Что было в куропатах
Тяжелая правда о Куропатах
В апреле 1999 года было завершено четвертое следствие, проведенное по факту обнаружения массовых захоронений в лесном массиве Куропаты. «Немецкий след», для нахождения которого военной прокуратурой по требованию некоторых представителей общественности очередной раз было проведено новое следствие по старому делу, найден так и не был.
С чего все началось
Первое следствие по Куропатам проводилось с июня по ноябрь 1988 года, потом было прекращено и возобновлено в январе 1989 года.
В ходе расследования было опрошено около 200 очевидцев тех событий. 55 свидетелей из числа жителей деревень Цна-Йодково, Подболотье, Дроздово, расположенных вблизи лесного массива, рассказали, что в 1937-1941 годах работники НКВД на крытых автомашинах привозили сюда людей и расстреливали их. Трупы закапывали в ямы. По воспоминаниям местных, расстрелы начались в 1937 году и продолжались до 1941 года. Судя по характеру и номенклатуре найденных вещей, в Куропатах были похоронены в основном выходцы из Беларуси, в том числе из западных областей и, возможно, из Прибалтики. Есть основания полагать, что там покоятся и политические заключенные Автодорлага.
Среди свидетелей, которые давали показания, не было никого, кто во время тех событий находился в детском или старом возрасте. Во время следственного эксперимента свидетель Н. Карпович указал место, где в 1937 году видел незасыпанную могилу, наполненную трупами. В ходе эксгумации в указанном им направлении найдено захоронение, из которого извлекли 50 черепов, кости скелетов, обувь, другие предметы и их фрагменты.
Из протокола эксгумации останков: «При разработке слоя захоронения (раскоп №8) извлечены предметы, которые размещались в нем хаотично: 50 черепов, в том числе 7 со сводом и основой. На всех 50 черепах имеются повреждения округлой и овальной формы, которые располагаются на разных участках в теменной, затылочной, височной, лобной областях. Черепов, которые бы сохранились без повреждений, не найдено. »
Практически все опрошенные свидетельствовали, что во время Великой Отечественной войны на этом месте расстрелов не было, да и вообще в то время версия «немецкого следа» никому не приходила в голову. По данным Военного комиссариата БССР, воинских захоронений в лесном массиве, где обнаружены останки, тоже не было. У Язепа Бролишса никогда не возникало никакого сомнения, что это дело рук НКВД.
Показания свидетелей были подтверждены данными КГБ БССР о том, что во время оккупации в Куропатах не располагалось ни концентрационных, ни других лагерей.
Для того чтобы выяснить, где находились места приведения в исполнение приговоров и решений внесудебных органов за 1937-1941 и 1944-1953 годы, следствие направило запросы в КГБ БССР. Однако эта организация не имела документальных сведений о местах приведения приговоров в исполнение. Отсутствовали там и сведения о лицах, которые выполняли в эти годы приговоры и решения о высшей мере наказания. Оказалось невозможным установить и количество расстрелянных. Как мало времени понадобилось для того, чтобы бесследно исчезла память о жертвах и исполнителях приговоров.
Тем не менее следствием было четко определено, что с 1937 по 1941 год в лесном массиве Куропаты органами НКВД совершались массовые расстрелы граждан. Через столько времени определить их личности и конкретные основания наказания уже не представлялось возможным. В постановлении о прекращении уголовного дела было отмечено: «Принимая во внимание, что виновные в этих репрессиях руководители НКВД БССР и другие лица приговорены к смертной казни либо умерли, на основании изложенного. уголовное дело, заведенное 14 июня 1988 года прокурором Белорусского ССР, прекратить».
Новая версия старого дела
В июне 1991 года члены так называемой общественной комиссии по расследованию преступлений в Куропатах под председательством Валентина Корзуна направили в Прокуратуру СССР собранный ими материал, который якобы доказывает, что в урочище Куропаты покоятся не жертвы НКВД, а жертвы немецко-фашистских захватчиков.
Осенью 1991-го в Минск приезжал представитель Прокуратуры СССР, но факты, изложенные в обращении «общественной комиссии», подтверждения не нашли. В феврале 1992 года по требованию «общественной комиссии» Прокуратура Республики Беларусь была вынуждена вновь возобновить расследование. Следствие подтвердило выводы государственной комиссии.
Через два года «общественная комиссия» обратилась в Верховный Совет Беларуси с предложением опровергнуть выводы, к которым в своем расследовании куропатских событий пришла государственная комиссия.
Тогда же бывшая подпольщица Мария Осипова, которая принимала участие в работе государственной комиссии во время первого следствия, через четыре года вдруг вспомнила, что в годы войны через Комаровку в сторону Зеленого Луга немцы гнали на расстрелы мирных граждан. Иными словами, новому следствию пришлось иметь дело с несколькими версиями, каждая из которых противоречила выводам предыдущей.
После исследования всех документов было вынесено постановление об отсутствии мотивов для восстановления следствия по Куропатам. Собранные доказательства свидетельствовали о необоснованности предположений так называемой общественной комиссии. Анализ сведений, которые были в уголовном деле, позволил снова сделать вывод о том, что в лесном массиве Куропаты в 1937-1941 годах органами НКВД БССР проводились расстрелы и захоронения граждан, которые обвинялись в совершении контрреволюционных и других «преступлений». Определить количество и имена погибших в процессе следствия было невозможно ввиду отсутствия необходимых архивных данных в КГБ Беларуси.
Последнее следствие
Поскольку собранные доказательства не подлежали сомнению, а новые материалы только подтверждали уже существующее заключение, громом среди ясного неба стало начало нового, четвертого, следствия в 1998 году. На этот раз расследование было поручено старшему помощнику военного прокурора Беларуси Виктору Сомову. И снова была проведена проверка доказательств, собранных в ходе предварительного следствия, работа по уже известным версиям.
Не обошлось и без маленькой сенсации: в ходе расследования «общественная комиссия» предъявила «свидетеля», который якобы своими глазами видел, как расстрелы в Куропатах вели немцы, а не НКВД. Выяснилось, что «свидетель», в частности, даже не знаком с местностью, о которой шла речь, и вообще оказался аферистом, выдававшим себя за ветерана Великой Отечественной войны, не будучи им.
В ходе последнего следствия впервые было обнаружено самое большое из всех найденных в Куропатах захоронений, в котором помещались останки более 300 человек (обычно в ямах находилось до 100 останков).
До сих пор известны далеко не все места захоронений жертв политического террора. По свидетельствам очевидцев, расстрелы проводились также в районе Лошицы. Единичные расстрелы велись и на Кальварийском кладбище.
Игорь КУЗНЕЦОВ, кандидат исторических наук
Куропаты: от забвения до национальной трагедии и театра абсурда
Куропаты. Для нашего поколения это страшное и знаковое слово. 3 июня 1988 года в газете «Літаратура і мастацтва» была опубликована статья «Куропаты – дорога смерти» минского археолога Зенона Позняка и инженера-конструктора Евгения Шмыгалева, ударившая, как колокол, по сердцам и умам белорусской интеллигенции. Авторы статьи приоткрыли занавес в ужасный мир, который тщательно скрывался долгие годы…
Потом были первая попытка провести митинг в Куропатах, столкновения с милицией, когда по призыву Зенона Позняка люди шли к Московскому кладбищу отметить Дзяды. Милиция перекрыла вход на кладбище, и народ пошел в Куропаты. Я прекрасно помню то чувство ужаса, когда людей на поле возле Куропат окружали милицейские цепи. Потом в «Чырвонай змене» мы пытались рассказать об этих событиях, и тогда это было очень трудно сделать. Но под маленькой заметкой поставили свои подписи почти все сотрудники редакции. И это было очень важно для самоопределения журналистов молодежной газеты. Мы тогда только делали первые шаги на пути национального возрождения. К сожалению, мои снимки, сделанные возле Московского кладбища и на поле возле Куропатского леса, не сохранились – передал негативы для публикации во всесоюзном журнале, там они и затерялись. Но сейчас могу показать обложку первой советской цветной газеты «Собеседник» за ноябрь 1988 года.
В ней под рубрикой «Открытая трибуна» были размещены материалы о сталинских репрессиях, в том числе и мой «Без срока давности». Мне удалось найти человека, который в тридцатые годы был председателем спецколлегии Верховного суда БССР и выносил расстрельные приговоры, а также поговорить о Куропатах с Зеноном Позняком.
Точки зрения о Куропатах бывшего начальника отдела НКВД, а потом судьи и будущего лидера Белорусского народного фронта Зенона Позняка были диаметрально противоположными. Но в том и заключалась задача журналиста: предоставить читателям аргументы сторон и дать возможность самим сделать выводы.
А события в Куропатах продолжали развиваться.
Второго апреля 1989 года, первый субботник по наведению порядка на месте массовых захороненний, организованный общественной организацией «Мартиролог Беларуси».
Думаю, участникам того субботника интересно будет увидеть себя на архивных фотографиях.
Вот работает корреспондент газеты «Знамя юности» Олег Груздилович с сыном.
А это журналист Роман Яковлевский.
Осенью 1989 года Куропаты стали настоящим народным мемориалом.
На Дзяды во время траурного митинга в урочище был установлен памятник-крест.
Очень хорошо помню мгновения, когда в присутствии тысяч людей урочище Куропаты перестало быть куском пригородного леса и обрело официальный статус мемориального кладбища.
И все присутствующие верили, что, поднимая этот крест над могилами невинно убитых, мы меняем нашу страну, мы отдаем дань памяти зверски замученным и обещаем, что больше такое на нашей земле не повторится.
Наверное, что-то похожее говорили в своих выступлениях ораторы на митинге-реквиуме, в том числе и писатель Владимир Орлов.
А я хочу сохранить для истории портрет молодого паренька с повязкой «Дзяды» на голове. Это последний кадр на пленке, он даже весь не влез и я его отбраковал. Но при сканировании пленок на него обратил внимание мой товарищ Геннадий Дубатовка, придал ему такой старый оттенок и получился образ…
Было время, мы надеялись на лучшее…
Но далеко не все так же относились к Куропатам. Вот снимки, сделанные мною в декабре 1990 года.
Это те же страшные могилы в Куропатах, но… раскопанные мародерами.
Не помню, кто сообщил нам в редакцию о преступлении, но я там оказался вместе с народным депутатом Верховного Совета БССР Зеноном Позняком и сотрудниками прокуратуры.
Зрелище, конечно, было не для слабонервных.
Как и следовало ожидать, преступники найдены не были. Но к Куропатам мы снова привлекли внимание общественности…
В феврале 1992 года состоялся учредительный съезд Белорусской ассоциации жертв политических репрессий. Его делегаты посетили Куропаты.
Они возложили венки к камню, где было написано, что по решению Совета министров Республики Беларусь в Куропатах будет создан мемориал…
А мне хочется, чтобы в людской памяти сохранилось имя еще одного хорошего человека.
Бывших жертв политических репрессий фотографирует Владимир Павлович Кормилкин. Он фиксировал все мероприятия, направленные на национальное возрождение в Беларуси, на магнитофонную пленку у него были записаны все выступления на митингах оппозиции!
Дзяды в Куропатах осенью 1992 года.
Писатель Алесь Адамович и председатель клуба «Спадчына» Анатоль Белы.
В середине девяностых годов прошлого века я делаю кардинальный поворот в своей профессиональной карьере, перехожу из политической журналистики в краеведческую. И в моем фотоархиве при наборе слова «Куропаты» появляется пробел в целых тринадцать лет…
6 июня 2005 года я организовал для одноклассников сына экскурсию в Куропаты и Хатынь. Специально так спланировал маршрут, чтобы показать детям: люди могут пострадать не только от внешних врагов, но и от своих соотечественников.
Поразила тогда изувеченная вандалами бетонная скамейка, подаренная в 1995 году Беларуси президентом США Биллом Клинтоном…
В 2013 году мы приступили к созданию краеведческого ресурса о Беларуси. И я взглянул на Куропаты как на историческую достопримечательность.
К этому времени в урочище было установлено множество самых разных крестов, появились упоминания конкретных исторических личностей.
Но удивительным было то, что Куропаты по-прежнему не являлись местом массового поклонения.
Эта фотография с протоптанной тропинкой и лыжней является подтверждением моих слов.
Как и засыпанная снегом скамья Билла Клинтона…
20 октября 2017 года. Я продолжаю фотосъемку для портала «Планета Беларусь».
Утреннее освещение позволяет сделать снимки более выразительными.
Крест-памятник Вацлаву Ластовскому.
Памятник жертвам репрессий от евреев Беларуси.
Американская скамья переделана так, что вандалам даже при всем желании причинить ей вред невозможно.
В момент съемки происходит что-то удивительное: металлические кресты словно оживают и начинают дымиться.
Я понимаю, что все дело в осенней погоде: холодные кресты попали под солнечные лучи, начали нагреваться – и пошел пар. Но мне это кажется очень символичным: я просто слышу настойчивую просьбу невинных жертв помнить о них и не допустить повторения такой трагедии на нашей земле… LadyX
И жизнь за куропатским лесом продолжается…
Но страсти вокруг Куропат вспыхивают вновь и вновь.
В 2018 году проводится конкурс, и на самой верхней точке куропатского леса устанавливается памятник. Казалось, можно было бы поставить точку в многолетнем противостоянии определенной группы людей и государства. Куропаты официально признаны. Мемориал есть. Но, оказывается, кому-то этого мало, кто-то хочет продолжения войны, кому-то нужны новые жертвы…
Вот на этой фотографии прекрасно видно, что тот самый злополучный ресторан находится за пределами куропатского леса. Я не имею никакого отношения к владельцу этого заведения и совершенно не знаю ни его лично, ни его человеческих качеств. Будь я владельцем ресторанного бизнеса, никогда бы не строил подобное заведение рядом с местом массовых растрелов. И посещать его никогда не буду. Но, продолжая оставаться журналистом и патриотом Беларуси, пытаюсь посмотреть на проблему с высоты птичьего полета и понимаю, что трагедия нашего народа продолжается. Наверное, Куропаты – это проклятое место. Именно поэтому здесь расстреливали и закапывали людей. Вполне возможно, что именно куропатские преступники подталкивают сегодня наших некоторых современников к поиску новых жертв и продолжению войны. А может быть, у них стоит задача окончательно дискредитировать оппозицию?
Я специально разместил анонс материала на своей странице в фейсбуке, чтобы заранее услышать все точки зрения людей, которые схлестнулись возле Куропат. Бурная дискуссия развернулась на моей странице, некоторые профессионалы написали мне личные сообщения. Резюмируя все прочитанное, я закончу свой материал так: дорогие соотечественники, Куропаты дают нам шанс порвать со страшным прошлым и перейти в разряд цивилизованных государств и народов. Для этого никаких подвигов делать не надо – достаточно просто услышать аргументацию конфликтующих сторон и прислушаться к мнению профессионалов. У каждого из нас есть политические взгляды и свое отношение к случившемуся в Куропатах. Но для того, чтобы найти какой-то компромисс, существует закон. Да, есть разные моральные аспекты, но их каждый волен трактовать по-своему, а Закон должен быть един для всех.
Так вот, нарушил владелец ресторана что-то или не нарушил, можно определить только в судебном порядке, предварительно проведя раскопки на территории между его заведением и лесным массивом. Будут там найдены захоронения людей, можно предъявлять какие-то претензии. Не будут – все действия противников ресторана незаконны!
Мы должны уважать Закон, в том числе и право частной собственности. Если мы этого сейчас не осознаем, никогда не построим правовое государство и не сделаем его процветающим.
При этом я совершенно не оспариваю право противников ресторана (специально не пишу словосочетание «защитников Куропат») иметь собственное мнение и доносить его до общественности. Но решать – посещать это заведение или его игнорировать – должны сами люди!
А в идеале – я бы направил энергию всех конфликтующих сторон на благоустройство Мемориала народной скорби, на привлечение туда новых и новых посетителей. Готов предоставить для этих целей портал planetabelarus.by, в разделе, посвященном Куропатам, разместить всю необходимую информацию, в том числе и аргументированные точки зрения всех людей, которых волнует эта проблема.
Сделаем шаг в правильном направлении?
P.S. С момента публикации этого материала прошло почти три года, но ситуация ничуть не изменилась. Более того, на протяжении всего этого времени возле ресторана приключались разные скандальные истории, где были потерпевшие – и СМИ, и соцсети многократно освещали происходящее. Но все оставалось неизменным, если не считать постоянно нарастающую усталость противников ненавистного им заведения общепита.
Честно говоря, и во время написания материала, и теперь меня не покидает одна мысль: все это результат обычной спецоперации по дискредитации и маргинализации оппозиции. Нигде за эти годы нельзя было вывесить бело-красно-белый флаг, а над противниками ресторана он развивался постоянно. Почему? Потому что они временами специально или случайно делали откровенные глупости, которые тут же разносились по всем возможным СМИ. Кто осуществляет эту операцию, я не знаю. Но радует то, что эта «акция» желаемого результата не принесла. События августа-октября 2020 года тому подтверждение…
Тяжелая правда о Куропатах
В апреле 1999 года было завершено четвертое следствие, проведенное по факту обнаружения массовых захоронений в лесном массиве Куропаты. «Немецкий след», для нахождения которого военной прокуратурой по требованию некоторых представителей общественности очередной раз было проведено новое следствие по старому делу, найден так и не был.
С чего все началось
Первое следствие по Куропатам проводилось с июня по ноябрь 1988 года, потом было прекращено и возобновлено в январе 1989 года.
В ходе расследования было опрошено около 200 очевидцев тех событий. 55 свидетелей из числа жителей деревень Цна-Йодково, Подболотье, Дроздово, расположенных вблизи лесного массива, рассказали, что в 1937-1941 годах работники НКВД на крытых автомашинах привозили сюда людей и расстреливали их. Трупы закапывали в ямы. По воспоминаниям местных, расстрелы начались в 1937 году и продолжались до 1941 года. Судя по характеру и номенклатуре найденных вещей, в Куропатах были похоронены в основном выходцы из Беларуси, в том числе из западных областей и, возможно, из Прибалтики. Есть основания полагать, что там покоятся и политические заключенные Автодорлага.
Среди свидетелей, которые давали показания, не было никого, кто во время тех событий находился в детском или старом возрасте. Во время следственного эксперимента свидетель Н. Карпович указал место, где в 1937 году видел незасыпанную могилу, наполненную трупами. В ходе эксгумации в указанном им направлении найдено захоронение, из которого извлекли 50 черепов, кости скелетов, обувь, другие предметы и их фрагменты.
Из протокола эксгумации останков: «При разработке слоя захоронения (раскоп №8) извлечены предметы, которые размещались в нем хаотично: 50 черепов, в том числе 7 со сводом и основой. На всех 50 черепах имеются повреждения округлой и овальной формы, которые располагаются на разных участках в теменной, затылочной, височной, лобной областях. Черепов, которые бы сохранились без повреждений, не найдено. »
Практически все опрошенные свидетельствовали, что во время Великой Отечественной войны на этом месте расстрелов не было, да и вообще в то время версия «немецкого следа» никому не приходила в голову. По данным Военного комиссариата БССР, воинских захоронений в лесном массиве, где обнаружены останки, тоже не было. У Язепа Бролишса никогда не возникало никакого сомнения, что это дело рук НКВД.
Показания свидетелей были подтверждены данными КГБ БССР о том, что во время оккупации в Куропатах не располагалось ни концентрационных, ни других лагерей.
Для того чтобы выяснить, где находились места приведения в исполнение приговоров и решений внесудебных органов за 1937-1941 и 1944-1953 годы, следствие направило запросы в КГБ БССР. Однако эта организация не имела документальных сведений о местах приведения приговоров в исполнение. Отсутствовали там и сведения о лицах, которые выполняли в эти годы приговоры и решения о высшей мере наказания. Оказалось невозможным установить и количество расстрелянных. Как мало времени понадобилось для того, чтобы бесследно исчезла память о жертвах и исполнителях приговоров.
Тем не менее следствием было четко определено, что с 1937 по 1941 год в лесном массиве Куропаты органами НКВД совершались массовые расстрелы граждан. Через столько времени определить их личности и конкретные основания наказания уже не представлялось возможным. В постановлении о прекращении уголовного дела было отмечено: «Принимая во внимание, что виновные в этих репрессиях руководители НКВД БССР и другие лица приговорены к смертной казни либо умерли, на основании изложенного. уголовное дело, заведенное 14 июня 1988 года прокурором Белорусского ССР, прекратить».
Новая версия старого дела
В июне 1991 года члены так называемой общественной комиссии по расследованию преступлений в Куропатах под председательством Валентина Корзуна направили в Прокуратуру СССР собранный ими материал, который якобы доказывает, что в урочище Куропаты покоятся не жертвы НКВД, а жертвы немецко-фашистских захватчиков.
Осенью 1991-го в Минск приезжал представитель Прокуратуры СССР, но факты, изложенные в обращении «общественной комиссии», подтверждения не нашли. В феврале 1992 года по требованию «общественной комиссии» Прокуратура Республики Беларусь была вынуждена вновь возобновить расследование. Следствие подтвердило выводы государственной комиссии.
Через два года «общественная комиссия» обратилась в Верховный Совет Беларуси с предложением опровергнуть выводы, к которым в своем расследовании куропатских событий пришла государственная комиссия.
Тогда же бывшая подпольщица Мария Осипова, которая принимала участие в работе государственной комиссии во время первого следствия, через четыре года вдруг вспомнила, что в годы войны через Комаровку в сторону Зеленого Луга немцы гнали на расстрелы мирных граждан. Иными словами, новому следствию пришлось иметь дело с несколькими версиями, каждая из которых противоречила выводам предыдущей.
После исследования всех документов было вынесено постановление об отсутствии мотивов для восстановления следствия по Куропатам. Собранные доказательства свидетельствовали о необоснованности предположений так называемой общественной комиссии. Анализ сведений, которые были в уголовном деле, позволил снова сделать вывод о том, что в лесном массиве Куропаты в 1937-1941 годах органами НКВД БССР проводились расстрелы и захоронения граждан, которые обвинялись в совершении контрреволюционных и других «преступлений». Определить количество и имена погибших в процессе следствия было невозможно ввиду отсутствия необходимых архивных данных в КГБ Беларуси.
Последнее следствие
Поскольку собранные доказательства не подлежали сомнению, а новые материалы только подтверждали уже существующее заключение, громом среди ясного неба стало начало нового, четвертого, следствия в 1998 году. На этот раз расследование было поручено старшему помощнику военного прокурора Беларуси Виктору Сомову. И снова была проведена проверка доказательств, собранных в ходе предварительного следствия, работа по уже известным версиям.
Не обошлось и без маленькой сенсации: в ходе расследования «общественная комиссия» предъявила «свидетеля», который якобы своими глазами видел, как расстрелы в Куропатах вели немцы, а не НКВД. Выяснилось, что «свидетель», в частности, даже не знаком с местностью, о которой шла речь, и вообще оказался аферистом, выдававшим себя за ветерана Великой Отечественной войны, не будучи им.
В ходе последнего следствия впервые было обнаружено самое большое из всех найденных в Куропатах захоронений, в котором помещались останки более 300 человек (обычно в ямах находилось до 100 останков).
До сих пор известны далеко не все места захоронений жертв политического террора. По свидетельствам очевидцев, расстрелы проводились также в районе Лошицы. Единичные расстрелы велись и на Кальварийском кладбище.
Игорь КУЗНЕЦОВ, кандидат исторических наук