практика кассационного суда по уголовным делам
Обзор судебной практики Пятого кассационного суда общей юрисдикции по возвращению уголовного дела прокурору за 2020 год
Ниже будет представлена судебная практика Пятого кассационного суда общей юрисдикции по возвращению уголовного дела прокурору за 2020 год. Вынося решение о возврате уголовного дела прокурору, судебная коллегия как правило руководствовалась статьями 220, 237 УПК РФ (во взаимосвязи с иными статьями УПК, которые были нарушены на каком-то этапе уголовного судопроизводства), а также:
— Постановлением Конституционного Суда РФ от 08.12.2003 № 18-П «По делу о проверке конституционности положений статей 125, 219, 227, 229, 236, 237, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросами судов общей юрисдикции и жалобами граждан».
— Определением Конституционного Суда РФ от 13.05.2010 № 623-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Слюсаренко Владимира Терентьевича на нарушение его конституционных прав пунктом 1 части первой статьи 237 и статьей 254 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации».
— п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2009 № 28 «О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству».
1. Предъявленное обвинение содержит существенные противоречия в части объекта преступления; в предъявленном обвинении и приговоре суда отсутствует указание о цели незаконного приобретения и хранения наркотического средства.
Кроме того, в предъявленном обвинении и приговоре суда отсутствует указание о цели незаконного приобретения и хранения наркотического средства.
Предъявленное обвинение, содержащее существенные противоречия, не позволяло суду принять законное и обоснованное решение и рассмотреть уголовное дело в особом порядке судебного разбирательства.
(Кассационное определение Пятого кассационного суда общей юрисдикции от 30.11.2020 № 77-965/2020).
2. Обвинительное заключение не было согласовано с руководителем следственного органа.
2.1. «Как видно из материалов уголовного дела, обвинительное заключение, составленное следователем СО ОМВД РФ по ФИО8 (т. 1 л.д. 272-308), с руководителем следственного органа согласовано не было, чем были нарушены конституционные права осужденного, поскольку согласование обвинительного заключения с руководителем следственного органа представляет собой дополнительную гарантию соблюдения законности при вынесении следователем обвинительного заключения и процессуальных прав лица, в отношении которого вынесено обвинение, и служит исполнению государством своей обязанности по обеспечению функции правосудия.
Таким образом, допущенные в досудебном производстве существенные нарушения закона, неустранимые в судебном заседании, препятствовавшие рассмотрению уголовного дела судом первой инстанции и связанные с дополнительной проверкой обвинительного заключения руководителем следственного органа, привели к неправомерному ограничению конституционного права обвиняемого на судебную защиту и неисполнению государством своей обязанности по обеспечению ее процессуальных прав, что могло повлиять на законность и обоснованность итогового судебного решения.
Учитывая данные обстоятельства, состоявшиеся по делу судебные решения подлежат отмене, а уголовное дело возвращению прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом».
(Кассационное определение Пятого кассационного суда общей юрисдикции от 20.11.2020 № 77-940/2020)
2.2. «В соответствии с ч. 6 ст. 220 УПК РФ после подписания следователем обвинительного заключения уголовное дело с согласия руководителя следственного органа немедленно направляется прокурору.
В нарушение указанных требований закона обвинительное заключение по уголовному делу в отношении П. не согласовано с руководителем следственного органа, что является существенным нарушением требований УПК РФ, влекущем безусловную отмену состоявшихся по делу судебных решений».
(Кассационное определение Пятого кассационного суда общей юрисдикции от 09.07.2020 № 77-498/2020).
3. Противоречия в предъявленном обвинении.
«Данные требования уголовно-процессуального закона по настоящему уголовному делу выполнены не в полной мере.
Ему же предъявлено обвинение по ч. 2 ст. 228 УК РФ в том, что он незаконно хранил без цели сбыта растения, содержащие наркотическое средство, общей массой N., и наркотическое средство N., т.е. в крупном размере.
В соответствии с приговором, К.Н. признан виновным по ч. 1 ст. 231 УК РФ в том, что незаконно культивировал наркосодержащие растения рода N в количестве N общей массой N., а также по ч. 2 ст. 228 УК РФ в том, что незаконно хранил наркотическое средство N) в крупном размере массой N гр.
При описании преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ, действия К.Н. в отношении наркосодержащих растений массой N гр. не описаны.
Таким образом, судебная коллегия находит обоснованными доводы кассационного представления о нарушении при постановлении приговора требований ст. 307 УПК РФ, поскольку суд при описании в приговоре преступного деяния К.Н., признанного доказанным, допустил существенные противоречия, которые ставят под сомнения правильность квалификации деяний осужденного.
Более того, органами предварительного расследования при предъявлении К.Н. обвинения также допущены существенные нарушения, оставленные без внимания судами первой и апелляционной инстанций, о чем обоснованно указанно в кассационном представлении.
При таких обстоятельствах судебная коллегия соглашается с доводами кассационного представления о том, что незаконное хранение наркотического средства каннабиса (марихуаны) К.Н. органами предварительного расследования фактически не предъявлялось, хотя это наркотическое средство у него в действительности обнаружено и изъято, его хранение признает и сам К.Н.
Таким образом, в ходе судебного разбирательства были допущены повлиявшие на исход дела нарушения закона, искажающие саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия, что влечет отмену приговора и апелляционного определения с направлением уголовного дела прокурору для устранения нарушений, допущенных при предъявлении обвинения».
(Кассационное определение Пятого кассационного суда общей юрисдикции от 26.10.2020 № 77-656/2020).
4. При квалификации по ст. 111 УК РФ обязательно наличие тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека (как указано в диспозиции статьи).
«Д. органами предварительного следствия предъявлено обвинение в том, что он вступил в конфликт с ФИО5 и из личных неприязненных отношений умышленно произвел 3 выстрела, одним из которых причинена травма левого глаза, что повлекло тяжкий вред здоровью.
Ст. 111 УК РФ предусматривает ответственность за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, или повлекшего за собой потерю зрения, речи, слуха либо какого-либо органа или утрату органом его функций, прерывание беременности, психическое расстройство, заболевание наркоманией либо токсикоманией, или выразившегося в неизгладимом обезображивании лица, или вызвавшего значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть или заведомо для виновного полную утрату профессиональной трудоспособности.
Перечисленные в диспозиции статьи признаки, характеризующие указанный состав преступления, подлежат указанию при предъявлении обвинения.
Степень тяжести вреда здоровью определяется в соответствии с заключением судебно-медицинского эксперта.
Согласно заключению N от ДД.ММ.ГГГГ причиненная ФИО5 травма левого глаза влечет за собой стойкую утрату общей трудоспособности не менее, чем на одну треть (свыше 35%) и причинила тяжкий вред здоровью потерпевшего.
Установленный судами признак опасности для жизни экспертным заключением установлен не был.
Суд апелляционной инстанции указанные нарушения при предъявлении обвинения Д. проигнорировал.
(Кассационное определение Пятого кассационного суда общей юрисдикции от 30.07.2020 № 77-555/2020).
5. При расследовании дела нарушена территориальная подследственность.
«Однако, судебная коллегия с данными выводами органа предварительного расследования не соглашается по следующим основаниям.
В соответствии с ч. 2 ст. 152 УПК РФ если преступление было начато в одном месте, а окончено в другом месте, то уголовное дело расследуется по месту окончания преступления.
Положения ст. 151 УПК в части возможности расследования уголовного дела следователями органа, выявившего преступление, относятся не к территориальной, а к ведомственной подследственности и к настоящему уголовному делу неприменимы.
Вопрос о возможности расследования уголовного дела в соответствии с ч. 4 ст. 152 УПК РФ по месту нахождения обвиняемого или большинства свидетелей в целях обеспечения его полноты, объективности и соблюдения процессуальных сроков может быть разрешен вышестоящим следственным органом, чьи полномочия распространяются на следственные органы внутренних дел указанных субъектов Российской Федерации.
В материалах уголовного дела какого-либо мотивированного постановления руководителя вышестоящего следственного органа о проведении предварительного следствия по всем эпизодам совершенного преступления на территории не имеется.
Согласно ч. 2 ст. 32 УПК РФ если преступление было начато в месте, на которое распространяется юрисдикция одного суда, а окончено в месте, на которое распространяется юрисдикция другого суда, то данное уголовное дело подсудно суду по месту окончания преступления.
В соответствии с ч. 1 ст. 47 Конституции Российской Федерации никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом.
(Кассационное определение Пятого кассационного суда общей юрисдикции от 18.02.2020 по делу № 77-79/2020).
6. При расследовании уголовного дела в отношении несовершеннолетнего не учтены требования гл. 50 УПК РФ.
«Вопреки требованиям ст. 420 УПК РФ, предварительное расследование по уголовному делу в отношении А. и Г. осуществлено без особенностей, установленных гл. 50 УПК РФ, без доказывания обстоятельств, предусмотренных пп. 2 и 3 ч. 1 ст. 421 УПК РФ.
В частности, к участию в досудебном производстве по уголовному делу не привлечены законные представители А. и Г.
Заявление А. от 5 июня 2017 года, согласованное с адвокатом Б.М.Б., об отказе от законного представителя (т. 1, л.д. 15) не освобождает следователя от обязанности производства предварительного следствия по уголовному делу в отношении несовершеннолетнего с особенностями, предусмотренными гл. 50 УПК РФ.
Допуск законного представителя А. к участию в судебном заседании не восполняет нарушенные на предварительном следствии процессуальные права, установленные законом для несовершеннолетних, а лишь подтверждает факт осуществления досудебного производства с отступлением от соответствующих правовых гарантий.
Вопрос о допуске к участию в производстве по уголовному делу законного представителя Г. на предварительном следствии и в суде вообще не обсуждался.
Однако, из положений ст. 420 и других статей гл. 50 УПК РФ не следует, что достижение подозреваемым, обвиняемым к моменту возбуждения уголовного дела и дальнейшего производства по делу возраста 18 лет освобождает следователя от обязанности соблюдения гарантий и обеспечения повышенных процессуальных прав, установленных гл. 50 УПК РФ.
Несмотря на производство предварительного следствия с такими нарушениями уголовно-процессуального закона, прокурор утвердил обвинительное заключение и направил порядке ст. 221 УПК РФ уголовное дело в суд, который, не усмотрев оснований для его возвращения, рассмотрел дело по существу и постановил обвинительный приговор.
Между тем, обвинительное заключение, составленное по результатам предварительного следствия с существенными нарушениями прав лиц, обвиняемых в совершении преступления в несовершеннолетнем возрасте, исключало возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного обвинительного заключения».
(Кассационное определение Пятого кассационного суда общей юрисдикции от 18.02.2020 № 77-89/2020).
7. Никто не может нести ответственность дважды за одно и то же противоправное деяние.
Данное обстоятельство препятствовало вынесению приговора, однако суд, не усмотрев оснований для возвращения уголовного дела прокурору, рассмотрел его по существу и постановил в отношении Т. обвинительный приговор, повторно признав его виновным в тех же действиях, за которые он был привлечен к административной ответственности и подвергнут административному наказанию.
Исходя из общих принципов осуществления правосудия (ст. 50 Конституции Российской Федерации, ч. 2 ст. 6 Уголовного кодекса Российской Федерации, ч. 5 ст. 4.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях), никто не может нести ответственность дважды за одно и то же противоправное деяние.
Таким образом, суд допустил существенное нарушение уголовно-процессуального закона, повлиявшее на исход дела, что привело к тому, что Т. дважды понес ответственность за одно и то же противоправное деяние.
Судом апелляционной инстанции допущенное судом первой инстанции вышеуказанное нарушение закона оставлено без внимания и надлежащей оценки.
Нарушения закона, повлиявшие на исход дела, в соответствии с ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ являются основанием к отмене приговора Зеленчукского районного суда Карачаево-Черкесской Республики от 2 сентября 2019 года и апелляционного постановления Верховного Суда Карачаево-Черкесской Республики от 22 октября 2019 года с возвращением уголовного дела прокурору на основании ст. 237 УПК РФ, поскольку вступившее в законную силу и неотмененное решение о привлечении к административной ответственности лица за совершение тех же действий, которые вменены ему органами предварительного расследования, препятствует вынесению приговора».
(Кассационное определение Пятого кассационного суда общей юрисдикции от 23.06.2020 № 77-253/2020).
8. Нарушение ведомственной подследственности при производстве предварительного расследования в отношении лиц, обладающих особым статусом.
В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 447 УПК РФ в отношении депутата выборного местного самоуправления применяется особый порядок производства по уголовным делам.
Так, согласно п. 11 ч. 1 ст. 448 УПК РФ решение о возбуждении уголовного дела в отношении депутата выборного органа местного самоуправления принимается руководителем следственного органа Следственного комитета Российской Федерации по субъекту Российской Федерации.
В соответствии с п. 7 ч. 3 ст. 151 УПК РФ по уголовному делу в отношении депутата выборного органа местного самоуправления предварительное расследование в форме дознания производится следователями Следственного комитета Российской Федерации.
Несоблюдение указанных требований уголовно-процессуального закона при возбуждении уголовного дела и производстве расследования в отношении П. является существенным нарушением уголовно-процессуального закона, повлиявшим на исход дела.
При таких обстоятельствах, в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237, ч. 3 ст. 401.15 УПК РФ, приговор подлежит отмене с возвращением уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом».
(Кассационное определение Пятого кассационного суда общей юрисдикции от 10.03.2020 № 77-94/2020).
Практика кассационного суда по уголовным делам
Программа разработана совместно с АО «Сбербанк-АСТ». Слушателям, успешно освоившим программу, выдаются удостоверения установленного образца.
Обзор судебной практики Верховного Суда РФ «О нарушениях закона, препятствующих своевременному рассмотрению уголовных дел в кассационной инстанции»
Обзор судебной практики Верховного Суда РФ
«О нарушениях закона, препятствующих своевременному рассмотрению
уголовных дел в кассационной инстанции»
Верховный Суд Российской Федерации неоднократно обращал внимание на недопустимость нарушения уголовно-процессуальных норм, определяющих сроки рассмотрения уголовных дел в судах первой и второй инстанции, указывая на причины, негативно влияющие на продолжительность судопроизводства, в том числе и в стадии осуществления проверки дел вышестоящим судом. Отмечалось, что случаи длительного разбирательства дел обусловлены не только обстоятельствами объективного характера, но и существенными недостатками в организации работы по предоставлению уголовных дел в кассационную инстанцию, в том числе в Верховный Суд РФ.
Хотя преобладающая часть уголовных дел поступает на рассмотрение Верховного Суда РФ с соблюдением требований, обеспечивающих условия для своевременного их разрешения в кассационном порядке, тем не менее Судебная коллегия по уголовным делам отмечает, что не все дела разрешаются в процессуальные сроки, установленные ч. 2 ст. 333 УПК РСФСР.
Одной из причин нарушения процессуальных сроков является ненадлежащее выполнение требований закона по соблюдению прав осужденных и других участников процесса. В частности, им не всегда предоставляется возможность ознакомиться с протоколом судебного заседания после разбирательства дела. Поданные на протокол замечания нередко остаются без рассмотрения. При обжаловании или опротестовании приговора не все участвующие в процессе лица извещаются о принесении протеста или подаче жалобы. Иногда судами не решается вопрос о восстановлении пропущенного срока на обжалование приговора.
Без устранения допущенных нарушений кассационная инстанция, как известно, не может проверить дело и обязана возвратить его в суд, постановивший приговор, для выполнения требований, предусмотренных соответствующим законом.
За девять месяцев прошедшего года по указанным причинам были сняты с кассационного производства и направлены в суды для восстановления нарушенного права свыше 100 уголовных дел, в связи с чем ни одно из них не рассмотрено в установленные законом сроки.
Например, Астраханским областным судом дело в отношении Хасаева было представлено для кассационного рассмотрения. Осужденный просил ознакомить его с протоколом судебного заседания. Однако данных об ознакомлении с материалами судебного производства в деле не имелось. Из-за отсутствия такого подтверждения оно было снято с рассмотрения и возвращено в областной суд.
По аналогичной причине не получило своевременного разрешения дело в отношении Тамбовцева и других лиц, осужденных Верховным судом Республики Татарстан. Тамбовцев дважды обращался в суд с просьбой ознакомить его с протоколом судебного заседания. Первоначально свою просьбу он изложил в кассационной жалобе, а затем в письменном заявлении, но каких-либо сведений об удовлетворении его просьбы в деле не содержалось.
В некоторых случаях участникам процесса не обеспечивалась возможность ознакомиться с протоколом судебного заседания по формальным основаниям.
Осужденный Митьков после рассмотрения уголовного дела оформил доверенность своей жене и просил Московский городской суд допустить ее в качестве представителя его интересов во время ознакомления с протоколом судебного заседания. Свое ходатайство осужденный мотивировал вынужденным отказом от услуг адвоката и ссылкой на свою неспособность по состоянию здоровья ознакомиться с материалами судебного производства.
Данное ходатайство в надлежащем порядке рассмотрено не было. Председательствующий в судебном заседании ограничился ответом, что ознакомление с протоколом судебного заседания с участием доверенного лица законом не предусмотрено.
Не удовлетворившись таким разъяснением, Митьков возобновил свою просьбу при рассмотрении дела в кассационном порядке, сославшись на то, что из-за полной слепоты он не смог ознакомиться с протоколом судебного заседания и подать мотивированную кассационную жалобу.
Осужденный Пермским областным судом Кузеев также просил ознакомить его с протоколом судебного заседания, однако судья отказал ему в этом со ссылкой на пропуск установленного срока.
Судебная коллегия с решением суда не согласилась и дело направила в областной суд с соответствующим письмом, в котором указала, что в деле не имелось сведений о дате изготовления, подписания протокола и уведомления об этом осужденного, в связи с чем отказ Кузееву в ознакомлении с протоколом судебного заседания необоснован.
Ошибочное решение судьи отрицательно повлияло на оперативность рассмотрения дела в кассационном порядке.
Тот же суд без достаточных оснований отказал в ознакомлении с протоколом судебного заседания осужденной Тимофеевой, находившейся под стражей и не уведомленной о дате изготовления протокола. Между тем срок подачи ходатайства об ознакомлении с протоколом судебного заседания законом не определен. Следовательно, судья обязан был обеспечить ей реальную возможность ознакомиться с протоколом.
Со ссылкой на пропуск срока обращения в суд необоснованно отказано в ознакомлении с протоколом судебного заседания осужденному Бельковичу, приговор в отношении которого постановлен Иркутским областным судом. Осужденный просил об этом дважды: через несколько дней после постановления приговора, а затем в расписке при вручении ему копии приговора. Однако надлежащего реагирования на эти просьбы не последовало.
По невнимательности судьи остались невыполненными требования ст. 264 УПК РСФСР по делу в отношении Шевченко, осужденного Верховным судом Республики Саха (Якутия).
В кассационную инстанцию поступали также дела без рассмотрения замечаний на протокол судебного заседания ( ст. 266 УПК РСФСР).
Нередко замечания на протокол судебного заседания участники процесса приносили не в виде отдельного документа, а излагали непосредственно в кассационной жалобе (основной или дополнительной), а поскольку судьи не всегда знакомились с их содержанием, поданные замечания не становились предметом своевременного рассмотрения.
Верховный Суд РФ ранее уже обращал внимание судей на недопустимость такого отношения, тем не менее подобная практика продолжается.
Осужденный Молчанов после ознакомления с протоколом судебного заседания представил в Архангельский областной суд дополнительную кассационную жалобу, в которой наряду с доводами в обоснование отмены приговора подробно изложил замечания на протокол, просил рассмотреть их и удостоверить. При этом он сообщил, что срок подачи замечаний пропущен им по уважительной причине. Однако председательствующий в судебном заседании оставил замечания без рассмотрения, хотя согласно ч. 2 ст. 266 УПК РСФСР судья должен вынести мотивированное постановление об удостоверении правильности замечаний или об их отклонении.
Установив нарушение закона, Судебная коллегия возвратила дело в суд для устранения допущенного недостатка, а в адрес судьи вынесла частное определение.
Уголовные дела снимались с рассмотрения также ввиду невыполнения судами требований, предусмотренных ст. 327 УПК РСФСР. Вопреки положениям данной нормы участников процесса не всегда извещали о принесении протеста либо жалобы и в связи с этим лишали возможности ознакомиться с их содержанием.
Такие нарушения допущены, в частности, по делу в отношении Пасынкова и Хамитова, осужденных Верховным судом Республики Башкортостан. Потерпевшая Ганеева не была поставлена в известность о поданных протесте прокурора и жалобах адвокатов, а адвокаты не информировались о жалобе потерпевшей. По делу не было достаточной ясности, вручалась ли осужденным копия приговора, извещались ли они о поступлении протеста или жалобы потерпевшей.
Некоторые уголовные дела были сняты с рассмотрения в кассационном порядке для решения вопроса в соответствии с положениями ст. 329 УПК РСФСР о восстановлении пропущенного срока на подачу кассационной жалобы или протеста в судебном заседании суда, постановившего приговор.
Рассмотрение отдельных дел затягивалось в кассационной инстанции в связи с необходимостью устранения нарушений закона, связанных с ущемлением права подсудимого на обжалование определения (постановления) суда о направлении дела для производства дополнительного расследования.
Так, по делу в отношении Кичаева судья Омского областного суда необоснованно возвратил частную жалобу на решение о направлении дела для производства дополнительного расследования, не представив ее на кассационное рассмотрение, ошибочно полагая, что решения такого рода не подлежат обжалованию. В данном случае судья не учел, что в соответствии с постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 2 июля 1998 г. «По делу о проверке конституционности отдельных положений статей 331 и 464 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобами ряда граждан» определения (постановления) суда о направлении уголовного дела для производства дополнительного расследования могут быть как обжалованы, так и опротестованы в кассационном порядке.
Дело в отношении Шипунова и Нагорной, осужденных тем же судом, снято с рассмотрения для выяснения вопроса, подавала ли осужденная Нагорная кассационную жалобу, поскольку от нее непосредственно в Верховный Суд РФ поступило «дополнение» к кассационной жалобе, тогда как первичной жалобы в деле не оказалось.
Для восстановления утраченных процессуальных документов в Нижегородский областной суд возвращено уголовное дело в отношении Игнатова и Потапова. В деле не оказалось протокола, удостоверявшего явку Игнатова с повинной, и протокола его допроса в качестве обвиняемого.
Рассмотрение данного дела во второй инстанции в связи со снятием его с кассационного производства и дооформлением затянулось на несколько месяцев.
Свыше года со дня постановления приговора не рассматривалось в кассационном порядке дело в отношении Шамайко и Кравченко, осужденных судом Ханты-Мансийского автономного округа. Это произошло по ряду обстоятельств, в частности в деле не оказалось подтверждения о вручении Кравченко копии приговора. Такие же недостатки выявлены и в материалах дела в отношении Шершунова и Мамонтова, осужденных Омским областным судом.
Снято с кассационного рассмотрения и возвращено в Московский городской суд дело в отношении Сесикова, представлявшееся в кассационную инстанцию по частной жалобе адвоката. В материалах дела отсутствовало постановление судьи о назначении судебного заседания.
Брянский областной суд направил в кассационную инстанцию дело в отношении Михалевой и Жабеева, не приобщив видеозаписи следственных действий, проведенных с участием Михалевой, являвшиеся предметом исследования в судебном заседании, на которые суд сослался в приговоре как на доказательство ее виновности в совершении преступления.
Поскольку видеозаписи являлись составной частью уголовного дела, они по смыслу ст.ст. 330 и 332 УПК РСФСР подлежали направлению в кассационную инстанцию вместе с жалобами и протестом.
На допущенное нарушение закона, повлекшее отложение дела и неоправданно длительное его рассмотрение, Судебная коллегия обратила внимание председателя Брянского областного суда и указала на отсутствие надлежащего контроля за направлением уголовных дел в вышестоящий суд.
Такую же ошибку совершил Тульский областной суд по уголовному делу в отношении Мироновой и др.
Судебная коллегия по этому поводу реагировала частным определением.
На отсутствие должного контроля за соблюдением требований процессуальных норм, регулирующих порядок направления уголовных дел в кассационную инстанцию, обращено также внимание председателя Вологодского областного суда.
Направленное из этого суда уголовное дело в отношении Попова было представлено в Верховный Суд РФ для проверки без видеокассеты с записью следственного эксперимента, т.е. не в полном объеме, как предусмотрено ст. 332 УПК РСФСР.
Длительные сроки разрешения уголовных дел в кассационной инстанции в ряде случаев были обусловлены тем, что участники судебного процесса представляли кассационные жалобы и замечания на протокол судебного заседания непосредственно в Верховный Суд РФ.
Хотя такая возможность законом допускается, участники процесса не должны широко использовать это право, поскольку вышестоящий суд обязан в этих случаях возвратить дело в суд, постановивший приговор, для выполнения соответствующих требований закона, что сопряжено с большой задержкой кассационного производства и неоправданно длительным содержанием осужденных в условиях следственного изолятора.
При таких обстоятельствах участникам процесса следует напоминать положение закона о том, что жалобы и замечания на протокол судебного заседания подаются, как правило, непосредственно в суд, постановивший приговор.
С учетом изложенного судам следует обратить внимание на необходимость устранять выявленные недостатки и строго соблюдать нормы уголовно-процессуального закона, обеспечивающие своевременное рассмотрение дел в кассационной инстанции.
Судебная коллегия по уголовным делам
Верховного Суда Российской Федерации