почему есть новый и ветхий завет
Зачем христианину Ветхий Завет?
Закон как детоводитель и лестница в небо
Приблизительное время чтения: 12 мин.
Нередко можно услышать, что христиане, у которых есть Новый Завет, в Ветхом уже не нуждаются. Почему же тогда его продолжают печатать в изданиях Библии? Просто как некий памятник древности, или у него есть свое место в Церкви и сегодня? Если да, то зачем он нам нужен?
Сдаем полбиблии в музей?
И в самом деле, зачем? Ветхую одежду или мебель обычно ведь не используют, заменяют на новую. Название «ветхий» как будто подсказывает, что и первая часть Библии «обветшала», утратила для нас значение. Так ли это? Дело не только в названии (славянское «ветхий» означает просто «старый, прежний»). Прочитав Новый Завет и перейдя к Ветхому, человек нередко испытывает разочарование: и скучно бывает, и неактуально, но главное — слишком много на его страницах крови. В Новом Завете тоже не всё понятно и не всё интересно, но едва ли что-то настолько отталкивает читателя. Кто-то может подумать, что речь вообще идет о двух разных богах…
Подобную мысль высказывал богослов II века от Р. Х., Маркион из Синопа. Он учил, что существуют два бога: жестокий Творец, о котором повествует Ветхий Завет, и милосердный Бог Любви, явленный в Новом. Между ними нет ничего общего; до Христа люди якобы не знали Бога Любви и поклонялись жестокому Творцу, по ошибке принимая его за высшее божество.
Что интересно, разногласия Маркиона с традиционным христианством на этом не кончались. Чтобы «развести» два Завета, Новый ему пришлось существенно сократить. Маркион оставил всего лишь одно Евангелие и десять апостольских посланий, да и оттуда выкинул все, что касалось телесности Христа, реальности Его земной жизни. Маркион исповедовал характерный для восточных религий дуализм: всякая материя, всякая телесность — зло, и нужно избавиться от нее ради духовного совершенства, поэтому и Христос только выглядел человеком, но был лишь бесплотным духом, слетевшим с небес, чтобы рассказать человечеству об Истинном Боге. Он не рождался и не умирал на земле, страдания на Кресте, после которых Он вознесся на небо, были лишь видимостью. Разумеется, Его ученики многое перепутали и записали неправильно (такую оговорку делает практически каждый, кто желает «отредактировать» Евангелие по своему вкусу).
Это учение было отвергнуто Церковью, его несостоятельность подробно, по пунктам разбирали практически все видные церковные писатели того времени. Действительно, такое «христианство», несовместимо с самыми основами веры Церкви. Зато подходит гностикам и всяким околохристианским сектам, стремящимся использовать Библию в своих целях. Церковь, напротив, провозгласила и подтвердила не раз, что Священное Писание, состоящее из Ветхого и Нового Заветов, для нее нераздельно.
Отбросить Ветхий Завет — это значит отказаться от плоти, от человеческой природы Христа. Дело не только в том, что в Его истории исполняются пророчества и намеки, которыми полон Ветхий Завет, так что в Евангелиях значимым оказывается и место (рождение в Вифлееме), и время событий (распятие перед Пасхой), и даже отдельные детали (римские солдаты не перебили голеней Иисуса, как нельзя было ломать и костей пасхального агнца).
Дело еще и в том, что история спасения для христианина начинается не с Рождества, а с момента грехопадения человека, когда возникает сама потребность в спасении. Ведь сначала нужно понять, от чего вообще нужно спасать человечество, почему оно оказалось отделено от Бога и порабощено смерти. Об этом как раз и говорится в Ветхом Завете. Более того, его «кровавость» во многом объясняется тем, что это — честное и подробное повествование о падшем человечестве, а не святочный рассказ о чем-то милом, но совершенно нереальном. И если мы тоже будем честны, нам придется признать, что именно Ветхий Завет лучше, чем все остальные древние книги сумел эту «кровавость» обуздать и ограничить.
Ни в одной из них человеку не говорили с такой поразительной простотой «не убивай, не кради, не прелюбодействуй». В самом деле, теперь люди, для которых убийство, воровство и прелюбодеяние до сих пор остаются делом доблести и чести, хотя бы стараются замаскировать это свое отношение разными красивыми словами. В недавно вышедшем фильме «Апокалипсис» как раз показано общество, где заповедь «не убий» просто никому не приходит в голову. Не думаю, что мы хотели бы там оказаться. А ведь когда-то так жило всё человечество.
Ступени в небо
Бог готовил человечество к пришествию Христа задолго до того, как оно состоялось. Опыт миссионеров, работавших среди диких племен Океании, показывает: пока не будут усвоены представления о Едином Боге и о данном Им законе, Евангелие проповедовать бесполезно. Можно ли говорить о любви к ближнему с каннибалами, которые ближних любят так, что аж пальчики облизывают?
Впрочем, и без каннибализма в таких племенах случаются чудовищные вещи. Мне лично доводилось беседовать с человеком, проведшим двадцать лет в Папуа-Новой Гвинее. Он рассказывал, что там процветал «культ карго» (от англ. cargo «груз»). Папуасы видели в материальных предметах, привезенных белыми людьми, высшую ценность и понимали проповедь о Христе сквозь призму этого культа. Услышав, к примеру, что последовавший за Христом получит в будущей жизни в сто раз больше, чем он отдал в этой, одно племя выбрало добровольца, распяло его на кресте (!), а в могилу положило инструменты, одежду и прочие припасы, чтобы, когда распятый воскреснет, получить вместо одного топора сразу сотню.
Нет никаких сомнений, что если бы не долгие века «подготовки к Евангелию», как называли этот процесс раннехристианские писатели, никакого другого отношения к проповеди Христа нельзя было бы и ожидать. Конечно, в эту подготовку входила и проповедь языческих мудрецов-философов и учителей, внушавших своим слушателям представления о добре, справедливости и милосердии, но основную роль в ней играл все же Ветхий Завет.
В книге Бытия мы встречаем удивительный образ: Иакову снится лестница, по которой ангелы сходили с неба на землю и поднимались обратно (Быт 28:12). В каком-то смысле Ветхий Завет — та самая лестница, по которой, еще до воплощения Христа, вестники Божьей воли сходили к людям, чтобы те могли оторвать свой взор от земли, потянуться к чему-то высшему.
Мы, в конце концов, просто не поймем в Новом Завете почти ничего, если не обратимся к Ветхому. Главное его событие — крестная жертва Христа. Но что такое жертва? Зачем она нужна? Кто и по какому поводу ее приносит? Всё это можно понять только из Ветхого Завета.
Ведь человечество в самом деле было совсем не таким, как сейчас. Читая не только Ветхий Завет, но и другие тексты того времени, мы видим, что заповедь «не убий» прозвучала в мире, где убивать своих личных врагов и вообще всех, кто тебе не понравился, считалось не просто нормальным, но очень похвальным и «крутым». Поэтому Ветхий Завет — лестница, по которой человечество (прежде всего избранный народ, Израиль) восходило на ту ступень, на которой оно могло принять Евангельскую весть. И главную роль в этом играл Закон.
Закон как детоводитель
Милость и истина встретятся, правда и мир облобызаются — такие слова мы читаем в Псалтири (Пс 84:11). Это неплохое отражение самой сути Ветхого Завета. С древнейших времен его толкователи подчеркивали, что в нем сочетаются два начала: милосердие и справедливость. Они необходимо дополняют друг друга; милосердие без справедливости вырождается в попустительство злу, а справедливость без милосердия — в беспощадную мстительность.
Поэтому Ветхий Завет сначала утверждает Закон, определенные правила поведения и наказание за их нарушение — но провозглашает и милосердие к грешнику, этот Закон нарушающему. Еще в ветхозаветные времена евреи излагали суть Закона предельно кратко: «Люби Бога и своего ближнего, а все остальное — только комментарий». Действительно, одна часть Закона подробно расписывала правила богослужения, а другая — излагала правила, которых люди должны были придерживаться в отношениях друг с другом.
Сами по себе эти правила могут показаться нам — людям современного мира — архаичными и мелочными, но в ту эпоху так никому не казалось. Когда Библию начинали переводить на язык одного африканского племени, его представителей, уже принявших христианство, спросили, с чего начать. Конечно, ожидался ответ «с Евангелия» или, по крайней мере, «с Бытия», но новообращенные заинтересовались в первую очередь Левитом — скучнейшей, с нашей точки зрения, книгой, где перечислялись всевозможные обрядовые установления. Племя привыкло жить в мире, где религиозные предписания (всевозможные табу) играют огромную роль, и новая вера для них означала прежде всего новую систему табу.
Ветхозаветные правила были вовсе не случайны, не бессмысленны. Например, Господь повелел израильтянам совершать обрезание как знак их принадлежности Богу, знак завета, заключенного между Ним и Его народом. И только когда израильтяне привыкли к этому знаку, стали пренебрежительно называть своих соседей «необрезанными», стали возможны слова пророка: Вот, приходят дни, говорит Господь, когда Я посещу всех обрезанных и необрезанных: Египет и Иудею, и Едома и сыновей Аммоновых, и Моава и всех стригущих волосы на висках, обитающих в пустыне; ибо все эти народы необрезаны, а весь дом Израилев с необрезанным сердцем (Иер 9:25-26; на это место сошлется диакон Стефан в Деян 7:51). Что значит «обрезанное сердце»? Конечно, не о кардиохирургии идет речь, а о том, чтобы человек посвятил Богу не часть своего тела, но все мысли и чувства.
А позднее — и слова апостола Павла, отменяющие этот обычай для христиан: Обрезание полезно, если исполняешь закон; а если ты преступник закона, то обрезание твое стало необрезанием. Итак, если необрезанный соблюдает постановления закона, то его необрезание не вменится ли ему в обрезание? (Рим 2:25-26). То есть, если ты поступаешь по воле Божьей, тебе не нужны никакие дополнительные знаки, а если нет — они тебе не помогут. Но если бы апостол Павел обратился так к людям времен Авраама, они услышали бы в них только полное безразличие, наплевательство по отношению к Божьей заповеди. Чтобы стать исключением, сначала надо освоить правило.
Так и избранному народу, чтобы придти к новозаветной свободе, нужно было пройти своеобразную школу Закона, научиться и милости, и истине; не случайно тот же Павел называл Закон детоводителем ко Христу (Гал 3:24-25), то есть сравнивал его с рабом, который отводил ребенка в школу и забирал из нее (по-гречески именно он и назывался «педагог»). Всему самому главному должен был научить Христос, но до Его школы нужно было еще дойти.
Чаша двух Заветов
О связи двух Заветов, об их глубинном единстве и о разнице между ними рассказывает постоянный автор нашего журнала диакон Владимир Василик.
Что для нас значит Ветхий Завет? Слово «завет» (по-еврейски «берит») означало «договор». Но у словосочетания Ветхий Завет два значения. Во-первых, это именно договор, конкретно — договор Бога с людьми. Первоначально — личные договоры с древними патриархами и праведниками — Ноем, Авраамом, Исааком и Иаковом. Бог требовал от них веры, преданности только Ему и послушания Его повелениям. За это Он даровал им спасение (как, например, Ною с его семьей) и благословение (как, например, Аврааму). Это — личное водительство Бога, заключавшееся в Его заповеданиях, которые передавались и сохранялись устно. Знаком завета являлось обрезание.
Затем — это завет или договор, заключенный через Моисея на Синае уже с целым народом израильским. Он состоял в том, что Бог будет единственным Богом Израиля, а Израиль — Его народом. Этот договор носит развернутую форму и письменно зафиксирован в Пятикнижии (первые пять книг Ветхого Завета — Бытие, Исход, Левит, Числа, Второзаконие; Бытие, однако, отражает события до завета Моисея). Цель Завета — выделить израильский народ из среды человечества и сделать его избранным, чтобы в нем могли сохраниться семена истинной веры и потом распространиться на все человечество. Господь-Сущий (Иегова, или Яхве) становится невидимым, духовным царем израильского народа, получающего таким образом особую форму правления — теократию, или богоправление. Закон подразумевал особый образ жизни, особую, «чистую», так называемую кошерную, пищу, детально предписывал ритуал жертвоприношений и священнодействий.
Второе значение словосочетания «Ветхий Завет» — собрание священных книг, первая, дохристианская часть Библии. Существует два канона Ветхого Завета — протестантский, основанный на иудейском, и православный, базирующийся на Александрийском. В первый включены Пятикнижие Моисея (Бытие, Исход, Левит, Числа, Второзаконие), исторические книги — Книга Иисуса Навина, четыре Книги Царств, две Книги Паралипоменон (жреческих хроник), две Книги Ездры, Книга Есфири, учительные книги — Псалмы Давида, Притчи Соломоновы, Екклезиаст, Песнь песней, Книга Иова; великие пророки — Исаия, Иеремия, Даниил, Иезекииль и двенадцать малых — Осия, Иоиль, Амос, Иона, Авдий, Михей, Наум, Аввакум, Аггей, Софония, Захария, Малахия. Православный, или Александрийский, канон добавляет к ним также книги, дошедшие до нас только на греческом языке: три Книги Маккавеев, Книгу Премудрости Соломона, Книгу Юдифи, Книгу Иисуса, сына Сирахова. Каково значение этих книг, как они соотносятся с Новым Заветом?
Сразу заметим, что Новый Завет нельзя глубоко и правильно прочесть без хотя бы поверхностного знания Ветхого Завета. Как замечательно сказал блаженный Августин, «Ветхий Завет сокрыт в Новом. Новый непонятен без Ветхого». Только на Книгу Второзакония в Новом Завете — 82 ссылки. Немало обращений и к Книге пророка Исаии. Постоянный рефрен Евангелия от Матфея — да сбудется Писание, например при рассказе о Рождестве Христовом: А все сие произошло, да сбудется реченное Господом через пророка, который говорит: се, Дева во чреве приимет и родит Сына, и нарекут имя Ему Эммануил, что значит: с нами Бог (Мф. 1, 22–23). Этот пророк — Исаия, предвидевший рождение Христа от Девы (см.: Ис. 7, 14). Как говорит святой мученик Иустин Философ, «были некогда люди, блаженные и праведные, угодные Богу, которые говорили Духом Святым и предсказывали будущее, которое сбывается ныне. Их называют пророками. Они одни знали и возвестили людям истину… говорили только то, что слышали и видели, когда были исполнены Святого Духа. Писания их существуют и ныне, и кто читает их с верою, получает много вразумления о начале и конце вещей. Сами события, которые уже совершились и которые теперь еще совершаются, вынуждены принимать их свидетельство. Также ради чудес, которые совершили, они заслуживают веры, потому что прославляли Творца всего и возвещали о Посланном от Него Христе Сыне Его; чего не делали лжепророки» (Иустин Мученик. Разговор с Трифоном Иудеем).
Книги Нового Завета исполнены радости оттого, что сбываются древние пророчества, которые предвосхищают все чудеса и деяния Господа нашего Иисуса Христа — от Рождества до Пятидесятницы, которая также является исполнением того, о чем предрек пророк Иоиль: И будет после того, излию от Духа Моего на всякую плоть, и будут пророчествовать сыны ваши и дочери ваши; старцам вашим будут сниться сны, и юноши ваши будут видеть видения. И также на рабов и на рабынь в те дни излию от Духа Моего. И покажу знамения на небе и на земле: кровь и огонь и столпы дыма. Солнце превратится во тьму и луна — в кровь, прежде нежели наступит день Господень, великий и страшный. И будет: всякий, кто призовет имя Господне, спасется (Иоил 2, 28–32).
Понимание Нового Завета немыслимо без ветхозаветных книг, а равно и наша церковная жизнь. Особенно без Псалтири, в которой, по выражению блаженного Августина, поют, плачут и радуются Сам Господь Иисус Христос и Его Церковь. Псалтирь мы постоянно слышим за богослужением: это и кафизмы на вечерне и утрене, и псалмы часов. Другие книги Ветхого Завета читаются на вечерне в указанные дни; эти чтения называются паремиями. Особенно торжественно их чтение в сочельник Рождества, Крещения и Великую Субботу, когда их число может достигать 15.
Но как быть с Ветхим Заветом как с Законом?
Нередко православный христианин колеблется между двумя максимами: се, творю все новое (Откр. 21, 5) и Не думайте, что Я пришел нарушить закон или пророков: не нарушить пришел Я, но исполнить (Мф. 5, 17). И более того, Спаситель говорит: Ибо истинно говорю вам: доколе не прейдет небо и земля, ни одна иота или ни одна черта не прейдет из закона, пока не исполнится все (Мф. 5, 18). Но каким образом Христос исполняет Закон? Путем его углубления и одухотворения. Если Закон запрещал убивать, то Христос повелевает не гневаться: Вы слышали, что сказано древним: не убивай, кто же убьет, подлежит суду. А Я говорю вам, что всякий, гневающийся на брата своего напрасно, подлежит суду; кто же скажет брату своему: «рака», подлежит синедриону; а кто скажет: «безумный», подлежит геенне огненной (Мф. 5, 21–22). Если восьмая заповедь повелевает не прелюбодействовать, то Христос говорит, что всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал с нею в сердце своем (Мф. 5, 28). Иными словами, если Закон запрещал лишь внешние греховные действия, то Спаситель идет внутрь и отсекает душевные, психологические корни греха. Отметим, однако, что, говоря о Законе в Нагорной проповеди, Спаситель имеет в виду прежде всего Десять заповедей и ни слова не говорит об обрядовых, или юридических, предписаниях. Следует упомянуть, что еще в Ветхом Завете существовала пророческая традиция, согласно которой на Синае был дан нравственный закон, а не обрядовый. Она присутствует, в частности, у святого пророка Иеремии: ибо отцам вашим Я не говорил и не давал им заповеди в тот день, в который Я вывел их из земли Египетской, о всесожжении и жертве; но такую заповедь дал им: «слушайтесь гласа Моего, и Я буду вашим Богом, а вы будете Моим народом, и ходите по всякому пути, который Я заповедаю вам, чтобы вам было хорошо» (Иер. 7, 22–23).
Многое дано было Израилю Моисеем по жестокосердию израильтян, а не по благости Божией, поэтому изначальную заповедь надо предпочитать последующей. Когда фарисеи говорят Христу, что Моисей разрешил им разводиться, то получают жесткую отповедь: Он говорит им: Моисей по жестокосердию вашему позволил вам разводиться с женами вашими, а сначала не было так; но Я говорю вам: кто разведется с женою своею не за прелюбодеяние и женится на другой, [тот] прелюбодействует; и женившийся на разведенной прелюбодействует (Мф. 19, 8–9).
Приведем другой пример: ветхозаветный закон запрещал брать проценты со своего соплеменника, но разрешал брать их с язычника. В Новом Завете, а затем и в церковном праве лихоимство запрещается вообще.
Итак, Христос дарует более глубокий и совершенный нравственный закон, основанный на благодати и любви.
Возникает вопрос: как относиться к ритуальным постановлениям Закона — о чистой и нечистой пище, о жертвах и т. д.? Они отменены Христом. Апостол Павел в Послании к Евреям разъясняет, что ветхозаветные жертвы были несовершенны и не могли очистить совесть. Они имели значение прообраза лучшей и совершенной жертвы Христовой, которую Он принес Своею кровию. Она есть образ настоящего времени, в которое приносятся дары и жертвы, не могущие сделать в совести совершенным приносящего, и которые с яствами и питиями, и различными омовениями и обрядами, [относящимися] до плоти, установлены были только до времени исправления. Но Христос, Первосвященник будущих благ, придя с большею и совершеннейшею скиниею, нерукотворенною, то есть не такового устроения, и не с кровью козлов и тельцов, но со Своею Кровию, однажды вошел во святилище и приобрел вечное искупление. Ибо если кровь тельцов и козлов и пепел телицы, через окропление, освящает оскверненных, дабы чисто было тело, то кольми паче Кровь Христа, Который Духом Святым принес Себя непорочного Богу, очистит совесть нашу от мертвых дел, для служения Богу живому и истинному! (Евр. 9, 9–14).
Вопрос: надлежит ли соблюдать христианину постановления, связанные с чистой, или кошерной, пищей? Ответ очевиден: нет. Об этом говорит видение апостолу Петру: На другой день, когда они шли и приближались к городу, Петр около шестого часа взошел на верх дома помолиться. И почувствовал он голод, и хотел есть. Между тем, как приготовляли, он пришел в исступление и видит отверстое небо и сходящий к нему некоторый сосуд, как бы большое полотно, привязанное за четыре угла и опускаемое на землю; в нем находились всякие четвероногие земные, звери, пресмыкающиеся и птицы небесные. И был глас к нему: встань, Петр, заколи и ешь. Но Петр сказал: нет, Господи, я никогда не ел ничего скверного или нечистого. Тогда в другой раз [был] глас к нему: что Бог очистил, того ты не почитай нечистым (Деян. 10, 9–15). Единственный пищевой запрет в рамках Апостольского собора 51 года — воздерживаться от идоложертвенного и крови, и удавленины (Деян. 15, 29).
Отпадает нужда и в обрезании, коль скоро во Христе вы и обрезаны обрезанием нерукотворенным, совлечением греховного тела плоти, обрезанием Христовым; быв погребены с Ним в крещении, в Нем вы и совоскресли верою в силу Бога, Который воскресил Его из мертвых (Кол. 2, 11–12).
Особая ситуация с субботой. Церковь отменила заповедь о субботнем покое, памятуя слова Христа: Отец Мой доныне делает, и Я делаю (Ин. 5, 17). В то же время Православие сохраняет уважение к субботнему дню, он изымается из поста, даже в Великий пост в субботу совершается Литургия. Особенно почитается Великая Суббота. Сия есть суббота преблагословенная, в нейже от дел почил Единородный Сын Божий смотрением еже на смерть (стихира на Хвалитех Великой Субботы на И ныне).
Отношение к Ветхому Завету и Закону в Церкви подобно выбору мудрого книжника, который из сокровищницы своей выносит старое и новое и выбирает то, что полезно для спасения и жизни вечной. Оба Завета неразрывно связаны. Как говорит святитель Амвросий Медиоланский, «чаша премудрости в ваших руках. Это чаша двойная — Ветхий и Новый Заветы. Пейте их, потому что в обеих пьете Христа. Пейте Христа, потому что Он — источник жизни».
Журнал «Православие и современность» № 28 (44)
Ветхий Завет и Новый Завет – отличие и сходство
Святая Библия: структура и содержание
Ветхий Завет и Новый Завет, отличие и сходство которых мы рассмотрим далее, это два раздела христианского Священного Писания – Библии. Оба Завета являются Божьим Откровением для человека. Они создавалась праведными людьми при участии Святого Духа. Таким образом, Библия является плодом сотворчества Бога и человека. Поэтому текст Писания является богодухновенным, но имеет характерные особенности стиля его земных авторов.
Канонический (то есть признанный Православной Церковью богодухновенным) состав Библии включает 66 книг. Большинство из них (39) относятся к Ветхому Завету. Эти произведения были написаны пророками Древнего Израиля в период с 13-го по 4-й век до Рождества Христова. Язык оригиналов данных текстов – древнееврейский. Остальные 27 библейских книг составляют Новый Завет. Они создавались после рождения Христа Его учениками (апостолами), в течение 1-го века н.э. При написании этих произведений использовался разговорный древнегреческий язык.
Всё Священное Писание отражает историю спасения падшего человека от власти греха и смерти. Это произошло благодаря воплощению (вочеловечиванию) Бога. При этом Ветхий Завет говорит о спасении пророчествами и прообразами. Тем самым он подготавливает человека (пока лишь в пределах избранного израильского народа) к Боговоплошению. В Новом же Завете повествуется об уже состоявшемся приходе в наш мир Спасителя Иисуса Христа. Его Рождество, земная жизнь, учение, миссия, Воскресение и Вознесение – это описывается во второй части Библии.
Что такое Завет?
В христианстве термин «завет» означает соглашение, союз между Творцом и человечеством, установленный для спасения последнего. Придерживаясь заключённого завета, человек сохраняет спасительную связь со Всевышним. Нарушение же союза приводит к духовной погибели главного Божьего творения. В дохристианскую пору было установлено несколько таких соглашений. Ветхий Завет – их общее объединяющее наименование.
Первый союз с Богом был положен Адамом и Евой в раю. Всевышний благословил наших прародителей:
«Плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею» (Быт. 1:28).
Единственным запретом был доступ к плодам райского дерева познания добра и зла. По наущению дьявола обитатели рая ослушались Творца, вкусили плоды таинственного дерева, нарушив завет.
«Веруем, что первый человек пал в раю и что отсюда распространился прародительский грех преемственно на все потомство так, что нет ни одного из рождённых по плоти, кто бы свободен был от того бремени и не ощущал следствия падения в настоящей жизни. А бременем и следствием падения мы называем удобопреклонность ко греху и те бедствия, которыми Божественное правосудие наказало человека за его преслушание, как то: изнурительные труды, скорби, телесные немощи, болезни рождения, тяжкая до некоторого времени жизнь на земле, странствования, и напоследок телесная смерть».
Понятия «Ветхий Завет» и «Новый Завет»: отличие
Участником остальных дохристианских союзов с Богом был избранный израильский народ. Эти заветы заключались через пророков. Среди них, например, спасённый от Всемирного потопа продолжатель человеческого рода Ной, родоначальник многих народов Авраам и выведший евреев из египетского рабства Моисей. Ветхие Заветы не могли вернуть былую связь с Творцом, но постепенно подготавливали возможность её восстановления.
Ветхозаветные Божественные законы и предписания ставили человека в подзаконное положение перед Всевышним. Однако это было необходимо для обуздания нашего заблудшего, жестокого и развращённого естества. Чтобы понять высокое Евангельское учение, человеку вначале необходимо было усвоить базовые нравственные нормы, отказаться от язычества, познать Единого Бога. В этом и заключался смысл ветхих заветов. По выражению протоиерея Серафима Слободского, лишь исполнив «закон строгой правды» люди смогли перейти к Христовому «закону Божественное любви и благодати».
Пришествие Христа и Его Искупление наших грехов примирило человека с Богом, установив между ними отношения совершенного иного уровня – Новый Завет. Чем отличается Ветхий Завет от Нового Завета? Последний заключён уже не временно и не с отдельным народом. А навечно и со всем человечеством, открыв каждому из нас дорогу в когда-то утраченный рай. Чтобы стать участником Нового Завета и обрести Вечную Жизнь, необходимо уверовать во Христа, принять Святое Крещение и усердно трудиться над исполнением новозаветных заповедей. Помогает в этом регулярное участие в Церковных Таинствах. Например, в установленной Господом Евхаристии (Причастии) мы может соединиться с Ним и освятить своё естество. Святитель Игнатий Брянчанинов учит:
«Тот только может наследовать вечное блаженство, кто предварительно расторг общение с грехом, кто предварительно вступил в святое общение с Богом» (Полное собрание творений, том 1).
Книги Ветхого и Нового Заветов
Составляющие Ветхий Завет и Новый Завет книги по содержанию делятся на законоположительные, учительные, исторические и пророческие. К законоположительным текстам Ветхого Завета относятся первые пять его книг (Пятикнижие Моисея): Бытие, Исход, Левит, Числа, Второзаконие. Данные произведения описывают сотворение Вселенной и человека, грехопадение Адама и Евы, жизнь их потомков, а также законы (заповеди), которые Бог дал еврейскому народу через пророков.
Новозаветными законоположительными книгами считаются 4 Евангелия (от Марка, Матфея, Луки, Иоанна). В них содержатся рассказы о земном служении Господа, а также Его поучения.
Историческими являются 12 ветхозаветных книг о хрониках еврейского народа до пришествия Мессии (книги Иисуса Навина, Товита, Есфирь и др.), а также новозаветные Деяния святых апостолов о миссионерстве учеников Христа после Его Вознесения. Ветхозаветные тексты на примере судьбы одного народа показывают нам спасительность Божьего Промысла, последствия отступления от Завета и значение покаяния. Эти исторические книги учат, что спастись может лишь тот, кто прилагает для этого усилия. Благодаря же новозаветной хронике апостольских деяний мы можем узнать историю зарождения и развития христианской Церкви.
Учительные и пророческие книги Библии
К учительным относятся 5 ветхозаветных книг про мудрость и праведность (Псалтирь, Притчи Соломоновы и др.), а также 21 новозаветное послание апостолов (Павла, Иакова и др.). Эти послания представляют собой назидательные письма для христиан в целом или же для их конкретных общин.
Оставшиеся библейские книги являются пророческими. Прежде всего, это названные именами авторов-пророков (Исаия, Иезекииль, Иеремия и др.) 17 ветхозаветных произведений с предсказаниями о еврейском народе и пришествии Спасителя. Пророческие тексты направляют избранный народ на путь спасения, напоминают о важности следования Божественным предписаниям. По выражению протоиерея Геннадия Фаста, мессианские пророчества являются «сутью и стержнем всего Ветхого Завета».
Единственной новозаветной пророческой книгой является Откровение Господа о конце времён, записанное апостолом Иоанном Богословом. В этом тексте затрагиваются такие события как Второе Пришествие Христа, Страшный Суд, окончательная победа Бога над злом и установление Царствия Небесного.
Итак, проанализировав оба Завета, можно прийти к выводу об их принципиальной содержательной разнице. Первая часть Священного Писания делает упор на законы, обряды, историю и пророчества. Второй же раздел Библии сосредоточен на темах нравственного совершенства, единения с Богом и перспективы Вечной Жизни. Протоиерей Олег Стеняев отмечает:
«Ветхий Завет рассказывает о том, что человек должен был сделать для Бога. Новый же Завет говорит о том, что Бог сделал для человека. Конечно, это несоизмеримые вещи. Поэтому святитель Иоанн Златоуст говорит, что Новый Завет выше Старого, подобно тому как небо выше земли».
Значение Ветхого и Нового Заветов
Ветхий и Новый Завет – разница между ними очевидна. Однако Православная Церковь рассматривает их как единое спасительное Откровение любящего Творца. Протоиерей Всеволод Чаплин отмечает:
«в Священном Писании Ветхого и Нового Завета в полноте явил себя Истинный Бог».
Как учил святой Ефрем Сирин, оба Завета являются «единым телом Истины». Сам Господь подчёркивал, что Он не отменяет Закон, а дополняет и развивает его (Мф. 5:17). Ветхий Завет является фундаментом для Нового. Это «детоводитель ко Христу» (Гал. 3:24), который позволил падшему человеку «дорасти» до высот Евангелия.
Без знания первой части Священного Писания невозможно полноценное понимание Нового Завета. Как человечество потеряло рай и почему так долго ждало Спасителя? На эти вопросы отвечает Ветхий Завет. Приведём слова иерея Евгения Мурзина:
«Если отбросить Ветхий Завет, то мы не поймем практически ничего в Евангелии. Ветхий завет исполнен пророчеств и прообразов, исполнение которых мы видим в земной жизни, смерти и воскресении Спасителя».
Если Ветхий Завет, по словам святителя Игнатия (Брянчанинова), является «преобразованием спасения», то Новый Завет «преизобильно преподаёт» это спасение (Полное собрание творений, том 4). Вторая часть Библии является драгоценным источником Христового учения. Это наставление, как восстановить разорванную грехопадением связь с Творцом. Как не только очистить душу от греха, но и наполнить её Божественной благодатью. Иерей Андрей Чиженко отмечает:
«Святое Евангелие – главная книга человечества, в которой заключена жизнь для людей. В нем содержатся Божественные истины, ведущие нас ко спасению. И оно само является источником жизни – словом, исполненным воистину силой и мудростью Господней. Это голос самого Христа».
Значимость обоих Заветов в Православии подтверждается присутствием их текстов в христианских богослужениях. Например, ни одно из них не обходится без цитирования ветхозаветных псалмов Давида, отражающих многогранность отношений человека и Бога. Сразу шесть псалмов читаются на утрени (Шестопсалмие). Евангельские главы торжественно проговариваются на утрене, всенощном бдении, Божественной литургии, молебнах, в некоторых Таинствах и требах. На литургии перед Евангелием также читаются Апостольские послания и Деяния.
Молитвы, совершаемые перед и после чтения Евангелия
Краткая молитва перед чтением Евангелия
Го́споди Иису́се Христе́! Отве́рзи мои́ о́чи серде́чные, что́бы услышать мне́ сло́во Твое́ и уразуметь его́ и исполнить во́лю Твою́.
Молитва иная
Возсия́й в сердца́х на́ших, Человеколю́бче Го́споди, Твоего́ богове́дения нетле́нный све́т, и мы́сленная на́ша отве́рзи о́чи во ева́нгельских Твои́х пропове́даний разуме́ние, вложи́ в на́с и блаже́нных Твои́х за́поведей стра́х, да плотски́я по́хоти вся́ попра́вше, духо́вное жи́тельство про́йдем, вся́ я́же ко благоугожде́нию Твоему́ и му́дрствующе и де́юще. Ты́ бо еси́ просвеще́ние ду́ш и теле́с на́ших, Христе́ Бо́же, и Тебе́ сла́ву возсыла́ем, со Безнача́льным Твои́м Отце́м и Всесвяты́м, и Благи́м, и Животворя́щим Твои́м Ду́хом, ны́не и при́сно, и во ве́ки веко́в, ами́нь.
Молитва после чтения Евангелия
Сла́ва Тебе́, Го́споди Царю́, Сы́не Бо́га жива́го, сподо́бивый мя́ недосто́йнаго Боже́ственная Твоя́ словеса́ и гла́с Свята́го Ева́нгелия Твоего́ слы́шати; си́м у́бо влады́чним Твои́м гла́сом, укрепи́ мя́ в покая́нии настоя́щия сея́ жи́зни прейти́ но́щь, от вся́каго избавля́я мя́ наве́та и зло́бы ви́димых и неви́димых вра́г: Ты́ бо еси́ еди́н си́льный, и ца́рствуяй во ве́ки. Ами́нь.