Как звали учителя петра 1
Как воспитать великого правителя: Петр I и два его наставника
Получайте на почту один раз в сутки одну самую читаемую статью. Присоединяйтесь к нам в Facebook и ВКонтакте.
Россия конца XVII века и отношение к иноземцам
Если окунуться в атмосферу той поры, времени, когда правили потомки царя Алексея Михайловича, то становится более-менее ясной причина, по которой Петр позже будет ориентировать развитие России на запад. Во всяком случае, тогда нужна была определенность. С приходом к власти Романовых и в течение всего XVII века иностранцы оказывали довольно существенное влияние на русскую действительность. В Кремле же либо противились такому влиянию, либо поддерживали идею об обмене опытом и культурой с выходцами из Европы. Когда умер царь Федор Алексеевич, а на трон взошли его братья – Иоанн V и Петр I, при регентстве сестры Софьи, иноземцы были скорее на плохом счету.
Как обычно водится, чужаков винили во внутригосударственных проблемах, причем ксенофобия процветала на самом высоком уровне: яростным противником всего иностранного был патриарх Иоаким, который, помимо прочего, призывал уничтожить все не православные храмы в стране и всячески противился приближению кого-либо из европейцев ко двору и к наследникам престола, а потом царям.
Начиная с 1682 года, власть формально исходила от малолетнего Петра (в ту пору ему исполнилось десять) и его старшего брата, который отличался слабым здоровьем, фактически же правила Софья и ее окружение, в первую очередь фаворит царевны Василий Голицын, который, в отличие от патриарха, живо интересовался европейским опытом и европейской культурой.
Петр не участвовал в решении каких-либо государственных вопросов, зато культуру и быт выходцев из европейских стран он познавал с малых лет. Немецкая слобода, территория, выделенная для иностранцев, располагалась вблизи так знакомого Петру села Преображенского. Каждый раз, проезжая мимо, царь вглядывался в эту диковинную для него реальность: другие дома, люди, отличавшиеся и платьем, и манерами, и поведением, и чем-то еще неуловимым, но притягательным.
Понятно, что мальчику, которому были не особенно рады при дворе, приходилось выдумывать себе развлечения, и Петр по мере сил организовывал игры по возрасту – не без помощи жителей Немецкой слободы. «Потешные войска» стали прообразом российской гвардии, а юный царь показал себя не просто статистом за спиной у сильной правительницы, а человеком, который может достойно распоряжаться властью.
Тем временем к 1689 году конфликт между царем и регентшей накалился до предела и требовал решительных мер; в сентябре 1689 года Петр укрылся в Троице-Сергиевой Лавре и отправил в Немецкую слободу грамоту с требованием всем иноземным генералам и офицерам явиться в Лавру для защиты царской жизни и царской власти. В числе прочих приказу царя тогда подчинились Франц Лефорт и Патрик Гордон. С ними он вступил в Москву, и началось его единоличное правление.
Франц Лефорт и Патрик Гордон
К тому времени оба уже довольно продолжительное время состояли на службе Российскому государству. Франц Лефорт, Франц Яковлевич, как будут его называть в России, родился в 1655 году в Женеве – на тот момент она была вольным городом, не входившим еще в состав Швейцарии. Тем не менее Лефорта всю жизнь будут звать швейцарцем. Дело своего отца – торговлю – он продолжить не захотел и в возрасте девятнадцати лет отправился в Голландию, попробовал сделать военную карьеру при курляндском герцоге, а потом решил попытать счастья в России, привлеченный соблазнительными возможностями, которые она открывала предприимчивым иностранцам.
Лефорт поселился, разумеется, в Немецкой слободе, но, состоя в армии, участвовал в разных походах, в том числе и крымских. В России Лефорт чувствовал себя великолепно, правда, он везде мог устроиться с максимальным для себя комфортом. Умный и предприимчивый, а вместе с тем веселый и общительный, швейцарец быстро заводил друзей, и одним из них стал государь Петр I. В течение 1689 года и после отношения между царем и Лефортом становились все прочнее, швейцарец стал другом и советником молодого Петра, и дальнейшая жизнь правителя, а вместе с ней и российская политика, будут находиться под влиянием Лефорта.
Гордон участвовал во многих походах, проявил себя как талантливый и умный стратег и военачальник, дослужился до полного генерала. Петр заметил Гордона во время смотра, который устраивал Бутырскому полку в 1687 году. И когда от царя пришла грамота, что требовала определиться с тем, чью сторону отныне поддерживать – генерал Гордон подчинился именно приказу молодого Петра.
С той поры всеми военными занятиями царя начал руководить именно он.
Игра, разговоры, веселье, личный пример – главные составляющие воспитания великого царя
Было бы преувеличением считать, что своих советников царь Петр выбирал лишь исходя из их профессиональных способностей. Скорее он тянулся к людям увлекающимся, тем, кто горел своим делом, как Гордон, – либо просто был верен себе во всем, как Лефорт. И сам царь был таким, равнодушный к скучным государственным обязанностям, он горел тем, что занимало его мысли – потешными боями, строительством флота, новыми умениями, новыми знакомствами. Все это он находил в обществе главных своих наставников – Лефорта и Гордона. Первый, постоянный собутыльник Петра, научивший того пить не пьянея, весельчак, мастер устраивать банкеты и ужины, умеющий разговорить и свести гостей, при этом искренний и обаятельный. Вечера у Лефорта притягивали Петра как магнит: в России так веселиться не умели, не говоря уж о том, насколько более гладко и интересно складывалось общение с дамами – по контрасту с русскими барышнями, воспитанными в светлицах и совершенно не владеющими ни искусством легкой беседы, ни искусством флирта.
Именно в доме Лефорта Петр познакомился с Анной Монс, «кукуйской царицей», получившей такое прозвище по названию ручья, протекавшего через Немецкую слободу. И именно благодаря Лефорту царь научился устраивать его знаменитые кутежи, получившие название Всешутейший и Всепьянейший Собор, который включал до двухсот самых разных приближенных царя. Считается, что после этих многочасовых гулянок, порой, кстати, уносивших жизни членов Собора, Петр поднимался в кабинет и строил планы относительно государственного управления, чувствуя себя вполне отдохнувшим. Вместе с Лефортом были придуманы и строительство русского флота, и Великое Посольство, и Азовские походы, а стратегией и организацией кампаний занимались те, у кого это хорошо получалось, в том числе Патрик Гордон.
Он отличался большими познаниями в военном деле, накопил огромный практический опыт, при этом оставался скромным; был осторожен и предусмотрителен, много занимался самообразованием, изучал разные отрасли военной науки. Во время взятия Азова Гордон был назначен инженером-генералом и отвечал за осадные работы.
Гордона уважали – и он пользовался огромным уважением царя. Немалую роль в этой дружбе ученика и наставника сыграло и то, что генерал не преследовал корыстных целей – ему было интересно лишь дело, которым он занимается, да держава, которой он служит. То же, впрочем, можно сказать и о Лефорте – тот не умел копить и пускать в оборот деньги, зато отлично умел кутить и спускать заработанное на веселых пирушках.
Мало-помалу царь Петр, когда-то равнодушный к государственным делам, стал настоящим правителем, а спустя время и вовсе заслужил титул «Великий». Влияние двух его друзей-иностранцев не переоценить: они, желая того или нет, поддерживали увлечения царя и направляли их на масштабные и весомые свершения, напоминавшие мальчишеские игры, просто с большим размахом и куда более сложными правилами.
И Франц Лефорт, и Патрик Гордон умерли в 1699 году. Благодаря ходатайству Гордона в Москве был построен первый католический храм, а для Франца Лефорта на деньги из царской казны возвели дворец, получивший название Лефортовский, как и район столицы, в котором он расположен.
Об Анне Монс, возлюбленной Петра: здесь.
Понравилась статья? Тогда поддержи нас, жми:
Новое в блогах
Учителем и наставником Петра 1 был простой дьяк
Зотов Никита Моисеевич (ок. 1644—1718), учитель Петра I, впоследствии тайный советник и генерал-президент Ближней канцелярии. В 1677 Зотов был по указанию Федора Соковнина приглашен из Челобитного приказа, где он состоял подьячим, для обучения царевича Петра чтению, письму и др. наукам. Главными предметами занятий были Часослов, Псалтырь и Евангелие. Лет с семи Петр начал учиться писать. Кроме того, большую роль в обучении играли «потешные книги с кунштами», т. е. книги светского содержания, до известной степени приноровленные к детскому возрасту, с иллюстрациями. Зотов был и дипломатом; так, в 1680 он вместе со стольником Тяпкиным вел переговоры с крымским ханом Мурад-Гиреем и принимал участие в заключении Бахчисарайского мира. В 80-е Зотов был уже думным дьяком, а в 1699—1700 получил звание «шутейшего князь-папы» и титул «архиепископа всея Яузы и всего Кокуя патриарха» в «потешной всепьянейшей компании».
Зотов Никита Моисеевич, «Всешутейный отец Иоаникит, Преспургский, Кокуйский и Всеяузский патриарх» (около 1645-1718), наставник Петра I, граф (1710). Дьяк Челобитного (1673-1675, 1675/76-1676/77), Сыскного (1676/77), Владимирского судного (1678-1679), Московского судного (1679/80) приказов. По преданию, якобы представлен боярином Ф.П. Соковниным царице Наталье Кирилловне Нарышкиной и с марта 1677 обучал царевича Петра грамоте, чтению, знакомил его с Часословом, Псалтырью, Новым Заветом. Рассказывал царевичу о деяниях русских князей и царей, сражениях; широко использовал в обучении отечественный и иностранные изобразительные материалы. По отзыву И.И. Голикова, «хотя и не знал наук и языков, но был. довольно сведущ в истории, а паче отечественной»; он рассказывал царевичу о лицах и событиях родного прошлого, пользуясь в качестве иллюстраций к своим рассказам нарочно изготовленными для того «потешными книгами с кунштами», показывал ему «Артикул со всеми военными экзерцициями», составленный при царе Алексее Михайловиче, знакомил отчасти и с жизнью Запада по картинкам, изображавшим «знатные европе йские города, великолепные здания, корабли и прочее». В августе 1680 в качестве дьяка в составе посольства в Крым участвовал в заключении Бахчисарайского мира 1681. С 9.5.1681 думный дьяк, в 1681/82 дьяк Поместного приказа. В 1689 во время обострения борьбы Петра I с Софьей Алексеевной был первым из думных дьяков, прибывших в Троице-Сергиев монастырь к царю. Сопровождал царя в Азовском походе, причем, по словам Петра, «был в непрестанных трудах письменных распрашиванием многих языков и иными делами». Приобретя навык излагать в указах лаконические распоряжения Петра, Зотов заведовал «ближней походной канцелярией» царя, нося титул «ближнего советника и ближней канцелярии генерал президента». В 1696 пожалован вотчиной в 40 дворов, кафтаном на соболях в 200 руб., кубком с кровлей и др. Был в комиссии по расследованию Стрелецкого восстания 1698. В 1699-1700, по реестрам Генерального двора, имел 446 крестьянских дворов. С 1699 думский дворянин и печатник; с 1701 ближайший советник и генерал-президент Ближней канцелярии. В 1702-1703 наблюдал за укреплением Шлиссельбурга и возведением одного из бастионов (так называемый Зотов бастион) Петропавловской крепости в Санкт-Петербурге. Был деятельным участником шутовских карнавальных забав Петра I. Назначен царем главой («князь-папой», «князь-патриархом») «сумасброднейшего всешутейшего и всепьянейшего собора». В 1690 Зотов получил чин думного дьяка; в списке 1705 он значится думным дворянином и печатником; возведенный потом в графское достоинство, он в 1711 был назначен государственным фискалом, взяв на себя «сие дело, чтобы никто от службы не ухоронился и прочего худа не чинил». В 1715 женился на молодой вдове А Е. Стремоуховой (урожденной Пашковой). По кончине Зотова его сыновья и внуки не именовались (до 1803) графами.
Нужна помощь! : «Воспитание и образование Петра 1». Из истории!
ОБУЧЕНИЕ МАЛОЛЕТНЕГО ПЕТРА
Обучение Петра шло довольно медленно. По старорусскому обычаю его начали учить с пяти лет. Учителем Петра стал дьяк Никита Моисеев, сын Зотов, человек учёный, но любящий выпить. Впоследствии Петр назначил его князем-папой шутовской коллегии пьянства.
Зотов прошёл с Петром азбуку, часослов, псалтырь, евангелие и апостол. Так же начинали своё учение и царь Алексей, и его старшие сыновья. Зотов касался и русской старины, рассказывал царевичу про дела его отца, про царя Ивана Грозного, о Дмитрии Донском и Александре Невском. Впоследствии Пётр не терял интереса к истории, придавал ей важное значение для народного образования.
До смерти своего отца, царя Алексея, Пётр жил баловнем в царской семье. Ему было всего три с половиной года, когда умер отец. Царь Фёдор был крёстным отцом своего маленького брата и очень любил его. Он держал Петра при себе в большом московском дворце и заботился о его обучении.
Учился ли Пётр у Зотова ещё чему-нибудь, остаётся неизвестным; сохранилось предание о том, что Зотов показывал царевичу много «потешных листов», то есть картинок исторического и бытового содержания, привозимых в Москву из-за границы. За обучением у Зотова должна была следовать схоластическая наука, с которой знакомились старшие братья и даже сёстры Пётра под руководством киевских монахов. Петру предстояло изучить грамматику, пиитику, риторику, диалектику и философию, латинскую и греческую грамоту и, вероятно, польский язык. Но перед началом этого обучения царь Фёдор умер, и началась смута 1682 года. Из-за этого Пётр остался без систематического образования. До конца жизни он игнорировал грамматику и орфографию.
Детство, юность, образование
Педагогика эпохи Петра I. Святой Учитель Дмитрий Р
2. Биография Св.Дмитрия Ростовского.
3. Школа в Ростовском кремле.
4. Список литературы.
Большинство изменений коснулись, в основном, высших слоев общества – Петр Первый стремился изменить то, что видел. Низшие слои – крестьяне, весь народ – остались вне поля зрения Петра и эта эпохальная реконструкция касалась их косвенным образом. В основе народной педагогики лежали, прежде всего, Ветхий и Новый завет. Традиции Домостроя практически не изменялись с течение времени. В разрушении старых представлений о воспитании, поведении представлялась большая опасность для церковного духовенства. Церковь противилась, как могла «крамольным» нововведениям Петра. Но, как пишет Г.Б.Корнетов в своей работе «Всемирная история педагогики»: «несмотря на то, что в XVIII веке церковь превращается в департамент государственного аппарата и лишается своей земельной собственности, православие остается доминантой духовной жизни, особенно в массовом сознании. Крестьяне, составляющие большинство населения России, продолжают сохранять уходящий в глубь столетий патриархально-общинный уклад жизни; их социализация (в том числе и воспитание) носит выраженный традиционный характер».
Петр «поставил» для России своеобразную «планку» западных достижений, до которой она могла дотянуться, только вырастив собственных специалистов. Предполагалось, что это будут дворянские дети, и дети среднего сословия – купцов, торговцев. Низшее, крестьянское сословие оставалось, практически, без внимания. Образование и воспитание становятся новым требованием времени. Государству, Петру, прежде всего, для выполнения собственных замыслов нужны образованные люди.
Два человека, жившие в одно время, так или иначе занимавшиеся вопросами образования – Петр Первый и Св. Дмитрий Ростовский. Царь формировал «растил» себе «помощников» для воплощения собственных идей. Св.Дмитрий Ростовский основал в Ростове небольшую (по нашим меркам) школу, в которой обучались дети всех сословий, и прежде всего – крестьянские. Сам Святой был одним из самых образованных людей своего времени, (а по духовной мощи и поныне мало кто может с ним сравниться) не мог терпеть вокруг себя потрясающую безграмотность, царившую тогда повсеместно. «Приехав в Ростов… Дмитрий ужаснулся. На Украине священник из малообразованных спросил его как-то: «Илия пророк был по Рождестве ли Христовом или перед Рождеством?» Здесь ни о чем не спрашивали, а когда сам Дмитрий спросил сельского священника, где тот хранит Дары – Тело Христово, ответа не было, батюшка знал только слово «запас». Впрочем, Дмитрий нашел в себе силы пошутить: «Иереи слова Божия не проповедуют, а людие не слушают, ниже слушати хотят. От обою страну худо: иереи глупы, а люди неразумны».*
2. БИОГРАФИЯ СВЯТОГО ДИМИТРИЯ РОСТОВСКОГО.
Святой Димитрий Ростовский родился в декабре 1651 года в семье рядового казака Киевского полка Саввы Туптало, в городке Макарово, недалеко от Киева. Мальчика назвали Даниил. Вскоре после рождения сына Савву произвели в сотники и он, в подражание польскому дворянству, обзавелся гербом. Украина на тот момент была в составе Речи Посполитой и была лишена возможности самостоятельно решать свою судьбу. Но у Украины была своя армия, которая оказала решающее влияние на дальнейшее «Воссоединение Украины с Россией». В 1654 году сотник Савва Тупталенко присутствует на Переяславской раде, где казаки присягнули московскому царю. После 1660 года, когда Киев находится под властью московского воеводы, семья Туптало поселяется в Киеве, купив собственный дом.
Украина того времени, как пишет биограф Святого М.Г.Кротов, «чем-то напоминала Палестину времен Христа – не только горестной политической судьбой и Днепром – русским Иорданом. Как во времена оно Иудея, Украина была единственной территорией Европы, где сходились представители самых разных культурных традиций…- и греческой ортодоксии, и русского православия, и польского католицизма… Открытость границ создавала редкую открытость духа. …. Этой духовной открытости Даниил научился в Киевской духовной школе – Коллегиуме, крупнейшем учебном заведении православного мира.» В нем будущий святой учился с 1662 по 1665 год, когда ректором академии был архимандрит Иоанникий Голятовский. Полный курс был рассчитан на 11 лет, так что Даниил проучился только начальные классы. Возможно, позднее в 1667-1669 годах он продолжил свое обучение, когда Голятовского заменил игумен Милетий Дзек. «Даниил знал польский – на нем он вел дневник (который начал вести в 20 лет) и писал письма, латынь – она открывала ему мир западного богословия, а также греческий язык. Наконец, церковнославянский был своеобразным ключем к сокровищнице вековой святыни Руси – и Малой, и Белой, и Великой».
* Здесь и до следующей пометки цитаты из биографии Святого Димитрия Ростовского, написанной М.Г.Кротовым.
9 июля 1668 года Даниил приносит монашеские обеты целомудрия, бедности и послушания, и принимает постриг от игумена Киевского Кирилловского монастыря Милетия Дзека, руководившего тогда Академией. Даниил принял имя Димитрий. Под руководством своего учителя он пробыл четырнадцать лет. В восемнадцать лет, в Каневе, Димитрий посвящен в первый духовный сан – дьякона. В 1675 году архиепископ Лазарь Баранович рукоположил Димитрия в священники, после чего два года Димитрий был проповедником в Чернигове при архиепископской кафедре. Наставник его, Мелетий Дзек считал, что при архиепископе Димитрию долго находиться не следует. «Таланты его к тому времени вполне определились – широчайшие знания, проповеднический дар, искусство писателя: вышла первая книга, посвященная чудесам Божией Матери».
В 1677 году священник едет сначала в Белоруссию, под Пинск, в Новодворский Успенский монастырь, затем в Вильно, в Святодуховской монастырь, где произносит две проповеди, а затем в Слуцк, где на два года поселился в Преображенском монастыре. Лишь в начале 1679 года Димитрий возвращается на Укарину, где архиепископ Лазарь посвятил его в игумены, пошутив при этом: «Димитрию желаю митру». В 1684 году, избранный архимандрит Варлаам вместо умершего Мелетия Дзека, 6 мая благословляет писать жития святых на весь год. Это становится делом всей жизни Димитрия. Собственно, по этим трудам он больше известен православным людям. До него существовали только Четьи-Минеи, составленные при митрополите Макарии в XVI веке.
Задумывая реформы, Петр «прежде всего, намеревался изменить историческую Россию (о духе он, кажется, не задумывался). Он хотел просветить и оздоровить ее, распахнув окно в Европу. Поэтому, после возвращения из поездки по Европе, Петр …. решил импортировать в Россию, кроме прочего, и европейских архиереев. Таковыми он справедливо счел украинских епископов – людей и европейского образования, и европейской терпимости, вполне подвластных его воле». Поэтому, в числе других священников, Димитрий был призван царем в 1701 году и определен митрополитом Сибири. Но когда Петр убедился воочию, что Димитирий при слабом здоровье вряд ли бы доехал до Сибири, он направил его в начале 1702 года в Ростов.
В Ростове Димитрий сделал ряд решительных изменений: отменил бездушный обычай постригать в монахи овдовевших священников, ни кого из провинившихся не отправлял в монастыри на покаяние. «По мере сил, защищал это закрепощенное государством, нищее и безграмотное духовенство.
3. ШКОЛА В РОСТОВСКОМ КРЕМЛЕ.
В 1702 году 1 сентября начались занятия в школе, которую митрополит открыл при своей резиденции, в кремле.
На свои деньги Димитрий покупал учебники, два глобуса и карты. Учителя получали жалование из казны. В ученики набрали, в основном, детей духовенства, но были дети и из других сословий. Обучение было бесплатное, но митрополит сумел настоять на том, чтобы положили по деньге в день «нищим, которые учиться будут русской грамоте».
Обучение было рассчитано на три года и состояло из таких предметов, как русский, греческий, латынь и риторику. Учителя были украинцы.
«Димитрий нанимал учителей, составил для учеников краткий катехизис, а на латыни толкование ни книгу Бытия». Причем он был духовным отцом своих двухсот учеников не только как священник, но и как наставник в учении. При определенной церковной направленности содержания обучения, в школе царил дух веселья и свободы. Учебный процесс был построен на соревновании – успевающих учеников с почестями провозглашали императором. Были в школе даже свои спектакли: учителя переводили с польского какую-либо школьную мистерию, а ученики шили костюмы и устраивали представления.
Языки учили на примерах из жизни. Так для перевода брались предложения, подобные следующим: «Градоначальник в Ростове – воевода. Преступников в России ссылают в Сибирь. Пресветлейший взял Азов, возьмет и Ригу». «К классическим аллегориям греческого и латыни приделывали смешной отечественный хвостик. Например, ученик, лучше всех написавший сочинение, уподоблялся кедру ливанскому, второй – кипарису, третий – финику, а прочим обращался не упрек и ругань – замечание на будущее: «Аще кто от вас на высшее место не пересадится, будет простою ракитою или горькою ракитою». Наказания не приветствовались в школе, митрополит, человек остроумный и любящий пошутит, говорил: «Не буди безумным слонем! Не дрожи, звероподобне учениче!».
Каникулы длились три недели в августе, но отдыхали и по церковным праздникам и на святки. Заботливость и щедрость Святого проявлялись во всем, – он выплачивал из своего кармана небольшие стипендии (по грошу или по алтыну), из архиерейского сада ученикам отдавали яблоки, груши, вишни.
Пошутить митрополит любил, но мог и выругаться. Одно из распоряжений начинается самым не приличным образом. В нем Димитрий « Печалюся зело и гневаюся на вас, а якоже вижду, вина развращения вашего та, что всяк живет по своей воли – всяк болий. Того ради поставляю над вами сеньора господина Андрея Юрьева, чтоб вас муштровал як цыганских лошадей, а вы ему будте покорны, послушливы, а кто будет противен, той пожалован будет плетью». Ученики звали митрополита – «батюшка наш преосвященный».
В 1703 году, в апреле приехал с инспекцией начальник Монастырского приказа И.А.Мусин-Пушкин. Он остался доволен результатами проверки и в мае повелел устроить «трехдневное гульбище».
9 февраля 1705 года Димитрий закончил писание жития святых четвертым томом.
В 1706 году состоялся первый выпуск ростовской школы. И той же весной школу закрывают. Димитрий в письме митрополиту Иову пишет уже без своих шуток: «…Оставишася учениа, понеже вознегодоваша питающие нас, аки бы многая исходит на учители и ученики издержка, и уже вся та, чем дому архиерейскому питатися, от нас отнята суть, не токмо отчины, но и церковные дани. Оскудевше убо во всем, оскудехом и во учениках. Но да не продолжу писаниа, умолчеваю о прочиних поведениях наших, sat sapienti».
Закрытие школы создавало неразрешимую проблему, – необученных детей духовенства предписывали отправлять в армию, а денег на обучение не давали. При всем желании Димитрий не мог противостоять бюрократической машине Петра. Священник отстаивал чистоту служителей Бога, «обличал священников, нарушающих тайну исповеди, Петр указывал доносить властям об антиправительственных настроениях, на исповеди обнаруженных». Димитрию запретили набирать священников из крестьянского сословия.
В 1706 году, когда была закрыта школа, Петр затребовал к себе митрополита Димитрия, дабы насладиться его даром и словом проповедника. Димитрий искренне молился о победах Петра, хвалил Петра, говоря: «Хвалю добрый той нынешних времен обычай, что многие люди в иныя государства ходят учения ради, из-за морей об умудрении возвращаются. Но правдивый митрополит не угодил царю, с некоторыми нововведениями не мог согласиться. Он обличал новые веяния, с горечью говорил о том, что многие отказываются ставить иконы, а больше вешают «изображения Венеры или Дианы, или прочих ветхих кумиров, или и новых…». Так же с упреком он говорил о новых порядках в армии (Петр издал указ, запрещавший посты в армии), о том, что привлеченные западные новшества наносят вред всему церковному духу.
Продолжить начатое – литературные труды, задуманные Димитрием после окончания Жития святых, возобновить обучение в ростовской школе – не было суждено. «28 октября 1709 года вошедшие в келью нашли Димитрия мертвым. Он скончался во время молитвы, на коленях». В течение двух столетий, до царствования Николая II, канонизировали всего четырех святых, среди которых был и митрополит ростовский Димитрий.
Школа в Ростове существовала до обидного мало – с 1702 по 1706 год. Учились в ней 200 детей. В основном дети духовенства, но были и из другого сословия, даже нищие. На фоне преобразований в России, открытии многих учебных заведений, это – капля в море. Но духовный подвиг Наставника и Учителя, Димитрия Ростовского, помог осуществить желание, хоть в малом, помочь безграмотным людям.
1. «Жизнеописания достопамятных людей земли Русской. X-XXвв.»
Московский рабочий, 1992 год
2. Г.Б.Корнетов «Всемирная история педагогики», Москва, 1994 год.
Протоиерей Димитрий Константинов
Мобилизованный в первые же дни войны, Константинов был удостоен офицерского звания. В 1944 году он попал в немецкий плен, после войны избежал выдачи опричникам Сталина и остался на Западе. Началось его вот уже полувековое служение Церкви. 19 ноября 1944 года митрополит Анастасий (Грибановский) рукоположил Димитрия в диаконы, а на следующий день митрополитом Серафимом (Ляде) он был рукоположен во священника. Служил отец Димитрий в походных церквах Русской освободительной армии (РОА) и на приходах Русской Зарубежной Церкви в Западной зоне Германии. Этот период своей пастырской деятельности он описывает в книге «Записки военного священника РОА» (1980). В 1949 году о.Димитрий перебрался в Аргентину, а с 1960 года он священствует в США, на приходах Автокефальной Православной Церкви в Америке. В сан протоиерея о.Димитрий был возведен в 1955 году.
Церковный историк, богослов и проповедник (а отец Димитрий опубликовал немало и проповедей и церковно-катехизических бесед) неразрывно смыкаются в творчестве протоиерея Димитрия Константинова. Это, с одной стороны, делает его труды едва ли преемлемыми для марксистски подкованных преподавателей общественных наук в западных вузах. С другой же стороны, именно эта естественная позиция и мировоззрение делают в глазах церковного народа работы отца Димитрия не только достоверными, но и провидческими: процессы в сегодняшней церковной России во многом были прозорливо предсказаны прот. Константиновым. И не только предсказаны, но и приближены: его острое слово, его мудрое понимание происходящего немало помогли нам еще там, где с Богом боролись, разобраться в церковной ситуации и определить свою позицию на религиозном фронте.
Священник Виктор Соколов. Сан-Франциско. Протоиерей Димитрий Константинов.
Епископ Далматинско-Истринский Никодим (Милаш)
Сербская Церковь с любовью чтит память своего выдающегося архиерея, неутомимого труженика па ниве Господней и замечательного ученого преосвященного Никодима (Милаша), епископа Далматинско-Истрийского.
Епископ Никодим, в миру Николай Милаш, родился 16 апреля 1845 года в г. Шибенике. Здесь же получил начальное и гимназическое образование, а затем окончил Карловацкую духовную семинарию. Cлушал лекции на философском факультете Венского университета.
В 1867 году по благословению своего духовного отца епископа Стефана (Кнежевича) (+1890) Николай едет в Россию и поступает в Киевскую духовную академию, которую заканчивает в 1871 году со степенью кандидата богословия.В 1873 году в Киеве на Рождество Христово он становится рясофорным монахом, а в 1875 году принимает постриг в мантию с именем Никодим. Со временем отец Никодим был рукоположен в сан иеродиакона и иеромонаха, а 6 августа 1880 года возведен в сан архимандрита.
В 1871 году за свой труд “Достоинства Православной Церкви до XIV века” архимандрит Никодим был удостоен степени магистра богословия. Степень доктора богословия он получил на православном богословском факультете Черновецкого университета.
Возвратившись на родину в 1874 году, архимандрит Никодим становится преподавателем Церковного права и практического богословия в Задарской духовной семинарии. В 1886 году по приглашению сербского правительства архимандрит Никодим принимает участие в проведении реформы Белградской семинарии, ректором которой он и был назначен. Однако на этой должности семинарии он пробыл всего год и вернулся в родную Далмацию. Здесь архимандрит Никодим продолжает свою научную и преподавательскую деятельность в Задарской семинарии, ректором и профессором которой был в течение шестнадцати лет.
В 1890 году по смерти епископа Стефана (Кнежевича) арх.Никодим был хиротонисан во епископа Далматинско-Истринского. Эта епископская хиротония была совершена 16 декабря 1890 г. в Вене митрополитом Сильвестром (Андеевичем) и епископом Бококоторским Герасимом (Петрановичем). Преосвященный Никодим около двадцати лет управлял Далматинско-Истрийской епархией, входившей в состав Австро-Венгрии. В 1910 года он был отправлен на покой, и последние годы жизни провел в Дубровнике.
Скончался преосвященный Никодим в Великий пяток 2 апреля 1915 года. Отпевание владыки совершил епископ Бококоторский Владимир (Боберич) в сослужении многочисленного духовенства. Владыку первоначально похоронили в Дубровнике, но в 1930 году останки епископа Никодима были перенесены в храм Преображения Господня, находящийся в его родном городе Шибенике.
Многие Православные Церкви удостоили епископа Никодима своих наград. В их числе была и Русская Церковь, избравшая его в различные годы почетным членом Санкт-Петербургской, Московской и Киевской духовных академий. Будучи воспитанником русской высшей духовной школы, епископ Никодим до конца своих дней испытывал глубокую любовь к Русской Православной Церкви и ее народу.
1. Андрей Шестаков. Епископ Далматинско-Истринский Никодим (Милаш)
2. История Православной Церкви в XIX в. История славянских Церквей., Московское подворье ТСЛ, 1998 ( Репринт издания 1901 г)
3. Иерод. Григорий Калинич. Епископ Далматинско-Истринский д-р Никодим Милаш Журнал Московской Патриархии, 1975, N 12
Св. Амвросий
Амвросий, Св. (ок. 333–397), епископ Медиоланский, первый из великих западных учителей церкви, родился предположительно в Трире, в семье христианина Амвросия, префекта претория Галлии.
После смерти отца получил в Риме солидное образование, изучал право, некоторое время практиковал и ок. 370 начал административную карьеру.
В 373 стал наместником Лигурии и Эмилии с резиденцией в Медиолане (современный Милан). После избрания его епископом по желанию народа, чей выбор был одобрен епископатом и императором, принял крещение и спустя восемь дней, 7 декабря 374, – епископское рукоположение.
Он ревностно взялся за изучение богословия, особенно греческих отцов церкви, роздал свое имение бедным и посвятил себя служению людям. Его красноречивые и содержательные проповеди способствовали обращению, в числе прочих, и Августина.
Амвросий играл важную роль в политической жизни своего времени. Благодаря его советам укреплялся характер юного императора Грациана (375–383), прибывшего из Трира в Милан; влияние Амвросия заметно и в законодательных актах, способствовавших распространению христианства.
Попытки ариан, которым покровительствовала вдовствующая императрица Юстина, захватить церкви в Милане (385–386) окончились неудачей из-за популярности Амвросия. Он осуществил два успешных посольства к узурпатору Максиму в 383 и 387 с целью восстановления в правах сына Юстины, императора Валентиниана II, который, возвратив себе престол (388), обрел в Амвросии мудрого советчика.
Император Феодосий (379–395) принимал провозглашенные Амвросием принципы: признание независимости церкви от государства в ее собственной сфере, признание роли церкви как блюстительницы нравственности и ее права на защиту со стороны государства. Умер Амвросий в Милане 4 апреля 397. День памяти святого 7 декабря (в Русской православной церкви – 7 декабря по старому стилю).
К догматическим сочинениям Амвросия, скорее традиционным, чем оригинальным, принадлежат три трактата против ариан (378–382), один, предназначенный оглашенным (De mysteriis, 387), и один против новатиан (De paenitentia, ок. 384). Однако его подлинное величие как учителя веры обнаруживается в моральных и аскетических сочинениях, включающих трактат De officiis ministrorum (Об обязанностях священнослужителей, ок. 391; написан на основе De officiis Цицерона) и пять трактатов о воздержании, в частности – De virginibus (Восхваление девственности, 377).
Категория: Биографии
(1707-1771)
Церковный деятель и писатель (в мире Андрей Степанович Зертис-Каменский). По окончании курса в Киевской духовной академии был отправлен для усовершенствования в Львовскую духовную академию. В 1739 г. пострижен в монахи. Был преподавателем и префектом Александро-Невской семинарии. В 1748 г. назначен членом синода и архимандритом подмосковного монастыря “Новый Иерусалим” в видах восстановления запущенных его зданий. Был епископом переяславским и дмитровским, архиепископом Крутицким и с 1768 г. архиепископом московским. Екатерина II поручила ему возобновление Успенского, Благовещенского и Архангельского соборов.
Во время эпидемии чумы в Москве в 1771 г. Амвросий не покинул столицы, однако он навлек на себя недовольство населения запрещением крестных ходов и массовых молений, способствовавших распространению заразы. Архиепископ приказал увезти чудотворную икону, к которой стекались толпы людей, от чего зараза сильно развивалась. Испуганные люди искали любых виновных, даже вымышленных. Амвросий пытался укрыться от толпы в церкви, однако был выдан служкой. Епископ был растерзан обезумевшими людьми.