почему фрейд отказался от гипноза
ПОЧЕМУ ФРЕЙД ОТКАЗАЛСЯ ОТ ГИПНОЗА
Говоря кратко, Фрейд, будучи неврологом прекрасно владел техникой гипнотизации того времени. Так же он обучался у блистательного врача Шарко. Именно Шарко – один из самых влиятельных учителей Фрейда, что он сам неоднократно отмечал.
Около 1896 года, Фрейд отказывается от гипноза в пользу своего метода. Несмотря на то, что Фрейд не использует гипноз на практике, он, тем не менее, во-первых, продолжает его изучать.
Во-вторых, Фрейд в некоторых случаях рекомендует своим коллегам и ученикам использовать гипноз, например, как подготавливающий к психоанализу метод.
В-третьих, Фрейд указывает, что гипноз может быть прекрасным средством для уменьшения продолжительности срока психоанализа.
В-четвертых, прогнозируя развитие психоанализа, Фрейд предполагал, что в будущем гипноз будет включен в психоанализ.
В-пятых, Фрейд продолжает довольно часто использовать слово «внушение».
Получается так, что оставаясь верным гипнозу в теории, Фрейд отказывается от него как от практического метода. Разберемся, в чем же дело.
1.Методы гипнотизации во времена Фрейда были очень просты. Например, могли использовать шум, резкий свет и тому подобное, все что связано с длительной сенсорной перегрузкой. Гипнотизер мог долго и монотонно повторять слова: «спать», «вы засыпаете» и тому подобное. Одно только наведение гипноза могло занимать очень много времени и, по-видимому, требовали большой настойчивости и терпения гипнотизера.
3. В гипнозе воздействие было только на симптом. Если описать это очень грубо, то, человеку, который испытывает беспокойство, давали прямые (директивные) внушения, например, «отныне вы чувствуете себя спокойно». Причина беспокойства не важна, если у человека прошел симптом.
По-видимому, Фрейду, гиганту мысли, могло быть просто скучно и неинтересно повторять непрерывно подобные внушения.
4. Модели, которые бы объясняли, как работает гипноз, на то время отсутствовали. То есть сам гипноз нуждался в объяснении. И это значит, что метод в действительности низко контролируем.
6. При использовании гипноза невозможно учитывать перенос (ключевого момента психоаналитического процесса). В каком смысле во времена Фрейда, гипноз – это очень бурные отношения, даже с эротическим оттенком, и порой с экстравагантным поведением гипнотизера. А психоаналитик, согласно Фрейду, должен быть как зеркало.
По большому счету, все неприятие гипноза Фрейдом как практического метода можно свести к нескольким словам: в то время была такая техника гипнотизации и был такой способ выстраивания отношений в гипнозе, и которые, по-видимому, воспринимались как неизменные. Поэтому потенциал гипноза, очевидно, будет очень низок.
В этом отношении, интересен противоположный, на мой взгляд, пример Милтона Эриксона. Очевидно, он, как и все кто интересовался гипнозом в начале ХХ века, изначально обучался традиционной технике гипнотизации. Но он направляет свой гений на практическое применение гипноза и создает утонченные методы наведения, поддержания гипноза, а также способы работы в гипнозе.
Современные методы гипноза более вариативны, они допускают разные уровни глубины своего использования. Они допускают разные способы построения отношений. Могут использоваться и в направлении исследования причин, глубинных механизмов поведения. И многое другое.
Сегодня Фрейд, наверняка, выразил бы иное отношение к гипнозу.
К Вашим услугам, психолог Дмитрий Русаков
P.S. На мой взгляд, гипноз как практический метод всегда был и будет в психоанализе.
Оставить заявку на психологическое консультирование очно в Екатеринбурге можно здесь https://forms.gle/DNCDgCPTM4ToJMsn6
Краткий список проблем, с которыми я работаю (но лучше уточнить, задав вопрос), здесь:
Если вы стремитесь к большим знаниям, то записывайтесь на тренинг фундаментальных навыков гипноза в психологии.
ГИПНОЗ В ПСИХОЛОГИЧЕСКОМ КОНСУЛЬТИРОВАНИИ. Pro
Модуль 1. Наведение. Углубление. Поддержание. Выведение.
Базовые индукции: Элман и Эриксон. Все тонкости применения в психологическом консультировании
Как Фрейд увлекался гипнозом, и почему потом он от гипноза отказался
Фрейд начинал с гипноза. И, хотя он не был удовлетворен этим методом и вскоре от него отказался, традиции гипноза оказали значительное влияние на его мышление и профессиональное становление. Фрейду повезло: он стажировался во Франции, где в то время практиковали гипнотерапию и исследовали гипноз по-настоящему выдающиеся люди.
Льебо и Бернгейм
Фрейд знал об их исследованиях и благодаря им кое-что понял. Во-первых, помимо сознательных мотивов действий человека, существуют бессознательные. Во-вторых, бессознательный и сознательный мотивы могут создавать внутренний конфликт. (С одной стороны, хочется сделать, как велели. С другой стороны, не хочется выглядеть глупо: дождя-то нет.)В-третьих, психика человека будет искать способ решения конфликта. В данном случае это компромисс: человек взял в руки зонт, но не стал его раскрывать, потому что в этом явно не было надобности.
Кстати, отечественный психолог В.М. Бехтерев, который тоже в те годы стажировался во Франции и знал о Нансийской школе гипноза, вернувшись на родину, сам провел множество подобных экспериментов [1].
Немного об истерии: Жане и Шарко
«С нейслучилась истерия: она побросала все папки, разрыдалась и сказала, что больше не придет на работу». – Иногда мы слышим что-то подобное, когда говорящий путает истерию и истерику. А это не одно и то же. Истерия – это не истерика, а заболевание, когда у человека возникают «на нервной почве» различные припадки,или странные симптомы, или боли в органах, которые в действительности здоровы (более современное название этой болезни – «конверсионное расстройство»). Например, истерический припадок может быть похожим на приступ эпилепсии; а при истерической слепоте глаза здоровы, но человек при этом действительно ничего не видит. Симптомы в этом случае часто не соответствуют реальным признакам тех болезней, которые они имитируют. Например, может возникнуть «перчаточный паралич» кисти руки, который без истерии невозможен, потому что за движения пальцев руки отвечают два различных нерва, а не один (который мог бы быть поврежден в случае реального паралича.
Конечно, XIX век уже больше «дружил» с анатомией и физиологией и не приписывал истерию свободным перемещениям матки, хотя по-прежнему считалось, что это – болезнь женщин. Во Франции в это время практиковали два знаменитых человека: Пьер Жане и Жан Шарко.
Классик психологии Пьер Жане не только писал книги, но и занимался психотерапией. Он начинал свою практику примерно в то же время, когда начинал практиковать молодой Фрейд. И у Жане был свой опыт работы с истеричками. Например, «случай Марии»[4]. (Психотерапевты, когда пишут книги и статьи, не называют настоящие имена пациентов, так что Марию наверняка звали как-то по-другому.) Это был случай большой истерии с различными симптомами. Каждый раз перед наступлением месячных у молодой девушки начинались конвульсии и бред. Кроме того, она не видела одним глазом (истерическая слепота).
В то время в психотерапии господствовала «теория травмы». Считалось, что за каждым симптомом стоит конкретный драматичный случай, который забылся, потому что о нем было бы слишком тяжело помнить. (Фрейд назовет этот механизм вытеснением.) Целью гипноза считалось возвращение в трансе воспоминания о травме. А уже то, как с этим воспоминанием работали, зависело от теоретической позиции терапевта. Например, Жане считал, что нужно внушить пациенту обратное: ничего страшного на самом деле не было, все было хорошо. Мария под гипнозом «вспомнила», что, когда у нее начались первые месячные, она была настолько к этому не готова, что поспешила их прекратить и для этого села в ушат с ледяной водой. Жане ей внушил, что подростком она на самом деле обрадовалась своему взрослению и наступлению первых месячных. И приступы у Марии исчезли. Также девушка «вспомнила», что, когда она была маленькой, в доме были гости, и ее, несмотря на протесты, заставили спать на одной кровати с мальчиком-родственником, у которого на лице был лишай. После этого она потеряла зрение на один глаз: с той самой стороны, где был лишай у мальчика. – Жане под гипнозом внушил Марии, что никакого лишая у этого ребенка не было, и он был очень милым. После чего слепота на один глаз тоже прошла.
Впоследствии, изучая бессознательное по материалам сновидений, Фрейд поймет, что в бессознательном много фантастических картин и событий. Так что вовсе не факт, что «вспоминаемое» под гипнозом когда-то произошло на самом деле. Но симптомы-то у пациентов проходили, и для Фрейда это значило, что фантастический материал из бессознательного сам по себе имеет терапевтическую ценность, как информация о переживаниях пациента.
Шарко
Вообще-то Жане – ученик Шарко, но, так как Шарко имеет отношение уже непосредственно к Фрейду, я начала не с него. Отечественному читателю, может, вспомнится название сохранившейся до наших дней процедуры: «душ Шарко». Да, тот самый Шарко. В конце XIX века в парижской больнице Сальпетриер было большое отделение для женщин-истеричек, и он им руководил. У Шарко стажировались многие начинающие медики (в том числе ставшие знаменитыми Фрейд и Бехтерев), которые становились свидетелями его демонстраций. Шарко лечил истеричек гипнозом, так как считал, что их болезнь – результат самовнушения, и поэтому им требуется внушение (по принципу: «клин клином вышибают»). Он представлял присутствующим молодым врачам пациенток отделения, которых он на их глазах вводил в гипнотический транс. Для некоторых незамужних девушек и женщин из небогатых семей это была возможность месяцами находиться на полном обеспечении в клинике, где они лечились и, так сказать, «работали истеричками», участвуя в демонстрациях. Оказалось, что истеричные женщины весьма артистичны, и клинические демонстрации Шарко превращались в увлекательное шоу: говорят, что таких эффектных истеричек, как у Шарко, мир не видел ни до, ни после него.
Одновременно, изучая истеричек, медики стали замечать: во-первых, что у мужчин истерия тоже встречается, во-вторых, что больные истерией часто имеют между собой значительное сходство в характере, и, в-третьих, что среди здорового населения людей с таким характером также очень много. И, кстати, не только женщин, но и мужчин. Когда Фрейд говорил о таком явлении, как мужчина-истерик, коллеги-врачи над ним посмеивались, но сам Шарко обладал несомненно истерическим характером! Люди с таким характером демонстративны (любят публику и сцену), кокетливы и совершенно явно «расцветают» в присутствии противоположного пола, общительны и артистичны, а также высоко внушаемы.Что и заставило медиков поколения Шарко рассматривать болезненные истерические состояния как самогипноз, а гипноз – как внушенную истерию [3].
История Брейера и Анны О
После стажировки Фрейд возвращается в Австрию, где его наставником становится Йозеф Брейер. И Брейер, как другие психотерапевты своего времени, использовал гипноз. Самый знаменитый случай из его клинической практики – так называемый случай Анны О., описанный Брейером и Фрейдом в их совместной книге «Этюды об истерии»[3], [6]. Мы уже знаем, что, если в книге описывается клинический случай, то настоящее имя пациента не называется, так что на самом деле эту девушку, конечно, звали не Анна. Сейчас известно, что ее настоящее имя – Берта Паппенгейм. Брейеризменил имя пациентки очень просто: взяв буквы, которые стоят в алфавите перед «Б» и «П». Получилось «А» и «О».
У Анны (Берты) возникли множественные причудливые симптомы после болезни и смерти любимого отца. Например, она разучилась говорить на родном немецком языке и говорила только по-английски. У нее отнялась кисть правой руки. С наступлением лета она обнаружила, что разучилась пить, и стала утолять жажду только фруктами. И так далее.
Кстати: Брейер не обманывал своих загипнотизированных пациентов, не внушал, что все было совсем не так страшно или неприятно. Он предпочитал работать с правдой, то есть с материалом, полученным от пациента. Этого принципа своего наставника– работать с правдой – будет придерживаться и Фрейд. И поначалу, пока он будет практиковать гипноз, и позже, когда создаст собственный метод.
Успешное исцеление Анны О., блестящий случай из практики Брейера, сделало его знаменитым. Но в «Этюдах об истерии» не упоминается то, что произошло потом. Брейер вылечил Анну и расстался с ней. И тут его к ней вызвали экстренно для оказания помощи. У Анны был эпизод бреда: у нее начались мнимые роды, она утверждала, что рожает ребенка от доктора Брейера. Доктор сумел привести Анну в чувство, но на следующий день срочно взял отпуск, забрал жену и уехал из города.
С чем же не справился Брейер? Явление, когда пациент начинает испытывать не соответствующие реальной ситуации сильные чувства по отношению к психотерапевту, Фрейд назовет переносом. Это термин означает, что сильные чувства первоначально адресовались кому-то из наиболее значимых людей в жизни пациента (обычно это бывает кто-то из его родителей), а потом были «перенесены» на терапевта. Анна только что потеряла отца; тут появился мужчина, который искренне о ней заботился, и она полюбила его. Были и другие обстоятельства, способствовавшие такому расцвету переноса. Брейер совсем не соблюдал то, что в современной психотерапии называют границами. (Он не виноват, потому что о границах терапевты в то время еще не знали.) Он не нормировал время работы с пациенткой, он работал с ней и у себя, и у нее дома, то вводя ее в транс, то просто беседуя с ней. Его общение с Анной было настолько тесным, что жена начала ревновать. После чего, как только пациентке стало лучше, он внезапно ее оставил. Реакция Анны была драматичной.
Благодаря опыту Брейера, Фрейд впоследствии понял переносную реакцию собственной пациентки, которая, поднявшись с кушетки, обняла его за шею[2]. Что Фрейд впоследствии прокомментировал: понятно, что это не он был так неотразим.
Почему Фрейд перестал практиковать гипноз
Знаменитая кушетка Фрейдабыла необходимым атрибутом в его работе с пациентами. Вначале просто потому, что Фрейд практиковал гипноз и вводил пациентов в глубокий транс. Но Фрейду это быстро надоело. Почему?
Во-первых, случай Анны О. произвел на Фрейда сильное впечатление прежде всего неконтролируемым переносом.При работе с пациентом, находящимся в трансе, могут возникнуть мощные переносные реакции, обсудить которые с нимоказывается невозможным.
Во-вторых, гипноз представлялся Фрейду слишком мистическим средством, механизм действия которого трудно понять. А Фрейд был по натуре человеком очень рациональным.
В-третьих, сам Фрейд признавал, что владеет гипнозом не очень хорошо и не всегда может ввести пациента в транс.
В-четвертых, Фрейд не думал, что гипноз на самом деле «раскрывает правду» о том, что случилось в прошлом. Конечно, фантазии из бессознательного не менее ценны для терапии, но к ним можно получить доступ и без гипноза. Например, через сновидения пациентов.
Так или иначе, Фрейд оставил гипноз, но первое время по-прежнему использовал внушение.Положив ладонь на лоб пациента и слегка надавливая, Фрейд говорил ему, что сейчас он все вспомнит. (Имелась в виду, конечно, травма.) Пока как-то раз одна пациентка не рассердилась, сказав, что он ей только мешает. Фрейд оказался достаточно гибким, чтобы задуматься о ее словах. Этот момент стал поворотным в его работе: теперь он позволял пациентам говорить, что им приходит в голову. Это было так называемое правило свободных ассоциаций, новый способ доступа к бессознательному материалу пациента.
Так стало формироваться новое направление психотерапии, отказавшееся от внушения: психоанализ. А знаменитую кушетку Фрейд сохранил. Сам он объяснял это своим характером, признаваясь, что ему не очень-то комфортно весь день смотреть пациентам в глаза. Конечно, характеры у психоаналитиков разные, но с классической кушеткой они до сих пор не расстались.
ЛИТЕРАТУРА:
Автор: Татьяна Литвинова
Психолог, кандидат философских наук
Если вы заметили ошибку или опечатку в тексте, выделите ее курсором и нажмите Ctrl + Enter
Не понравилась статья? Напиши нам, почему, и мы постараемся сделать наши материалы лучше!
Фрейд и гипноз
В один прекрасный день в середине 1870-х годов, будучи студентом Венского университета, Зигмунд Фрейд купил билет на гипнотическое представление датчанина Хансена. И был потрясен:
Когда я был еще студентом, я посетил публичный показ «магнетизера» Хансена и заметил, что один человек, над которым экспериментировали, стал мертвецки бледным как при припадке каталепсии и оставался таковым, пока действовали условия эксперимента. Это твердо убедило меня в истинности феномена гипноза. Научное подкрепление этого взгляда вскоре было дано Гейденхайном; однако это не долго удерживало профессоров психиатрии от заявления, что гипноз является не только обманным, но и опасным, и от презрительного к нему отношения. В Париже я видел гипноз, который свободно применялся как метод продуцирования у пациента симптомов с последующим их устранением. А теперь к нам пришли новости, что в Нанси возникла шкала, которая нашла широкое и успешное применение внушения, с гипнозом и без оного, в терапевтических целях. И вышло так, само собой разумеется, что в первые годы моей деятельности как медика главным моим рабочим инструментом, кроме случайных и несистематических психотерапевтических методов, было гипнотическое внушение.
Фрейд стал доктором в 1881 году, а в последующие годы его друг и коллега Йозеф Бреер ввел его в гипнотерапию. В июне 1885 года Фрейд работал как временный заместитель в частной клинике Генриха Оберштейнера близ Вены, где практиковали гипноз. В октябре он уехал в Париж изучать у Шарко неврологию. Он оставался в Париже до февраля 1886 года и часто наблюдал в это время сеансы гипноза в Сальпетриере. Он также посетил Бернгейма в Нанси, где он пришел к убеждению (на феноменах амнезии и постгипнотического внушения), что в людях происходят могущественные ментальные процессы, которые скрыты от нашего повседневного сознания. Это убеждение сохранилось у него до конца жизни и, конечно, время от времени он признавал значение гипнотизма, который заставил это его уяснить.
В 1880-х в глазах недоверчивого и подозрительного медицинского истеблишмента Фрейд был страстным защитником гипноза как средства диагностики психологических процессов не только у истериков, но и у всех людей. Вернувшись в Вену, он начал свою собственную практику, читал лекции по гипнотизму в различных ученых обществах, переводил книги Берн-гейма и Шарко и написал несколько статей по предмету гипноза. Он посетил Первый международный конгресс по экспериментальному и лечебному гипнотизму в Париже в 1889 году, внедрял гипноз в свою собственную практику в форме непосредственного внушения, часто сопровождая это надавливанием руками на голову пациента, и использовал его непрерывно с 1887 по 1892 год. «Небольшой, но значительный успех», которого он достиг, — фраза взята из письма к другу, Вильгельму Флису, — сообщил ему уверенность и устранил чувство беспомощности, которое преследовало первые его опыты в психотерапии. В поздние годы он признавался, что льстил себе, пытаясь выглядеть в глазах пациентов кем-то вроде чудотворца. Однако к середине 1890-х он более или менее оставляет гипноз, а при случае даже клеймит его как «бессмысленную и малостоящую процедуру».
Каковы были его причины отказа от гипноза? Очень важно ответить на этот вопрос, ибо если бы меня просили указать единственную причину, почему гипнотизм в то время вдруг стал второстепенным, я должен был бы указать на отказ Фрейда от практики гипноза. Каждый психоаналитик знает, что Фрейд использовал его раньше в своей карьере, и каждый психоаналитик знает, что он оставил его около 1896 года в пользу свободных ассоциаций — «лечения разговором», как это назвала пациентка Бреера Анна О. Почти все психоаналитики исходят из предположения, что, поступая таким образом, он был якобы не удовлетворен им. Впоследствии же, из нежелания поворачивать колесо истории вспять и из чувства благоговения перед Фрейдом, они не утруждали себя дальнейшими поисками и не включали гипноз в арсенал возможных терапевтических средств. Однако в действительности, как мы увидим, основания Фрейда для отказа от гипноза гораздо сложнее, чем представляется, и, конечно, не стоит считать, что он нашел его бесполезным. Даже напротив, в некотором отношении он нашел его слишком мощным.
Существуют личные и объективные основания отказа Фрейда от гипноза. Во-первых, совершив открытие значения снов и свободных ассоциаций, изначально относящихся к теме снов, он не должен был разменивать свой личный энтузиазм: он хотел опробовать возможности своего метода, а это значило, что другие техники были заброшены в пыльный угол его терапевтического арсенала. Во-вторых, он просто обнаружил, что вовсе не был хорошим гипнотизером. В-третьих, это причиняло ему неудобство в двух отношениях: поскольку его метод включал пассы над головой и верхней частью тела пациента, Фрейд часами находился под пристальным вниманием своих пациентов, а это ему не нравилось; он также не понимал, каким образом метод работает, ибо ни теории Шарко, ни Бернгейма его не убедили. В-четвертых, он увидел, что феномен трансфера усиливался под гипнозом, так что аффектация пациента могла увеличиться до нежелательных пределов. Именно в этом отношении гипноз был слишком сильным орудием для Фрейда: гипнолог должен был быть осторожным, чтобы предотвратить слишком интенсивные отношения, развивающиеся между врачом и его клиентами, когда они отправлялись с ним в исследовательское путешествие. Под гипнозом пациент становился чересчур осознающим чувства и мотивацию гипнолога. А с точки зрения Фрейда здесь есть ограничение: это, очевидно, повышает вероятность, что клиент будет делать и говорить такие вещи, чтобы угодить врачу, а не из своего внутреннего побуждения. Был случай, когда загипнотизированная пациентка, к его изумлению, обвила руками шею Фрейда. Вошедший в комнату слуга прервал процесс, и последовало болезненное обсуждение. Гипноз для Фрейда оказался слишком горячим, чтобы держать себя в руках.
Лично для себя он находил гипноз неудовлетворительным в перечисленных отношениях, однако иногда формулировал и более объективные клинические основания. Так, он обнаружил, что при помощи внушения не удается достигнуть длительных терапевтических результатов: «Я отказался от техники внушения, а вместе с ней и от гипноза, потому что отчаялся сделать внушение достаточно сильным и длительным и произвести перманентное исцеление. Я видел, как во всех серьезных случаях применяемые внушения разрушались, и тогда болезни или их заместители возвращались снова». Другие тоже жаловались на неустойчивую природу гипноза: не всегда удается ввести пациента в транс, невозможно также гарантировать, что выздоровление, вызванное постгипнотическим внушением, будет длительным. Самый знаменитый ученик Фрейда, Карл Густав Юнг (1875–1961), также не долго думая отказался от гипноза, хотя первой книгой, которая его заставила заинтересоваться психологией, была книга Жане по гипнотизму. Но в своей знаменитой автобиографии «Воспоминания, сновидения, размышления» он припоминает, что не просто считал его ненадежным, но даже перепугался, когда одного из его объектов оказалось трудно разбудить, а также нашел его слишком авторитарным (что оставалось неизменно справедливым для практики тех дней); ему интереснее было слушать своих пациентов, чем говорить, что они должны делать.
Гипноз мог скрывать от врача то, что Фрейд называл «сопротивлением» пациента, и это явилось второй объективной причиной его отказа от гипноза. Здесь потребуется несколько слов объяснения. Сопротивление — это когда в процессе анализа пациент определенно игнорирует некоторые воспоминания и идеи. Заметив, что это достаточно регулярно случается, Фрейд пришел к дальнейшим открытиям природы вытеснения. Он увидел, что функция вытеснения состоит в ослаблении эмоционально сильных идей, дабы защитить пациента от болезненного переживания эмоций. Однако, несмотря на открытый Жане при помощи гипноза факт, что пациенты склонны к подавлению некоторых воспоминаний, Фрейд уверовал, что гипноз маскирует сопротивление пациента.
В-третьих, по его мнению, существовал слишком большой контраст между горькой действительностью проблемы, с которой сталкивался пациент, и теми радужными внушениями, которые он как гипнотерапевт должен, мол, давать пациенту.
Прежде чем обсудить эти возражения, надо упомянуть про другое понятие — «замещение». Это извлечение психоаналитиком из пациента во время проведения анализа сильной эмоциональной позиции, которая может быть либо сексуальной, либо дружелюбной, либо враждебной по форме, и дальнейшее привязывание этих чувств к психоаналитику. Теория психоанализа в целом, согласно Фрейду, — это всего лишь попытка объяснить оба наблюдаемых факта сопротивления и замещения, которые появляются при всякой попытке выследить источник симптомов невроза в прошлом. Зрелые размышления Фрейда о гипнозе навели его на мысль определить его в терминах замещения как своего рода любовное отношение между пациентом и врачом. И это именно то, что на теоретическом уровне вызвало его неудовлетворенность гипнозом как терапевтическим методом. Гипноз нес в себе ту опасность, что эффект от него мог моментально исчезнуть, как только заканчивалась эмоциональная привязанность пациента к врачу. Тем не менее, несмотря на свой отказ от гипноза в терапевтической практике, Фрейд продолжал рекомендовать его на протяжении всей жизни как быстродействующую процедуру в некоторых случаях, особенно если требовалось пропагандировать успехи психоанализа непосвященной публике.
Неудовлетворенность Фрейда гипнозом нельзя не соотнести с фактом, что он применял авторитарный подход девятнадцатого столетия: «Я держал свой палец перед ее лицом и кричал: „Спать!», и тогда она все оседала в остолбенении и замешательстве». В другом месте, в книге «Групповая психология и анализ эго» (1921), он говорит о «покорном подчинении» оператору объекта, идущего на уступки, но без сговора об уступчивости. Так как Фрейд искал эту унизительную уступчивость и не мог ее достигнуть при помощи гипноза, то его неудовлетворенность увеличивалась. Но именно тогда, когда гипнолог занимает такую позицию, отрицая творческое участие пациента в лечебном процессе, гипнотерапия менее всего эффективна. Простой пример: если сказать пациенту командным голосом, что температура его тела падает, он сможет испытать субъективное ощущение холода, но ничего объективного не произойдет; однако если позволить ему принять участие — быть может, пофантазировать о снеге, — температура его тела действительно упадет. Причины отказа Фрейда от гипноза ограничиваются лишь его собственной личностью и тем методом, который практиковался в то время. Они не представляют оснований для современных фрейдистов и постфрейдистов пренебрегать гипнозом и клеймить его как второстепенную психотерапевтическую технику. Некоторые фрейдисты сейчас комбинируют гипноз и психоанализ в виде «гипноанализа» и также находят, что возражения Фрейда больше не действуют. Одним из первых это сделал Льюис Волберг, и его книгу «Гипноанализ», написанную еще в 1945 году, стоит прочитать. Главное ее положение следующее: гипноанализ в существе своем — это тот же процесс, что и психоанализ, но при помощи гипноза врач и пациент могут выразить и увидеть бессознательные аспекты быстрее, чем при обыкновенном анализе.
Читайте также
ЕЖЕДНЕВНЫЙ ГИПНОЗ/ОБУЧЕНИЕ ПРОБУЖДАЮЩИЙ ГИПНОЗ
ЕЖЕДНЕВНЫЙ ГИПНОЗ/ОБУЧЕНИЕ ПРОБУЖДАЮЩИЙ ГИПНОЗ Однажды вечером я с друзьями обедал в местном ресторане. Наш официант был чем-то расстроен и выглядел взволнованным и подавленным. Он был резок, медлителен и недружелюбен. В результате обслуживание оставляло желать
З. Фрейд
З. Фрейд В сфере психического З. Фрейд выделяет три области: подсознание (ид), сознание (эго) и Сверх-«Я», или надсознание (Супер-эго). Сознание оказывается, по существу, границей между Ид и Супер-эго, а в бессознательном выделяются две области. Подсознательное
Фрейд
Фрейд Согласно Фрейду (23), впервые постулировавшему психологическое значение процесса рождения, организм при рождении переходит из относительно спокойного и мирного окружения в сокрушающую ситуацию. На новорожденного обрушивается поток стимулов, а он не обладает
Фрейд
Фрейд Фрейд первоначально разделил инстинкты на две категории: 1) инстинкты самосохранения или эго-инстинкты; 2) сексуальные инстинкты. Исторические особенности развития взглядов Фрейда подробно очерчены Томпсон (65), и здесь нет надобности касаться этого вопроса.
Фрейд, Юнг и архетипы
Фрейд, Юнг и архетипы Рассмотрим вначале возникновение и метаморфозы самого понятия «архетип» в глубинной психологии.Термин «архетип» встречается у древнеримских философов и богословов: Дионисия Ареопагита, Филона Иудея, Иринея и Августина. «Архетип» — это
АННА ФРЕЙД
АННА ФРЕЙД Концепция «линии развития» использовалась в психоаналитической теории развития как метафора, отражающая процесс последовательного развития и подчеркивающая его непрерывный и кумулятивный характер. Сам Фрейд впервые упомянул о последовательности развития
АННА ФРЕЙД
АННА ФРЕЙД Особенно критически настроена в отношении взглядов Мелани Кляйн и ее подхода к лечению была Анна Фрейд. Их немногие попытки диалога и дискуссии скорее вызывали бурные эмоции у обеих, чем способствовали какому-либо сближению.Взгляды Анны Фрейд на развитие
5. Кем был Фрейд?
5. Кем был Фрейд? Как и все великие врачи, Зигмунд Фрейд, открывший психоанализ, стремился в первую очередь исцелить больных, а во вторую — выяснить, отчего они болеют, чтобы предотвращать возникновение схожих болезней у людей здоровых. Этому он посвятил всю свою жизнь,
6. Кто был Фрейд?
6. Кто был Фрейд? Как и все великие врачи, Зигмунд Фрейд, открывший психоанализ, был заинтересован в излечении больных и в исследовании причин их болезней, чтобы можно было предотвращать такие болезни у других. Он посвятил этим целям свою жизнь, пытаясь помочь людям, точно