул вниз на всякую птицу поднебесную. Бьет он гусей, лебедей, серых уточек: только пух от них летит, словно снегом землю кроет. Кого сам не побил, того в силки загнал.

Воротилися богатыри в стан с богатой добычей. Развели костры, напекли дичины, запивают дичину ключевой водой, Вольгу похваливают».

Другой эпизод описывает как Вольга в образе воробья прилетает в горницу к царю Салтану Бекетовичу, который собирается идти войной на Русь и слушает как жена Салтана Азяковна с тревогой рассказывает тому о своем сне:

«Ах, царь Салтан, нынче мне плохой сон виделся: будто бился в поле черный ворон с белым соколом. Белый сокол черного ворона закогтил, перья наветер выпустил. Белый сокол — это русский богатырь Вольга Всеславьевич, черный ворон — ты, Салтан Бекетович. Не ходи ты на Русь. Не взять тебе девяти городов, не княжить в Киеве».

Дмитрий Бисти. Иллюстрации к «Слову о полку Игореве.» Источник фото

Интересные упоминания о соколе есть в самом начале «Слове о полку Игореве», которое на сегодняшний день признано одним из древнейших письменных источников на русском языке. Приводим эпизод в переводе — в других вариантах перевода выделенные слова также присутствуют:

Не начать ли нашу песнь, о братья,

Со сказаний о старинных бранях, —

Песнь о храброй Игоревой рати

И о нем, о сыне Святославле!

И воспеть их, как поется ныне,

Не гоняясь мыслью за Бояном!

Песнь слагая, он, бывало, вещий,

Быстрой векшей по лесу носился,

Серым волком в чистом поле рыскал,

Что орел ширял под облаками!

Как воспомнит брани стародавни,

Да на стаю лебедей и пустит

Десять быстрых соколов вдогонку;

И какую первую настигнет,

Для него и песню пой та лебедь, —

Песню пой о старом Ярославе ль,

О Мстиславе ль, что в бою зарезал,

Поборов, касожского Редйдю,

Аль о славном о Романе Красном…

Но не десять соколов то было —

Десять он перстов пускал на струны,

И князьям, под вещими перстами,

Сами струны славу рокотали.

Виктор Корольков. Живая и мертвая вода

Ворон же — вторая важнейшая птица в русской культуре — это олицетворение мудрости, вещая птица тесно связанная с потусторонним миром. Именно он ведает где есть живая и мертвая вода и может принести ее, чтобы помочь герою в беде, он же сопровождает души умерших до райских Врат. Образ ворона настолько глубок и многогранен, что вполне заслуживает отдельного исследования.

Но вернемся теперь к волшебным женщинам- Древней Руси — Сирин, Алконост, Гамаюн, Матерь Сва и . Не написал о них, кажется, только ленивый, и по сути все написанное лишь пересказывает одно и то же на новые лады. Но не спешите закрывать наш текст. Мы провели собственное расследование на предмет куда уходят корни этих мифических птиц в русской культуре и готовы поделиться некоторыми интересными наблюдениями, выходящими за привычные рамки.

Виктор Васнецов. Сирин и Алконост

Начнем с пары Алконост и Сирин — очень часто они изображаются вместе, как птицы печали и радости и в этом смысле неотделимы друг от друга. Основное их внешнее отличие заключается в том, что Алконоста, как правило, изображают с руками — то есть по пояс он представляет собой человека, но с крыльями и птичьими лапами. Сирин же являет собой птицу, но только с человеческим лицом. Различается и их местопребывание — Сирин живет в «едемском раю», Алконост же локализуется близ Рая:

Некогда и на Ефрате реце бываетъ

Иван Глазунов. Песнь Алконоста

Обе они обладают сладкими завораживающими голосами, но если пение Алконоста служит для утешения святых угодников, а на человека оказывает завораживающий эффект, то пение Сирина убивает. Различен и характер их песен — песни Алконоста проникнуты светлой печалью, песни Сирина — веселы и прекрасны, сулят внеземные радости, но в то же время и являются смертельно опасными, что, очевидно, роднит его с образом морских дев сирен, завлекавших мореходов в морскую пучину.

«Алконост близ рая пребывает… Когда в пении глас испущает, тогда и самое себя не ощущает».

Сирин и Алконост. Русский рисованный лубок

Виктор Корольков. Сирин

Иван Глазунов. Песнь Сирина

Но, позвольте, какое все это имеет отношение к Древней Руси? Почему непременно сюжет изображения с должен быть нами у заимствован и не может считаться исконным, хотя на это указывает множество самых разных фактов? Неужели мы должны поверить в то, что некий крестьянин Архангельской губернии станет вырезать на свой избе наличники с изображением греческого Алкиона или сирен? Такое утверждение не может быть ничем иным как уничижением творческих способностей наших предков, и надменным отрицанием наличия у них собственных древних культурных образов.

Виктор Корольков. Алконост

Изображения неких птиц с женскими лицами (откажемся пока от наименований Алконост и Сирин) были распространены повсеместно, наряду с такими архаичными символами как Мировое Древо, Солнце, Конь. Вот лишь некоторые примеры:

Мифические девы-птицы в вышивке

Волшебные птицы в вышивке XIX века. «Великорусские узоры» из коллекции Далматова

Волшебные птицы в вышивке XIX века. «Великорусские узоры» из коллекции Далматова

Мифические райские женщины-птицы в зодчестве

Женщина-птица в камне. Георгиевский собор в Юрьеве-Польском. XIII век. Источник фото

Женщина-птица в камне. Дмитриевский собор во Владимире. XII век.

Волшебная птица с женским лицом. Резьба по дереву на воротах усадьбы XIX века в деревне Камельской (Свердловская обл., Урал). Фото: Роман Суханов Источник фото

Женщина с лицом птицы. Подзор резной. Средневолжский район.

Женщина с лицом птицы. Резьба по дереву.

Мотивы мифической женщины-птицы в зодчестве.

Птицы с женским лицом на предметах быта

Блюдо из Корсуни с рисунком волшебной девы-птицы. IX-X век.

Деревянный сундук с изображением райской женщины-птицы. Роспись 1710 г.

Муравленый печной изразец с изображением райской птицы с лицом женщины

Садилась на тот сырой дуб,

Пела она песни царские.

Помоется росою с этой шелковой травы,

Виктор Корольков. Небесное царство Ирий

Интересно в этой связи вспомнить также об устойчивой связи Ирия (славянского рая) и птиц в народной памяти. Видя, улетающие на юг птичьи караваны, наши предки говорили: «Птицы в Ирий полетели» — то есть птица, почти всегда, в любой виде и форме — это светлое создание, ассоциирующееся с раем, светом, легкостью, радостью, Богами. Причем эта ассоциация сложилась задолго до прихода на Русь концепции христианского рая, ведь рай у наших предков назывался Ирием задолго до этого.

Райские птицы с женским лицом в росписях прялок

Мифическая женщина-птица или райская птица с женским лицом в росписи северных прялок

Показательно обращение к образу райской птицы на росписях северных прялок. Как известно, прялка вообще считалась чуть ли не магическим предметом в доме, и изображения для ее отделки всегда выбираются особенно тщательно. На прялках она чаще всего изображается в круге с широко раскрытыми крыльями, что представляет собой ничто иное как солярный символ — одушевленное представление всепобеждающей и всепроникающей власти солнца. Это очень типичное для северных прялок изображение, означающее пожелание счастья в доме его владелицы.

Образ мифической птицы в ломатовской культуре Прикамья

Трансформация образа женщины-птицы в славянской культуре и мифологии

Лубок: Райская птица Сирин и райская птица Алконост

Кстати, в небольшом количестве сохранились изображения райской птицы с обнаженной грудью — их необходимо признать наиболее архаичными, идущими еще от времен поклонения божественным силам природы. В таком виде является уже неким воплощением кормилицы, то есть женского начала, охраняющего и взращивающего весь род.

Разумеется, такой образ не мог быть приемлемым в новой религиозной парадигме, но искоренить его полностью просто не представлялось возможным, поэтому он, как и многие другие исконные языческие (или ведические?) культурные явления, был именно интегрирован под новым ракурсом. Обнаженная грудь исчезла, а райская птица превратилась в божью посланницу, причем уже с собственным именем, выведенным из греческого (!) мифа и прочно связанную именно с ним. Таким образом, неискоренимая как бы отрывалась от славянского язычества, из которого она возникла, и становилась безобидной и относительно «современной» иллюстрацией занятной сказки.

Подборка изображений ангелов, серафимов и херувимов

Волшебные птицы из сказок и упоминания о женщинах-птицах в литературе

Виктор Ефименко. Дева-обида, 1982. Иллюстрация к историческому эпосу «Слово о полку Игореве, Игоря, сына Святослава, внука Олегова»

«Уже бо, братие, невеселая година встала, уже пустыни силу прикрыла. Встала обида в силах Даждьбога внука, вступила девою на землю Трояна, всплескала лебедиными крылами на синем море, у Дону плещущи, убуди жерня времена — усобица князем на поганые погыбе, рекоста бо брат брату: „се мое — а то мое же“».

Константин Васильев. Валькирия

С другой стороны, по мнению собирателя русских народных сказок Афанасьева, эта по прозванию Обида родственна скандинавским небесным воительницам:

«Воинственным характером своим валькирии сходятся с сербскими вилами; они приносят с собой войну и все ее ужасы, что напоминает нам чудесную деву „Слова о полку Игореве“, которая плескалась на синем море лебедиными крыльями и названа Обидою… Название Обида согласуется с теми собственными именами, какие приданы небесным воинственным девам в преданиях греков и германцев — например, Распря, Победа и пр. …Между собственными именами валькирий известны еще Hildr и Gunr… что указывает на олицетворение понятий битвы, войны…» («Поэтич.воззр»., 1869)

Игорь Ожиганов. Царевна-Лебедь

Игорь Ожиганов. Царевна-Лебедь

, красная девица есть в сказке Афанасьева о Даниле Бесчастном, напоминающем своим строем былину. Там чтобы исполнить сложное повеление князя Даниле рекомендуется подстеречь на море и потребовать от него, чтобы явилась «, красная девица» и исполнила невыполнимую работу. Этот сюжет удивительным образом перекликается со сказкой «О Царе Салтане» где также с легкостью выполняет все просьбы Гвидона.

Как уже было отмечено провидческие способности очень напоминают другую волшебную птицу — Гамаюн. На Руси она считалась посланницей богов, оглашающей их волю. Кроме того, известна она тем, что поет божественные гимны, то есть «славит» Богов, что по смыслу идентично одной из трактовок происхождения слова «славяне».

Песни птицы Гамаюн. Автор неизвестен.

«Прилети, Гамаюн, птица вещая, через море раздольное, через горы высокие, через темный лес, через чисто поле. Ты воспой, Гамаюн, птица вещая, на белой заре, на крутой горе, на ракитовом кусточке, на малиновом пруточке».

Люди верили, что Гамаюн знает все обо всем на свете — о Богах, людях, животных, явлениях, о прошлом и будущем. Только вот понять ее предсказания способны не все — для этого нужно уметь разбирать тайные знаки. Сам крик птицы Гамаюн уже сулит счастье или предвещает некую добрую весть.

Виктор Корольков. Гамаюн

«Птица вещая, птица мудрая, много знаешь ты, много ведаешь… Ты скажи, Гамаюн, нам… Отчего зачался весь Белый Свет? Солнце Красное как зачалось? Месяц светлый и часты звездочки отчего, скажи, народились? И задули как ветры буйные? Разгорелись как зори ясные?

…Ничего не скрою, что ведаю…» (Отрывок из «Голубиной книги»)

Интересно, что в иранском эпосе также известна птица со сходным названием Хумаюн, которая считается птицей радости. Это дало повод некоторым ученым доказывать, что и Гамаюн как таковой пришел на Русь с востока от персов, тем более, что на востоке он по преданиям и обитает:

„…остров Макарийский, первый под самым востоком солнца, близ блаженного рая; потому его так нарицают, что залетают в сей остров птицы райские Гамаюн и Феникс и благоухание износят чудное“.

Однако, почему бы не предположить, что образ птицы Гамаюн или Хумаюн возник в древнейшие времена общей индоевропейской истории, то есть является исконным как для славян, так и для персов? Кстати, само название этой птицы вполне можно вывести из древнерусского слова „гамаюнить“, то есть рассказывать — и разве не этим славится птица Гамаюн? В современном белорусском языке также есть аналог — „гаманiц“, — то есть „разговаривать“.

Есть у Гамаюн и другая любопытная черта — ее полет способен вызвать страшную бурю:

Виктор Васнецов. Гамаюн

Который камень всем камням мати?

Кая трава всем травам мати?

Которое море всем морям мати?

Кая рыба всем рыбам мати?

Кая птица всем птицам мати?

Который зверь всем зверям отец?

Касательно категории птиц на это следует такой ответ:

А вьет гнездо на белом камене;

И на ее на детушек на маленьких,

Как бы быстрые реки разливалися,

Топит он корабли гостинные,

Топит многие червленые корабли

С товарами драгоценными!“

В других древних преданиях также отмечается, что когда (или, — ) кричит — поднимается страшная буря. Стоит же ей махнуть крылом — как на море появляются огромные волны. Если же она взлетает, то на море вздымаются такие волны, что не только переворачивают корабли, но и смывают с берегов целые города. То есть в некотором смысле повелевает стихиями, или может рассматриваться как олицетворение неукротимых сил природы.

Виктор Корольков. Стратим

Впрочем, несмотря на сопровождающие ее смертоносные бури все же стоит отнести к положительным персонажам несущим благо — ведь она помогает герою сказок выбраться с безлюдного острова и на своих крылах переносит его через за то, что он спас ее птенцов.

„Когда Стратим вострепещется во втором часу после полуночи, тогда запоют все петухи по всей земле, осветится в те поры и вся земля“ — такое необычное пророчество сохранилось об этой птице птиц. Смысл его не вполне ясен, но из текста понятно, что некоторое событие наступит после того как его возвестит своим поведением — здесь опять мы видим сближение ее с образом божественного глашатая Гамаюна.

«Жар-птица». Узоры на черном фоне. Художники Палеха Борис и Калерия Кукулиевы

Так, в русских сказках часто является главной целью поисков героя, причем сразу по многим причинам: ее перья обладают свойством свечения, когда она поет — из клюва сыпется жемчуг, пение возвращает зрение ослепшим, а питается она молодильными яблоками, которые даруют вечную молодость, здоровье, красоту и бессмертие.

То, что пение дает возможность слепым прозреть — можно рассматривать как некую аллегорию: „прозреть“ ведь можно не только глазами, но и сердцем, умом, когда с разума падает пелена ложных воззрений, теорий и постулатов. То же самое делает и вещая птица Гамаюн — позволяет людям (достойным этого) получить ответы на важнейшие жизненные вопросы, то есть как бы своим пением выводит их из тьмы неведения к свету понимания и осознанности.

Виктор Корольков. Дары Алконоста

А сюжет с молодильными яблоками, в свою очередь, самым прямым образом связывает с волшебными птицами Сирином и Алконостом! Существует народное поверье, которое гласит, что накануне Яблочного Спаса в яблоневый сад прилетают из мира Прави (мира Богов, Правды и Света) птицы Сирин и Алконост. Сначала сады посещает Сирин, которая оплакивает там людей, живших не по Правде, а по Кривде. Именно по этой причине до 19 августа есть яблоки не рекомендуется — они буквально наполнены горем и печалью песен птицы Сирин, а тому кто их отведает грозит целый год бед и несчастий.

Виктор Корольков. Сад Ирий

Потом в яблоневый сад прилетает Алконост — птица счастья, которая поет свои песни наполненные радостью жизни (тут, мы кстати, видим явное противоречие народных верований с „официальным“ портретом Алконоста, согласно которому ее песни как раз наполнены светлой печалью). Со своих крыльев она стряхивает божественную росу. После посещения садов Алконостом (19 августа — Яблочный Спас) яблоки становятся напитанными энергией жизни, света и любви, буквально приобретают целительные свойства. Именно поэтому их рекомендуется собирать точно на Яблочный Спас. Люди дарят их друзьям, родственникам и просто людям в качестве пожелания добра — как бы делятся частицами божественного света и благодати.

Птица Матерь Сва: образ в мифологии славян

Сергей Покотилов. И вот поет птица Матерь Сва

Выводы о происхождении образа женщины-птицы в русской культуре

, волшебных птиц в русской культуре великое множество — они буквально пронизывают нашу культуру и присутствуют повсюду — от сказаний, до предметов быта, украшений, конструкций и декоративных элементов жилых построек.

, всеобъемлющее распространение образа и его присутствие на таких сакральных предметах как прялки и нательные украшения свидетельствует о его глубочайшей древности. Можно с уверенностью говорить о том, что он присущ нашей культуре изначально, а не был привнесен, а потом «вдруг» очень полюбился нашему народу.

, мы увидели множество пересечений в образах разных между собой. Иногда они друг на друга похожи, иногда их становится просто трудно отличить. То есть можно сказать, что все образы тесно связаны между собой, перетекают друг в друга, продолжают или развивают определенные черты друг друга.

Виктор Корольков. Мировое древо

Сергей Соломко. Птица «Сирин»

Быть может, столь распространенный и стойкий образ именно говорит о том, что наш дом — в вышине. Среди Звезд.

«Жар-птица». Узоры на черном фоне. Художники Палеха Борис и Калерия Кукулиевы

Так, в русских сказках часто является главной целью поисков героя, причем сразу по многим причинам: ее перья обладают свойством свечения, когда она поет — из клюва сыпется жемчуг, пение возвращает зрение ослепшим, а питается она молодильными яблоками, которые даруют вечную молодость, здоровье, красоту и бессмертие.

То, что пение дает возможность слепым прозреть — можно рассматривать как некую аллегорию: „прозреть“ ведь можно не только глазами, но и сердцем, умом, когда с разума падает пелена ложных воззрений, теорий и постулатов. То же самое делает и вещая птица Гамаюн — позволяет людям (достойным этого) получить ответы на важнейшие жизненные вопросы, то есть как бы своим пением выводит их из тьмы неведения к свету понимания и осознанности.

Виктор Корольков. Дары Алконоста

А сюжет с молодильными яблоками, в свою очередь, самым прямым образом связывает с волшебными птицами Сирином и Алконостом! Существует народное поверье, которое гласит, что накануне Яблочного Спаса в яблоневый сад прилетают из мира Прави (мира Богов, Правды и Света) птицы Сирин и Алконост. Сначала сады посещает Сирин, которая оплакивает там людей, живших не по Правде, а по Кривде. Именно по этой причине до 19 августа есть яблоки не рекомендуется — они буквально наполнены горем и печалью песен птицы Сирин, а тому кто их отведает грозит целый год бед и несчастий.

Виктор Корольков. Сад Ирий

Потом в яблоневый сад прилетает Алконост — птица счастья, которая поет свои песни наполненные радостью жизни (тут, мы кстати, видим явное противоречие народных верований с „официальным“ портретом Алконоста, согласно которому ее песни как раз наполнены светлой печалью). Со своих крыльев она стряхивает божественную росу. После посещения садов Алконостом (19 августа — Яблочный Спас) яблоки становятся напитанными энергией жизни, света и любви, буквально приобретают целительные свойства. Именно поэтому их рекомендуется собирать точно на Яблочный Спас. Люди дарят их друзьям, родственникам и просто людям в качестве пожелания добра — как бы делятся частицами божественного света и благодати.

Птица Матерь Сва: образ в мифологии славян

Сергей Покотилов. И вот поет птица Матерь Сва

Выводы о происхождении образа женщины-птицы в русской культуре

, волшебных птиц в русской культуре великое множество — они буквально пронизывают нашу культуру и присутствуют повсюду — от сказаний, до предметов быта, украшений, конструкций и декоративных элементов жилых построек.

, всеобъемлющее распространение образа и его присутствие на таких сакральных предметах как прялки и нательные украшения свидетельствует о его глубочайшей древности. Можно с уверенностью говорить о том, что он присущ нашей культуре изначально, а не был привнесен, а потом «вдруг» очень полюбился нашему народу.

, мы увидели множество пересечений в образах разных между собой. Иногда они друг на друга похожи, иногда их становится просто трудно отличить. То есть можно сказать, что все образы тесно связаны между собой, перетекают друг в друга, продолжают или развивают определенные черты друг друга.

Виктор Корольков. Мировое древо

Сергей Соломко. Птица «Сирин»

Быть может, столь распространенный и стойкий образ именно говорит о том, что наш дом — в вышине. Среди Звезд.

Источник