плавательная практика для курсантов
Первая плавательная практика
После второго курса Одесского высшего инженерного морского училища нас, курсантов всех факультетов ожидала плавательная практика. Судоводители побывали на плавпрактике уже после первого курса, год назад, на парусном барке «Товарищ». В то время одесские курсанты проходили групповую практику также на УПС «Горизонт» и «Экватор». УПС – учебное судно для практики. «Горизонт» постоянно ходил в Европу и не только с целью обучения курсантов, он был и грузовым судном в то же время, имел три небольших грузовых трюма. Построен он был в ГДР в 1961 году, как и два других, однотипных. Имел дизельную силовую установку, то есть, был теплоходом. «Экватор» же был трофейным пароходом, постройки 1937 года с двумя огнетрубными котлами и паровой машиной. Котлы работали на угле. Работал он на Черном море.
Скорее всего, я бы и попал на одно из этих судов, если бы не доцент кафедры автоматики Анатолий Егорович Пасс. Он ехал в Варну в командировку через Измаил и взял с собой четверых курсантов, то есть оказался руководителем практики. На самом деле все его руководство свелось к тому, что по дороге в Болгарию он отвез нас в Измаил и привел в СДГП – Советское Дунайское морское пароходство.
Напротив МДМ находилось управление пароходством, там нам делать было нечего, а в двух квартальчиках вверх по Суворова – отдел кадров СДГП, куда полагалось являться каждое утро. Непосредственно к МДМ примыкал парк с большой танцплощадкой и кафе, по вечерам музыка играла оглушительно и призывно. Вход был платный. На втором этаже был и ресторан, но посидеть за столиком мне, кажется, удалось тогда только однажды.
Зато запомнился замечательный учебник для механиков-дизелистов 3-го разряда, который Ляпин предоставил в наше пользование. Его-то я и считаю самым моим первым настоящим пособием по специальности.
Судно было маленькое, нас частенько хорошо покачивало. Шторм мы с Сергеем переносили прекрасно, но когда Геннадий Степанович спрашивал, не устроить ли нам сегодня выходной, мы охотно соглашались. Не успевала закрыться за нашим шефом дверь каюты, как Сергей хватал гитару и начинал в восторге терзать её струны. И играл, и пел он, на мой непритязательный вкус, неплохо. Несколько шедевров сохранились в моей памяти до сих пор.
Был у нас и другой начальник – Григорий, моторист, кажется, Бондаренко. Постоянно в белой рубашке, он работал очень аккуратно. Ну, что мы там могли делать? Наверное, что-то мыли, чистили. Ей-богу не помню.
А вот заходы наши в иностранные порты запомнились лучше. Первый рейс у нас был в два ливийских порта: Бенгази и Триполи, затем мы перешли в Тунис, порт тоже назывался Тунис, и был столицей государства. Практикантам тогда зарплаты в рублях не платили. А вот валюту давали – пятьдесят процентов от ставки матроса второго класса. Для нас, не разбалованных деньгами, и этого было достаточно. Шефство над нами, вот только сейчас вспомнил, взял радист, молодой парень из Москвы. Он нам рассказывал кое-какие морские истории, а в город мы выходили первый раз, кажется, с электромехаником, моим тезкой. По совету бывалых купили отрезы китайского шелка, по-моему, чтобы продать дома. Ничего интересного.
На обратном пути мы зашли в небольшой греческий город на Пелопоннесе, Нафплион. Сначала денек постояли на рейде, где я единственный раз в жизни купался с борта торгового судна. Когда читаю воспоминания моряков о частых морских купаниях, только улыбаюсь. Это не поощряется, мягко говоря.
Город Нафплион существует с древности. Сразу после обретения Грецией независимости, он даже был столицей – в 1828-1833гг, после чего столица была перенесена в Афины. Но населения там меньше 20 тысяч человек. Находится Нафплион на восточной стороне полуострова Пелопоннес. Торгового порта там не было вообще в то время, не знаю, как сейчас. Судно наше стояло прямо на набережной, окруженное по вечерам туристами. Шло лето 1964 года. Хрущевская оттепель заканчивалась, но еще совпала с довольно либеральными временами в Греции. Спустя три года к власти пришли «черные полковники». На набережной, возле нашего судна по вечерам собирался народ, кипели страсти и дебаты. Там я впервые услышал о романе Пастернака «Доктор Жеваго» и о том, что ему присудили Нобелевскую премию по литературе.
В Нафплионе мы грузили табак на Измаил. И грузоотправитель, греческий миллионер, владелец табачных плантаций решил устроить нам экскурсию по Греции. Не часто, поверьте, такое происходит, но что было, то было. Мы отправились в Афины на двух машинах, за рулем одной из них был сам греческий магнат в белом костюме и белых туфлях, на соседнем сиденье впереди сидел наш капитан, а меня посадили между ними.
На месте греческий капиталист нанял для нас не только экскурсовода, но и переводчика на английский язык.
Затем мы продолжили наше путешествие в столицу Греции. В Афинах мы подъехали к подножью горы, на которой находился Акрополь – верхний город с Парфеноном, частично разрушенным древнегреческим главным храмом. Полюбовались мы и самим храмом, колоннами, и видом на Афины сверху. Когда вернулись к подножию, грек подвел нас к сувенирной лавке и предложил каждому выбрать подарок на память. Мы не стали возражать. Я взял себе копию скульптуры дискобола.
Рядом с каналом находился ресторан, куда нас опять-таки любезно пригласил все тот же «империалист». Что ели, не помню, а вот впервые выпитая рюмка греческого аперитива «узо» запомнилась. День прошел чрезвычайно интересно. Было бы больше таких дней, не было бы отбоя от желающих стать моряками.
Наш второй рейс на «Яргоре» был в те же порты Ливии и Туниса, вот только вернулись мы без груза, в балласте. Срок практики окончился и я попрощался с судном и с Сергеем, который решил остаться еще на месяц на период отпуска. Рейс намечался интересный: в Александрию, Латакию и Бейрут. Меня же больше манил и прельщал месячный отпуск.
Плавательная практика для курсантов
2. Распорядок дня простой. Завтрак с 0730 до 0830, обед с 1130 до 1230, ужин с 1730 до 1830. Рабочий день с 0800 до 1700 или 1800. Без выходных. Без праздников (ну, может за исключением Нового Года). Во временах возможны небольшие изменения, в зависимости от капитана или политики компании или места пребывания судна. Кофе-тайм (перерыв в работе) с 1000 до 1020 и с 1500 до 1520 плюс обеденный перерыв с 1200 до 1300. Хотя, тоже возможны варианты со временем.
У вахтенных своё расписание, но времена завтрака, обеда и ужина такие же. Тоже без выходных. И без праздников.
3. Спать можно в свободное от работы и вахты время.
5. Трудно первую неделю. Если ничему не учиться, то трудно будет весь контракт.
Хотя. И тут зависит от экипажа. 🙂
6. На судне к питьевой воде свободный доступ. Практически на каждой палубе можно напиться минерализированной дистиллированной морской водой, хотя не всегда её качество допустимо для организма человека. На судне работает «магазин», где, при наличии, можно приобрести питьевую воду в бутылках.
7. Выпить чай/кофе/молоко/другой напиток (при наличии) можно в свободное от работы время. Или даже в рабочее, если у вас с собой есть бутылка или другая ёмкость.
8. На судне есть две столовые: для офицерского и рядового состава. Как правило, еда в этих столовых совпадает по качеству и количеству, но и тут всё зависит от экипажа (капитана) и от отношения компании.
В судовом магазине (слопчесте) тоже есть еда, но не совсем здоровая (чипсы, попкорн, шоколадки, орешки, баночные напитки). В компаниях с ненулевой алкогольной политикой в магазине продаётся ещё и пиво, вино и др.
10. Обычно живут по одному в каютах. Зависит от размера судна.
Суммирую: многое зависит от экипажа и вашего отношения с ним.
СКФ помогает решать проблему с плавпрактикой
Недавно руководители компании «Совкомфлот» провели собеседование по отбору на плавпрактику и в группу стипендиатов СКФ курсантов 2-4 курсов судомеханического, судоводительского и электромеханического факультетов в МГУ им. адм. Г. И. Невельского.
Что примечательно, в этом году компания приняла решение существенно увеличить группу стипендиатов – с 20 до 75 человек. Кроме того, в виде эксперимента и дополнительной мотивации отбор решили провести с первого курса обучения, но вместе с тем ужесточить требования к кандидатам в группу стипендиатов и претендентов на плавпрактику. Теперь курсантам, желающим после окончания обучения работать на судах крупнейшей российской судоходной компании ПАО «Совкомфлот», нужно иметь средний балл успеваемости за весь период обучения не ниже 4,5. Такой подход обусловлен сложностью современных инженерных систем на судах, поэтому СКФ заинтересован только в лучших из лучших.
На сегодняшний день конкуренция отмечена среди судоводителей на каждом курсе, у судомехаников и электромехаников ее нет. По итогам собеседований в группу стипендиатов СКФ отобрали 21 курсанта судоводительского, 13 – судомеханического и 9 – электромеханического факультетов. У них, как требует «Совкомфлот», средний балл успеваемости 4,5 и выше.
Как отмечают в пресс-центра МГУ им. адм. Г. И. Невельского, начиная с апреля, стипендиатам будет выплачиваться стипендия компании в размере 2000-5000 рублей ежемесячно в зависимости от курса. Также с ними начнут проводить допзанятия капитаны и старшие механики СКФ, для них стартуют курсы английского языка.
Российский профсоюз моряков неоднократно привлекал внимание к проблеме прохождения плавпрактики. По мнению РПСМ, решить ее можно либо постройкой новых учебных судов, либо подписанием договоров о сотрудничестве между российскими учебными заведениями и отечественными судоходными компаниями, как в случае СКФ и морского университета.
– Плавпрактика – важная составляющая обучения и, к сожалению, нередко – самая сложная ее часть, – отмечают в Российском профсоюзе моряков (РПСМ). – Порой курсанты не могут набрать достаточного ценза к концу обучения и вынуждены довольствоваться рядовыми должностями, чтобы получить рабочий диплом. Лишь после этого они могут занять место на судне по специальности.
Основные причины кроются в недостаточном количестве учебных судов, несогласованности образовательной программы с потребностями судовладельцев. Здорово, что есть судоходные компании, которые заранее готовят для себя кадры и таким образом помогают решить проблему с практикой.
Плавательная практика курсанта Латышевского Впечатления юного моряка, прошедшего за четыре месяца 35 тысяч морских миль
Четыре месяца провел в море курсант 3-го курса Морского государственного университета им. адмирала Г.И. Невельского Степан Латышевский. Об этом он рассказал в своих путевых записках, которые и прислал на конкурс, организованный «Лентой.ру» при поддержке «Рамблер.Путешествия».
Попытаюсь описать кадетскую жизнь в море во время прохождения плавательной практики в японской судоходной компании MOL (MitsuiO.S.K. Lines). По конкурсной программе было выбрано 11 курсантов 3-го курса судоводительского факультета. Одним из счастливчиков оказался я.
Первая проверка
Наша практика началась с тяжелого перелета над Тихим океаном из Владивостока через Токио и Нью-Йорк в военный город Норфолк. В США проходили таможенную зону. Половину курсантов отвели на тщательный досмотр. Я попал к офицеру, который начал задавать вопросы на беглом английском языке, и не сразу уловил, о чем именно он меня спрашивает. Но потом все-таки смог объяснить таможеннику, кто мы и с какими целями прибыли в США. Прощаясь, офицер сказал на русском: «Вы думали, что я не понимал, о чем вы говорили, но я знаю ваш язык».
В Норфолке большинство жителей — военные. Развитие город получил во время мировых войн. Здесь был построен огромный промышленно-транспортный комплекс, обслуживающий Атлантический флот США. Тут же располагается военно-морская база ВМФ США — Норфолк.
Наши будни
16 июня мы сменили украинских кадетов. Они были счастливы, что практика закончилась и можно вернуться домой. Но на сердце у них было неспокойно, перед отъездом они расспрашивали нас: «Что происходит на Украине, что пишут в российских СМИ?»
Трудовые курсантские будни: подъем в 5:40, с 6 до 6:30 приборка, затем — зарядка, в 7:15 завтрак, с 8 до 10 — первая пара, с 10:00 до 10:30 — время для кофе, с 10:30 до 11:30 — вторая пара, в 11:30 обед, до 13:30 — свободное время, в 13:00 зарядка у всего экипажа на мостике, с 13:10 до 15:00 — третья пара, с 15:00 до 15:30 — время для кофе, с 15:30 до 16:30 — четвертая пара. А вскоре мы уже начали стоять вахты с 16:30 до 20:00.
За неделю мы пересекли Атлантический океан. Переход дался нелегко: каждый день смена часовых поясов, недосыпание и акклиматизация. Было очень тяжело засыпать и рано вставать, а после еще и учиться весь день. Но с погодой нам повезло.
Гибралтар
3 июля. Судно прошло Гибралтарский пролив, разделяющий Африку и Евразию. Зашли в один из самых южных городов Испании — Альхесирас. Это бункеровочный порт, который составляет конкуренцию Гибралтару. Из-за короткой стоянки в порту только одному курсанту удалось выйти в город. Испанские девушки произвели на него большое впечатление.
Суэцкий канал
За шесть дней прошли Средиземное море вблизи берегов Марокко, Алжира, Туниса, Сицилии, Мальты, Ливии и оказались в Египте. Около Порт-Саида впервые участвовали в якорных операциях: наблюдали, как якорь весом в 13 тонн падает в воду…
В полночь, когда подошла наша очередь, зашли в Суэцкий канал. Удивительное сооружение, соединяющее Средиземное и Красное море, позволяет сэкономить почти 10 тысяч километров.
Длина канала — 162 километра. Ширина между буями — 180 метров. Суда длиной от 100 до 400 метров расходятся друг с другом на расстоянии всего в несколько десятков метров. Проход через Суэцкий канал считается очень непростым и опасным для судов длиннее 300 метров. Это сравнимо с движением автомобиля на льду. В случае аварийной ситуации может случиться коллапс в транзите.
Прохождение канала составляет около 12 часов. Одновременно с каждой стороны движется по 20-30 судов. С севера формируется два конвоя и один с юга. Расходятся конвои в Большом горьком озере. Здесь суда с севера становятся на якорь, пропуская суда с юга.
Перед заходом в канал на борт поднимается лоцман (pilot). И, обязательно, независимо от наличия судового прожектора, электрик, который включает специальный прожектор в темное время суток, а также несколько человек с лодками, которые должны в экстренной ситуации пришвартовать судно к берегу.
Чаще всего лодочники сидят на судне без дела, поэтому привозят с собой много вещей и сувениров для продажи. И постоянно что-то выпрашивают: сигареты, воду, мыло…. Нам приходилось сопровождать их по всему судну, чтобы они не «прихватили» какой-нибудь сувенир…
Признаться, после первого прохода через Суэцкий канал у нас сложилось не самое приятное впечатление об арабах. Они постоянно говорили, как любят русских, и тут же утверждали обратное… Возможно, это оттого, что в Египте люди живут очень бедно, зарплата многих не превышает 400 долларов.
На улицах Порт-Саида много автомобилей марки «Жигули», скорее всего они бегают здесь еще с тех пор, когда Советский Союз активно помогал Египту. И, конечно, очень непривычно было видеть на пляже девушек в черных хиджабах.
Пиратские вахты в Аденском заливе
Пройдя Суэцкий канал, вышли в Суэцкий залив. За четыре дня миновали берега Египта, Саудовской Аравии, Йемена и вышли в Аденский залив, где начинается пиратоопасная зона.
Перед заходом в Аденский залив на кормовой части судна была натянута колючая проволока и поставлены «чучела» (манекены), так как это самая низкая и уязвимая часть судна.
Несколько дней мы стояли пиратские вахты. Было неприятно, когда от берега к судну приближались на большой скорости моторные лодки. Стоишь и не знаешь, пираты ли это или обычные рыбаки…
Наше судно имело высокий надводный борт (порядка 5-6 метров), и попыток нападения мы избежали. Чаще всего пираты атакуют танкеры или балкеры, идущие на небольшой скорости и имеющие низкие надводные борта, но, как правило, такие суда находятся под специальной военизированной охраной.
В Коломбо погулять по берегу не удалось
19 июля мы зашли в бывший английский порт Коломбо, находящийся на острове-государстве Шри-Ланка. Коломбо — один из крупнейших морских портов Южной Азии, богатый достопримечательностями, сувенирными лавками, уличными рынками и храмами. К сожалению, в порту произошла поломка крана, из-за чего мы пришвартовались на шесть часов позже положенного и не смогли выйти в город (увольнение кадетов разрешено только до 22:00).
Всю ночь мы простояли на вахте, наблюдая за огнями большого города, находившегося всего в нескольких сотнях метров от нашего судна. После месячного пребывания на судне очень хотелось выйти в город, погулять, воспользоваться интернетом. Но все это за высоким забором. На следующий день в полдень, разгрузив и загрузив контейнеры, мы отшвартовались и продолжили плавание курсом на Сингапур.
Малаккские проливы
Здесь каждый год проходит до 50 тысяч судов и до одной четверти всего товарооборота мира. Участок очень опасный для больших судов, которые ограничены в возможности маневрировать, и именно поэтому здесь часто происходят столкновения. Пройдя Малаккским проливом, мы получили полезный опыт и навигационную практику прокладки маршрута, определения позиции судна по суше и береговым сооружениям и расхождения судов в узких условиях.
Сингапур
24 июля в полночь мы подошли к этому словно пылающему городу со множеством небоскребов, лазеров, прожекторов и фонарей.
Наша с Егором Савчуком вахта — с 4 до 8 утра — считается самой тяжелой. Моряки издавна называют ее «собачьей вахтой». После вахты мы решили отпроситься в город. Новый индийский инструктор Поннапа, немного подумав, разрешил. Он объяснил, куда нам можно пойти, какие документы нужно иметь с собой и предупредил о строгих законах этого города. В запасе у нас было около семи часов свободного времени, но два часа мы потеряли, пока агент нашего судна оформлял нужные документы на весь экипаж.
И вот, спустившись по трапу с судна, мы оказались в контейнерном мегаполисе, где работают сотни огромных кранов, тысячи грузовых машин и десятки тысяч людей. Рядом проносились грузовики с огромными девятиметровыми контейнерами. Мы сели в автобус, который развозит людей по порту, и доехали до таможни, где у нас проверили документы, задали несколько вопросов, после чего разрешили выйти в город.
Покинув порт, мы оказались на окраине Сингапура. Конечно же, нам хотелось увидеть абсолютно все, но времени было мало. Мы решили первым делом отправиться в отель Marina Bay Sands, построенный в виде колоды карт. Там на самом верху есть площадка, откуда видно весь город.
Издалека нам показалось, что отель находится всего в несколько километрах, и мы решили пройти туда пешком, но поплутав, взяли такси. Таксист-китаец оказался очень доброжелательным, назвал имя нашего президента и твердил, что Китай и Россия — это хорошие друзья.
В Marina Bay Sands за двадцать долларов мы поднялись на смотровую площадку с великолепным видом на весь город-государство. В этот момент я был счастлив.
У нас оставалось всего три часа. Но за это время мы успели прокатиться по канатной дороге, погулять по пляжу, сделать много фотографий, перекусить в кафе, выйти в интернет, чтобы загрузить новости, переписку в группе в социальной сети и фотографии с мест, которые мы посетили за время практики.
Наши однокурсники были разбросаны по всему миру, кто-то за несколько месяцев побывал в десятках портов Европы, Америки, Азии, Австралии, кто-то ходил по разным портам в России, а кто-то до сих пор был дома и ждал своего судна…
Вьетнамские впечатления
Ночью мы покинули Сингапур и направились в Вунгтау. За четыре дня судно прошло несколько сотен морских миль и подошло к побережью Вьетнама. В девять вечера два лоцмана поднялись на борт, и мы направились по устью реки вглубь Вьетнама в порт Кай Меп.
Путь выдался нелегким из-за множества маленьких рыбацких лодок, которые пересекали реку прямо перед носом судна. В полночь мы пришвартовались к причалу. Я был сильно удивлен, когда на борт поднялись вьетнамские стивидоры (грузчики). Они срывали с нас мокрые замасленные перчатки и спали на палубе, прямо на голом железе, даже не подстелив себе что-то под спину.
Во Вьетнаме мне понравились свежие фрукты, которые приносили на судно. Один из них — рамбутан — по вкусу напоминал виноград, но внешне походил на ежика. Филиппинцы купили два ящика яиц с зародышами цыплят. Внешне это выглядело отвратительно, но они съели все с большим удовольствием. Говорят, что это вкусно и является самым популярным блюдом во Вьетнаме. Но у меня все равно не укладывалось в голове, как можно это есть.
Длинная стоянка в Гонконге
Через четыре дня мы пришли в Гонконг. Здесь из-за загрузки судна нас ожидала самая длинная стоянка, но из-за задержки загрузки другого судна пришлось провести на рейде около четырех часов.
Гонконг напоминает по своей архитектуре Сингапур, но это два совершенно разных города, с разными людьми и разной культурой. Сразу после вахты мы с Егором вышли в город на несколько часов. Нашли Клуб моряков, где обменяли деньги и вышли на связь с родными. Встретили русских моряков из Санкт-Петербурга, которые несколько недель назад видели здесь же других кадетов из Владивостока. Зашли в магазин, купили два пакета сладостей. В 22:00 мы вернулись обратно на судно. У нас поменяли вахты, и теперь мы с Егором стояли с 00 до 4 утра и с 12 до 16 дня. В 7 утра мы снова отправились на берег. Но все было закрыто, и мы практически ничего не увидели. Если честно, то от Гонконга я ждал больше впечатлений.
Неизвестный Яньтянь
Следующим портом был Яньтянь города Шеньчжень. Не могу сказать ничего интересного об этом месте, потому что до этого времени ни разу о нем не слышал. Еще в Гонконге нас предупредили, что выходить на берег в этом месте нам запрещено. Всего за один день мы выгрузили и загрузили около трех тысяч контейнеров. Яньтянь на нашем маршруте — последний порт перехода от США в Азию, теперь начался обратный путь с Азии в США.
Самый длинный океанский переход
Безостановочный переход до побережья Америки длился 24 дня. Мы снова прошли вдоль берегов Малайзии по Малаккскому проливу, пересекли Индийский океан, вышли в Аденский залив, прошли Красное море, Суэцкий канал, Средиземное море и вышли в Атлантический океан.
В Атлантике нам пришлось сменить курс, чтобы обойти надвигающийся в нашу сторону тайфун. На второй день началась небольшая качка, появились волны около трех метров. Это была цепная реакция от эпицентра, но через несколько дней она закончилась, и начался штиль почти до самых берегов США.
Дата нашего захода в Норфолк была изменена с 1 на 2 сентября из-за Дня труда, который отмечается по всей стране с 1882 года. В этот день население США отдыхает, а на улицах проходят парады и демонстрации. Очень все это напоминает российский праздник 1 Мая.
И снова Норфолк
К Норфолку мы подходили рано утром. По всему побережью проходит длинный надводный мост, похожий на тот, что собираются построить во Владивостоке. Издалека я заметил как автомобили, ехавшие по шоссе, вдруг резко исчезают. Оказалось, что там подводные туннели, которые распространены вдоль побережья США.
После грузовой вахты мы отправились в город. Здесь я понял, почему профессия военного так популярна в США. На фоне других американцев они выделяются своей опрятностью и аккуратностью, подтянутым видом и отличной физической формой.
С двумя из них нам удалось сфотографироваться. Еще мне понравилось, что американцы очень приветливы к русским. Когда мы говорили, что из России, они искренне удивлялись и спрашивали, что мы тут делаем.
Порт Саванна
4 августа наше судно подошло к устью реки Саванна, по которой за два часа добрались к одноименному порту.
Саванна очень красивый город. Вечером после вахты Вадим и Георгий и я отправились в клуб для моряков, где нас приветливо встретили американцы. Оказалось, что американцы знают русскую литературу, читали Достоевского и Солженицына. Потом мы заговорили о фильмах. Я сообщил им, что известный голливудский актер Юл Бриннер родом из моего города. Они были очень удивлены. Мы рассказали, что видели «Зеленую милю», «Побег из Шоушенка», «Форест Гамп».
В лицах пожилых людей в Саванне я увидел то искреннее счастье, которое не часто встретишь на лицах русских бабушек и дедушек. Когда я спросил у одного из них о семье, он достал планшет и показал мне свой дом и семью. Честно, я был удивлен, когда он это сделал, не ожидал, что он умеет им пользоваться.
Что такое КГБ?
В Чарльстоне мы познакомились с 84-х летним американцем, который немного разговаривал на русском. Он служил пастором в церкви баптистов при морском клубе. Он рассказал, что когда-то работал с русской техникой и поэтому учил русский язык. Мы общались на разные темы, разговаривали о жизни в России и США.
Меня несколько удивило, что пожилой мужчина знает так много русских слов и произносит их с правильной интонаций, хотя он и признался, что в силу возраста забыл многое. Потом он спросил у нас о временах перестройки. Назвал Горбачева, по его словам, при нем в России началась хорошая жизнь. Потом он сказал: «КГБ». Я сначала не понял, о чем он, что имеет в виду, и переспросил. Он еще раз повторил: «КГБ». Я спросил у него, то же ли это самое, что в Америке ФБР? Он ответил, что да. В этот момент я понял, откуда он, скорее всего, знает русский язык и с какой именно русской техникой когда-то работал.
Прощальное sushi-party
На прощанье японцы устроили для нас sushi-party, где мы попробовали их национальные блюда. Общались на разные темы. Кто-то о машинах, кто-то о выбранной профессии или о красивых русских девушках.
Один из японцев рассказал, что сначала выучился на юриста, но потом понял, что это скучная работа в офисе, поэтому решил переучиться на штурмана. Старший помощник капитана был сильно удивлен, когда ему рассказали, что у нас в России есть бесплатное образование, что мы, курсанты, находимся на полном государственном обеспечении, а некоторые из нас получают стипендию.
Также мы говорили о культуре. Они знают русские песни — «Калинку» и «Катюшу». Самой известной русской девушкой оказалась Мария Шарапова. Я думал, что каждый японец ездит на роскошной иномарке, но, как оказалось, зачастую в семье только один автомобиль, потому что около дома нет места для других.
Четвертый помощник капитана рассказал, что русские парни очень популярны в Японии среди молодых девушек. Ужин закончился разговором о практике. Все были довольны, потому что такой шанс выдается немногим.
За время плавательной практики мы освоили множество дисциплин, улучшили знания английского и познакомились с прекрасными людьми. Теперь каждый из нас может не только лучше понимать английскую речь, но и выражать свои мысли.