зачем открыли второй фронт во второй мировой
Второй фронт и ленд-лиз: их роль в победе над фашистской Германией
6 июня 1944 года объединенные экспедиционные силы армии США и Англии высадились на севере Франции. Началась операция, получившая название «Оверлорд». К началу июля 1944 года на континенте во Франции было сосредоточено 25 дивизий союзников, которым противостояли 23 немецкие дивизии.
Западные СМИ вместо точного термина “Второй фронт” предпочитают употреблять выражения “удар через Ламанш”, “бросок к сердцу Европы” и подобные
Во время мероприятий, посвященных 50-летию высадке союзников на севере Франции, средства массовой информации: печать, радио, телевидение, – говоря об этих событиях, предпочитали не употреблять точного понятия «Второй фронт», а использовали выражения «удар через Ламанш», «бросок к сердцу Европы», «вторжение» и т.д., призванные убедить в том, что освобождение Европы пришло из-за океана.
Зимой и летом 1944 года Красная армия провела ряд операций, в ходе которых враг понес огромные потери. За четыре с небольшим месяца на советско-германском фронте было полностью уничтожено более 30 и разгромлено около 12 дивизий противника. Враг потерял свыше 1 млн. солдат и офицеров.
На советско-германском фронте в разные периоды находилось от 195 до 235 дивизий противника, а на Западном фронте – от 106 до 135,5 дивизий
“Было бы катастрофой, – писал Черчилль, – если бы мы твердо соблюдали все свои соглашения”
Почему же Второй фронт был открыт в 1944 году? Большинство исследователей исходит из того, что к лету 1944 года судьба фашистской военной машины фактически была предрешена на советско-германском фронте, хотя предстояла еще тяжелая борьба, чтобы одержать окончательную победу. Советский Союз был способен ее одержать и освободить порабощенные фашистами народы. Такой исход войны не соответствовал политическим целям правящих кругов США и Англии. Именно это и стало одной из важнейших причин, побудивших их открыть Второй фронт в Западной Европе.
Такова правда об открытии Второго фронта в Европе и его значение в борьбе против фашистской Германии.
По данным советских историков, американские поставки составили: по артиллерии – 1,6%, по авиации – 12,5%, по танкам и САУ – 6,7% относительно произведенных в СССР
С июня 1941 года по август 1945 года Советский Союз выпустил 112,1 тыс. боевых самолетов, 102,8 тыс. танков и САУ, 482,2 тыс. артиллерийских орудий, 351,8 тыс. минометов. Таким образом, американские поставки составили по артиллерии – 1,6%, по авиации – 12,5%, по танкам и САУ – 6,7% относительно того, что было произведено в Советском Союзе.
Что касается других видов вооружения, а также боеприпасов, то удельный вес их был еще меньше и составил, например, по автоматам всего 1,7%, пистолетам – 0,8%, по снарядам – 0,6% и минометам – 0,1% от уровня производства в СССР.
Что касается продовольственных поставок, то среднегодовой экспорт в Советский Союз зерна, муки и крупы из США и Канады (в пересчете на зерно) составлял в годы войны 2,8% среднегодовых заготовок зерна в СССР.
В решающий момент битвы за Сталинград поставки по ленд-лизу практически были прекращены
Невелик был объем поставок в Советский Союз и в 1942 году. В решающий момент битвы за Сталинград поставки практически были прекращены. 18 июля 1942 года, после неудачной проводки в начале июля конвоя PQ-17, Черчилль известил советское правительство о прекращении отправки конвоев Северным морским путем, по которому доставлялось большинство грузов из-за рубежа для Советского Союза. Основное количество вооружения и других материалов было получено СССР в 1944–1945 годах, когда в результате разгрома фашистских войск на советско-германском фронте произошел коренной перелом в ходе Великой Отечественной войны и всей Второй мировой войны.
Всё это справедливо опровергает весьма завышенные оценки значения ленд-лиза как решающего фактора победы Советского Союза над Германией и ее союзниками.
Документы, ставшие доступными в последние годы, позволяют более многосторонне оценить роль ленд-лиза
Вместе с тем документы, ставшие достоянием историков в последние годы, позволяют более многосторонне и объективно оценить роль ленд-лиза.
Это должно учитываться при общей оценке ленд-лиза, хотя если ограничиться основными средствами ведения войны на советско-германском фронте, то содействие западных союзников Вооруженным силам СССР выглядит всё же скромно. Настоящий советский арсенал находился, безусловно, по ту сторону Волги – на Урале, в Сибири, а не по ту сторону Атлантики.
Иное дело – роль поставок по ленд-лизу в развитии и функционировании других сфер экономики. Они помогли «расшить» узкие места, позволили уменьшить негативные последствия специализации на военном производстве, а также уменьшить последствия нарушения экономических взаимосвязей из-за невозможности сбалансированного роста. Материалы, полученные от союзников, позволили, например, полностью использовать производственные мощности советского авиастроения. Это же характерно и для некоторых других военных наркоматов.
Г.К. Жуков: “Помощь союзников помогла Красной армии и военной промышленности, но ей нельзя отводить роль больше той, чем она была в действительности»
Решающая борьба с фальсификацией и искажениями, сохранение правдивой, объективной истории Великой Отечественной войны настоятельно диктуются формированием исторического сознания россиян, необходимостью воспитания граждан нашей страны, особенно подрастающего поколения, в духе патриотизма, распространением в обществе уважения к нашим славным традициям героической борьбы с фашистскими агрессорами.
Михаил Иванович Фролов,
доктор исторических наук, профессор,
вице-президент Академии военно-исторических наук
[1] Переписка Председателя Совета Министров СССР с президентами США и премьер-министрами Великобритании во время Великой Отечественной войны. Т. 1. М., 1976. С. 271.
[2] Haupt W. Rückzug im Westen. 1944. Stuttgart, 1978. S. 12.
[3] Комаров Н. Операция «Оверлорд». Правда и вымыслы //Аргументы и факты. 1984. 5 июня. С. 8.
[4] Rieker K. Ein Mann verliert einen Weltkrieg. Frankfurf a.M., 1955. S. 83.
[5] См.: Великая Отечественная война. Краткая история.
[6] Цит. по: Трухановский В. Уинстон Черчиль. Политическая биография. М., 1963. С. 376.
[7] Правда. 1984. 28 апреля.
[8] Роковые решения. М., 1958. С. 114–115.
[9] Вторая мировая война. Кн. 2. М., 2010. С. 142.
[10] Там же. Орлов А.С., Кожинов В.П. пишут, что полученные автомобили составили 70% всех автомашин, находившихся в распоряжении Красной армии.
[11] Новая и новейшая история. 1993. № 1; 1994. № 3. С. 193.
[12] Орлов А.С., Кожинов В.П. Ленд-лиз: взгляд через полвека //Свободная мысль. 1995. № 2. С. 188.
[13] Цит. по: Лан В. США в военные и предвоенные годы. М., 1978. С. 394.
[14] Цит. по: Слово лектора. 1975. № 5. С. 72.
[15] Орлов А.С., Кожинов В.П. Ленд-лиз: взгляд через полвека. С. 187.
[16] Жуков Г.К. Воспоминания и размышления. Изд. 10-е. Т. 3. М., 1990. С. 147–148.
Открытие второго фронта в 1944 году: медвежья услуга или помощь?
6 июня 1944 года в Нормандии союзники СССР по антигитлеровской коалиции открыли долгожданный второй фронт
Планы и предпосылки
Открытие второго фронта – вопрос, который всегда интересовал советское высшее военно-политическое руководство. Тяжелая ситуация на фронтах в начальный период Великой Отечественной войны и достаточно ограниченная помощь союзников по программе ленд-лиза диктовали необходимость открытия второго фронта. Консультации между лидерами государств-союзников по антигитлеровской коалиции по вопросу открытия второго фронта начались еще в 1941 году. И.В. Сталин в ходе войны всегда отстаивал точку зрения о необходимости скорейшего открытия второго фронта, он понимал, что это снимет нагрузку с Красной Армии и сохранит много человеческих жизней.
Источник: http://waralbum.ru
Более того, даже к маю 1943 года, когда была оговорена высадка в Европе, США и Великобритания уже обладали всем необходимым для проведения такой операции. Тем не менее союзники решили перенести высадку в Европе на 1944 год.
Большая дискуссия шла и между западными лидерами. Так, британский премьер У. Черчилль настаивал на «барахтании» в Средиземном море и высадке на Балканах с целью отсечь Красную Армию от Восточной Европы. А вот лидер США Ф. Рузвельт был сторонником высадки в Западной Европе (здесь его позиция была близка к Сталину).
Источник: https://bigenc.ru
В любом случае высадка задерживалась, где бы она ни намечалась. Это вызывало крайнее неудовольствие советского правительства.
Вмешалась геополитика
Союзники явно выжидали, кто из противников возьмет верх на Восточном фронте. В 1943 году Красной Армии удалось переломить военную обстановку. Всем стало ясно, что разгром гитлеровской Германии – дело времени.
Источник: http://history-doc.ru
Тут-то наши западные союзники и зашевелились. Они прекрасно понимали, что если Советский Союз и дальше будет действовать так же успешно, то под его влияние может попасть Восточная, а за ней и вообще вся Европа. Плюс к тому международный авторитет СССР, который резко повысился, и по всему миру росла популярность левых и коммунистических идей. Это очень пугало западных лидеров и их спонсоров – капиталистов, получавших огромные деньги на военных заказах и производстве. Они не могли допустить, чтобы Европа стала красной.
Источник: https://agesmystery.ru
Под этим соусом и стали готовить грандиозную высадку. Как мы уже упоминали, Черчилль очень боялся Советского Союза, всеми силами тянул одеяло на себя, а значит, – в сторону Балкан, Греции и Средиземноморья в целом. На этом театре пошли «обкатку» методы проведения крупных десантов. Операция «Факел» в Северной Африке, высадка на Сицилию и в Италию – всё это стало прелюдией и хорошей тренировкой к будущей нормандской операции. Черчилль не смог продавить свою позицию, и высадку решено было проводить во Франции.
Всё было бы хорошо, только в это время продолжали гибнуть наши бойцы, а большая часть нацистских войск продолжала воевать на Востоке.
«Оверлорд»
В ходе подготовки к операции, получившей кодовое название «Оверлорд», союзники сосредоточили в Британии 4 армии: 1-ю и 3-ю американские, 2-ю английскую и 1-ю канадскую. Их составе было 37 дивизий (включая 10 бронетанковых и 4 воздушно-десантных) и 12 бригад. Для десантной операции выделялось 1213 боевых кораблей, свыше 4100 десантных судов, барж и катеров, около 1600 торговых и вспомогательных судов. ВВС союзников начитывали более 10200 боевых и 1360 транспортных самолетов, 3500 планеров. Планировалась комбинированная высадка с моря и десант с воздуха. Бомбардировочная и штурмовая авиация усиленно работала по основным транспортным узлам, железным дорогам, складам и местам сосредоточения немецких войск.
Источник: http://history-doc.ru
Высадку наметили на 6 июня 1944 года. Эта операция до сих пор является крупнейшим комбинированным десантом в истории. В ночь на 6 июня почти 4 тысячи самолетов и планеров с десантниками перебросили 3 парашютные дивизии на землю Франции по воздуху. Воздушный десант оказался не очень удачным, десантники понесли существенные потери, были рассеяны и выполнили всего 20% поставленных задач. Но вслед за ними пошел первый эшелон морского десанта. Утром 6 июня тысячи десантных барж при поддержке тяжелых корабельных орудий и всех типов авиации появились у берегов Нормандии.
Источник: http://history-doc.ru
За время высадки на берег было доставлено 156 тысяч солдат и 10 тысяч единиц бронетехники. Колоссальное число! Высадка происходила на пяти нормандских пляжах, получивших кодовые названия: «Юта», «Омаха-бич», «Голд», «Джуно», «Сорд». Только на «Омахе» немцы оказали серьезное сопротивление, и американцы потеряли там почти 5 тысяч солдат убитыми и ранеными. В остальных точках дело пошло удачно. Затем вплоть до конца июля союзники расширяли плацдарм. Это была первая часть операции «Оверлорд» – операция «Нептун». Интересно, что в кармане кителя генерала Д. Эйзенхауэра, будущего президента США, адъютант нашел записку: «Наша высадка в районе Шербур — Гавр не привела к удержанию плацдарма, и я отвёл войска. Мое решение атаковать в это время и в этом месте было основано на той информации, которой я располагал. Войска, авиация и флот сделали всё, что храбрость и верность долгу могли свершить. Если кто-то виновен в неудаче этой попытки, то это только я».
Источник: http://history-doc.ru
К исходу 25 июля союзники собрали на отвоеванном плацдарме почти полтора миллиона человек. Крупнейшая группировка! Этим силам предстояло реализовать дальнейшие планы по освобождению Франции, Бельгии и Голландии – вторую часть «Оверлорда», получившую кодовое название «Кобра».
Итоги
Несмотря на то, что до конца войны был ещё почти целый трудный год, уже к июлю 1944 года можно подвести некоторые промежуточные итоги. Операция «Оверлорд» действительно облегчила положение Красной Армии. Если бы операция не состоялась, возможно, нам пришлось бы провоевать дольше, и с большими потерями. За это мы всегда будем благодарны нашим союзникам, сохранившим жизни тысячам советских солдат.
Источник: http://history-doc.ru
С другой стороны, как мы уже указали, союзники всё видели и всё понимали. Как только одна из сторон на Востоке стала одерживать верх с ощутимым перевесом, тут же вмешались «западные партнеры». Что это, как не холодный геополитический расчёт?
Обладая всеми возможностями для высадки, американцы и англичане, тянули с ней до последнего, закидывая советское руководство обещаниями. Возможно, контуры будущего противостояния в холодной войне и стали очерчиваться не в Тегеране, Потсдаме или Ялте, а на холодных нормандских пляжах, политых кровью американских солдат.
Второй фронт Второй мировой войны
Открытие Второго фронта против гитлеровских войск в Европе – то, чего Советский Союз добивался от Англии и США с 1941 года. Однако союзники СССР ограничивались материальной помощью, регулярно откладывая наземную военную операцию в Европе на будущий год. В результате такой прагматичной позиции, второй фронт был открыт лишь в июне 1944 г.
В чем заключалась проблема открытия второго фронта
Открытие второго фронта в Европе требовало разработки и проведения беспрецедентной по масштабам десантной операции. Высадка англо-американских войск в Нормандии в итоге и стала крупнейшей десантной наступательной операцией в истории.
Правительства Великобритании и США понимали, что в данной операции неизбежны серьёзные людские потери, ещё при неясных перспективах наступления, и не хотели такого развития событий. Поэтому предпочитали не рисковать, снабжая СССР поставками по ленд-лизу и ожидая значительного ослабления Германии в войне.
Советское руководство было благодарно за эту важную материальную помощь, однако настаивало на скорейшем принятии решения об открытии второго фронта в Европе. Ведь он помог бы оттянуть силы агрессоров с Восточного фронта и уменьшить потери Красной Армии.
Но американское и британское руководство решилось на открытие второго фронта во Второй мировой войне лишь тогда, когда стало ясно: гитлеровская Германия побеждена, и она уже не сможет оправиться от ударов советских войск. А Красная Армия уже способна пройти всю Европу, везде насаждая чуждые западным странам коммунистические и прокоммунистические правящие режимы.
Западный фронт Второй мировой войны
Англичане приобрели ценный опыт наземной войны с немцами и итальянцами в Северной Африке в 1941-1943 гг. Там они лично убедились как в мощи и организованности германской армии, так и в слабости армии итальянской.
Поэтому второй фронт во Второй мировой войне был открыт только после того, как союзники произвели «генеральную репетицию» крупномасштабной десантной операции. Это было сделано в 1943 году: высадкой в Сицилии и успешным наступлением англичан и американцев в Италии.
В том же году на встрече Сталина, Черчилля и Рузвельта в Тегеране было окончательно назначено открытие второго фронта: дата (примерная) была определена как май 1944 года.
В соответствии с этим решением, были разработаны не имевшие аналогов по масштабам морская и воздушная десантные операции, и второй фронт был открыт на территории Нормандии, на севере Франции.
Когда союзники СССР открыли второй фронт
Открытие второго фронта – результат операции «Оверлорд». В общей сложности, к участию в ней были привлечены более 2,87 млн человек.
Западный фронт Второй мировой был открыт массовой высадкой войск с десантных кораблей на рассвете 6 июня 1944 года. Одновременно был высажен воздушный десант – для захвата мостов и важных для наступления плацдармов в тылу противника.
Второй фронт в Европе был открыт после массированной бомбардировки позиций немецких войск на побережье. Она продолжалась 5-го и в ночь на 6-е июня силами 2,6 тыс. британских и американских самолётов.
Бомбардировка немецких войск на побережье
В зависимости от эффективности этого массированного авиаудара, высадка десанта на разных участках побережья развивалась по-разному. Самые серьёзные проблемы ожидали американцев в секторе «Омаха». Там немцы оказали ожесточённое сопротивление, и прорвать их оборону удалось лишь ценой больших потерь.
В первые дни операции союзникам удалось захватить важные плацдармы в Нормандии – для накопления войск и последующего наступления. К 12 июня эти плацдармы сложились в занятую территорию шириной в восемьдесят и глубиной до семнадцати километров.
В июле первая часть операции «Оверлорд», под названием «Нептун», была завершена, и началась вторая её фаза, под названием «Кобра» – наступление вглубь Европейского континента.
Второй фронт во Второй мировой – развитие наземной наступательной операции
В конце июля англо-американские экспедиционные войска, сосредоточившись, перешли в наступление. Они использовали своё численное превосходство над противником и наступали успешно, к концу августа заняв всю северо-западную Францию вместе с Парижем.
Но пробиться на территорию Германии было гораздо сложнее. Англичане и американцы не смогли преодолеть мощный оборонительный рубеж «Линия Зигфрида». Поэтому решили вести наступление в обход него, через территорию Голландии.
Эта операция растянулась на всю осень 1944 года, и параллельно с нею союзники не оставляли попыток прорвать немецкую оборону на «Линии Зигфрида».
В декабре 1944 года 2 фронт во 2 мировой войне был серьёзно испытан на прочность. Гитлеровские войска силами трёх армий, насчитывавших 25 дивизий, нанесли по англо-американцам мощный контрудар в Арденнах.
Он создал для союзников критическую обстановку. Лишь благодаря спешной переброске крупных сил с других участков фронта, сосредоточению всей мощи авиации и обеспечению значительного численного превосходства контрнаступление немцев было остановлено.
Лишь в апреле 1945 года второй фронт во Второй мировой войне был передвинут на территорию Германии. 24 марта стартовало решающее наступление союзников с рубежа р. Рейн. Англичане и американцы на широком фронте форсировали эту пограничную реку и начали с переменным успехом продвигаться вглубь Германии.
Наземная операция Второго фронта
Важнейшая победа в истории второго фронта в Европе была одержана 17 апреля 1945 г. Это был разгром группы немецких войск, защищавших Рурский промышленный район. После этого дни сопротивления гитлеровских войск союзникам были сочтены.
25 апреля американские войска встретились на реке Эльбе с частями Красной Армии. Союзники вступили в Чехословакию и Австрию, завершили освобождение Италии.
Открытие второго фронта – итоги
Когда открылся второй фронт, советские войска уже никто был не в силах остановить. Стратегическая инициатива прочно удерживалась Красной Армией, а немцы постепенно теряли силы и откатывались назад под её ударами.
Однако второй фронт в Европе также сыграл важную роль в освобождении Европы от фашизма. Без операции «Оверлорд» советские войска всё равно сокрушили бы Третий Рейх, но ценой гораздо бо́льших потерь, и затратили бы на это больше времени.
Карта наступления второго фронта
Ни для кого ни секрет, что руководители США и Великобритании рассматривали вопрос открытия второго фронта с прагматичной точки зрения интересов своих государств, которые ставили выше коалиционных.
Фото со времен Второго фронта
Их не заботило, что затягивание открытия второго фронта в Европе ведёт к продлению сроков войны, увеличению числа жертв и разрушений в СССР. В итоге, второй фронт был открыт ими прежде всего для того, чтобы выиграть войну не на советских, а на общих коалиционных условиях.
Второй фронт: правда и мифы
Торжественное празднование 70-летия начала операции «Оверлорд» отвечает внедренным в общественное сознание Запада представлениям о том, что лишь после 6 июня 1944 года во Второй мировой войне произошел перелом, и началось освобождение Европы от гитлеризма. Допуск на эти торжества стал свидетельством положительной или отрицательной оценки той или иной страны, вне зависимости от ее исторической роли в победе над нацистской Германией и ее союзниками.
Поэтому против приглашения президента нашей страны, внесшей решающий вклад в победу, на Западе развернулась злобная кампания. Зато безоговорочно был приглашен на торжества еще не приведенный к присяге Порошенко, победа на выборах которого стала возможной, в частности, благодаря разгулу неонацистских сил на Украине.
Почему фронт на Западе Европы считался «вторым»?
Никаких подобных торжеств с приглашением глав правительств и государств-участников антигитлеровской коалиции никогда не проводилось по случаю юбилеев сражений под Москвой, Сталинградом и на Курской дуге, которые действительно стали переломными в ходе Второй мировой войны. Это не удивительно. Западные СМИ обычно умалчивают о таких датах. В школьных учебниках западных стран практически невозможно обнаружить упоминаний об этих битвах, как и вообще о военных действиях Красной Армии. Фронт, который был открыт союзниками СССР в Нормандии и именовавшийся тогда во всем мире «вторым», теперь благодаря многолетним усилиям по обработке общественного сознания изображается решающим в сражениях 70-летней давности.
Понятие «второй фронт» впервые было употреблено Сталиным в его послании Черчиллю от 3 сентября 1941 г., в котором он возвращался к высказанному им ранее предложению открыть «фронт против Гитлера на Западе (Северная Франция) и на Севере (Арктика)». Указывая на то, что Советский Союз оказался «перед смертельной угрозой» Сталин писал: «Существует лишь один выход из такого положения: создать уже в этом году второй фронт где-либо на Балканах или во Франции».
«Из общего числа людских потерь, которые понесла немецко-фашистская армия во Второй мировой войне, более 73% приходится на Восточный фронт». Куманев указывал также на то, что на советско-германском фронте Германия и его союзники потеряли свыше 75% своей авиации, 74% своей артиллерии, 75% своих танков и штурмовых орудий.
Миф о непреодолимом Атлантическом вале
Следует также учесть, что в течение трех лет войны «второй фронт» был абстрактным понятием, не отражавшим реальность. Ответственность за такое положение вещей несли западные союзники нашей страны. Отвергая предложения Сталина об открытии второго фронта, Черчилль неизменно ссылался на непреодолимость германской обороны по побережью Ла-Манша. Осенью 1941 года он писал: «Только в одной Франции немцы располагают сорока дивизиями, и все побережье более года укреплялось с чисто германским усердием и ощетинились орудиями, колючей проволокой». Черчилль доказывал, что осуществление британского десанта было бы на руку Гитлеру и принесло бы ущерб не только Англии, но и СССР. Он писал: «Предпринять десант большими силами означало бы потерпеть кровопролитное поражение, а небольшие набеги повели бы лишь к неудачам и причинили бы гораздо больше вреда, чем пользы, нам обоим».
Казалось бы, за два года, прошедших после того, как союзники на весь мир объявили о своем намерении открыть второй фронт, немцы могли бы на самом деле сделать свою оборону по Ла-Маншу неприступной. Однако этому препятствовали требования советско-германского фронта. Немецкий генерал-лейтенант Б. Циммерман писал после войны: «Несмотря на то, что верховное главнокомандование делало все возможное, чтобы усилить Запад и войсками и вооружением, все принятые в 1943 году меры являлись лишь каплей в море, так как Восток настоятельно требовал новых сил. Создать оперативные резервы на Западе немцам поэтому не удалось! Строительство Атлантического вала было еще далеко от своего завершения. Если бы Атлантический вал был построен в расчете на маневренную оборону, тогда, возможно, он и приобрел бы решающее значение, но этого не случилось, и потому вал только требовал «гарнизонов». которые по сути дела были здесь совершенно беспомощными».
Несмотря на то, что германская разведка располагала исчерпывающими сведениями о скором вторжении союзников, военное руководство рейха продолжало держать свои основные силы на советско-германском фронте.
К июню 1944 г. там находилось 165 наиболее боеспособных дивизий. 59 менее боеспособных дивизий вермахта были разбросаны, по словам генерала и историка Курта Типпельскирха, по всему побережью «от Антверпена до Бискайского залива». По его оценке, в этих дивизиях имелось не более «50% штатной численности». Американский генерал Омар Брэдли вспоминал, что немецкие дивизии «были крайне неоднородны. Семнадцать дивизий являлись полевыми и предназначались для контрударов. Однако большинство из них давно уже остались без транспорта, за исключением самого необходимого. Поэтому они не обладали подвижностью, требующейся в маневренной войне. Двадцать четыре дивизии береговой обороны также были крайне неоднородны по своему составу и обладали еще меньшей подвижностью из-за недостатка транспорта. Остальные дивизии являлись учебными соединениями, укомплектованными главным образом новобранцами».
Опираясь на мощь англо-американской военной техники
Заблаговременно позаботились союзники и об уничтожении горючего для немецкой авиации. В мае 1944 г. ими были предприняты налеты на заводы синтетического топлива.
Б. Циммерман указывал: «Превосходство западных союзников в авиации превратилось весной 1944 года в полное господство их в воздухе. Наступило такое время, когда авиация англо-американцев стала разрушать не только военные объекты, но и промышленные предприятия. В груды развалин превратились все наиболее важные железнодорожные узлы; вся транспортная система западных областей пришла в невообразимый хаос. Сообщение теперь удавалось поддерживать только при помощи различных ухищрений и временных мер. Внешнее кольцо парижского железнодорожного узла подвергалось таким ударам с воздуха, что иногда на несколько дней полностью выходило из строя. Действия истребителей-бомбардировщиков противника, проникавших далеко вглубь страны, исключали всякую возможность движения по дорогам днем и вызывали большие потери среди войск и гражданского населения».
Как отмечал немецкий адмирал Маршалль, «в день высадки западные союзники подняли в воздух до 6700 самолетов, которым противостояли всего лишь 319 немецких машин».
Хастингс считал, что «победа американцев в воздушном сражении над Германией была достигнута за многие недели до того, как первый солдат союзных армий ступил на французский берег».
Огромное преимущество было достигнуто союзниками и на море.
Маршалль писал: «Перед самой высадкой и в ходе нее 317 тральщиков противника протралили почти все немецкие минные заграждения. Под прикрытием легких кораблей и при поддержке мощных соединений флота, в состав которых входило 6 линкоров, 23 крейсера и 104 эсминца, десантные суда противника приблизились к побережью Нормандии, предварительно уничтожив слабые силы сторожевого охранения немцев».
За три года в Британии было построено 4600 десантных судов. Уже после высадки англичане и американцы стали, по словам Маршалля, сооружать «искусственные порты, использовав для этого 60 специально оборудованных торговых пароходов, 146 гигантских 6000-тонных плавучих кессонов и до 100 плавучих волноломов и пристаней. Все это было опущено на дно неподалеку от берега и превращено в искусственный заслон длиной 8 км».
Руководители операции долго выбирали наиболее подходящие условия для десанта, сообразуясь с состоянием моря, лунного света и многими другими обстоятельствами. Казалось, все было подготовлено для блистательной победы. Преобладание в военной технике и материальном обеспечении, постоянные многомесячные тренировки, в ходе которых солдаты были ознакомлены с условиями десанта, убеждали многих из них, что победа над немецкими войсками будет быстрой и сокрушительной.
Рядовой Линдли Хиггинс вспоминал, что до начала вторжения «мы действительно считали, что в любой момент весь рейх вот-вот рухнет. Мы верили, что стоит нам только высадиться на тот берег, как все фрицы поднимут руки».
Уверенность в скорой победе разделяли и генералы. Они, кроме того, полагали, что эта победа должна была привести к новому триумфу США и Великобритании. Как вспоминал О. Брэдли, в марте 1944 года генерал Джордж Паттон, поддержав предложение о создании англо-американских клубов, сказал: «Идея, положенная в основу организации таких клубов, как нельзя своевременна, ибо, несомненно, нам предначертано судьбой править всем миром». Слова Паттона получили широкую огласку.
С утра 5 июня, как вспоминал Эйзенхауэр, «наш небольшой лагерь сотрясался под порывами ветра, достигавшего почти ураганной силы, а дождь, казалось, шел сплошной стеной». О начале операции нельзя было и думать. Однако метеорологи обещали: «К следующему утру наступит до сих пор совершенно непредвиденный период относительно хорошей погоды продолжительностью около тридцати шести часов». Эйзенхауэр вспоминал: «Возможные последствия дальнейшей задержки оправдывали большой риск и я быстро объявил решение приступить к десантированию 6 июня. Никто из присутствовавших не выразил своего несогласия, наоборот, на их лицах проявилось определенное просветление, и каждый без лишних слов направился на командный пункт, чтобы немедленно радировать своим войскам решение, которые приведет их в движение».
Описывая первые часы после начала операции «Оверлорд» утром 6 июня 1944 г., Курт Типпельскирх писал: «С наступлением рассвета авиация и корабли засыпали северное побережье Нормандии от реки Ори до залива Гран-Ве и далее градом авиабомб и снарядов. Они подавляли немецкие батареи, разрушали оборонительные сооружения, сметали проволочные заграждения, уничтожали минные поля и повреждали минные линии связи. Под прикрытием этого адского огня к берегу подошли десантные суда».
Однако, вопреки прогнозу, погода оставалась скверной. Типпельскирх писал: «Штормовой силы норд-вест поднял уровень прилива выше, чем предполагалось, волны стали захлестывать заграждения у берега. Разбушевавшееся море швыряло, как скорлупки, мелкие десантные суда, немало их было выброшено на рифы или опрокинуты. Лишь в двух пунктах удалось спустить на воду танки-амфибии, при поддержке которых пехота должна была выходить на сушу. Заграждения, поставленные у самого берега, в условиях шторма, невозможно было полностью устранить, поэтому они причинили значительные потери. Изнуренные морской болезнью американские, канадские и английские пехотинцы с трудом выбирались на берег».
Типпельскирх признавал, что «восемь полков, полностью укомплектованных по штату военного времени и сосредоточенных в пяти пунктах высадки, перешли в наступление против в полтора раза более слабых, растянутых по всему побережью Нормандии немецких дивизий, из которых только часть могла вступить в бой в районах непосредственно атакованных пунктов». И все же, несмотря на явное преобладание англо-американских сил, немцы сумели организовать контратаки. Благодаря этому, как отмечал Типпельскирх, «американцы в своих районах высадки в течение всего дня не вышли за пределы захваченных узких плацдармов. Особенно тяжело пришлось двум полкам, наступавшим в районе Вьервиля: они натолкнулись здесь на 352-ю дивизию. Наступавшие американцы понесли тяжелые потери, и временами даже казалось, что они не смогут удержаться».
Однако в своих воспоминаниях Дуйат Эйзенхауэр утверждал: «Десантирование проходило довольно успешно». Он лишь глухо упомянул плохую погоду в день вторжения и «исключительно ожесточенное сражение», развернувшееся на одном участке фронта.
Хотя боевые задания в целом были выполнены, многие солдаты впервые поняли, как велика разница между теми, кто планировал операцию, и теми, кто ее выполнял. Их мысли отразил писатель Ирвин Шоу в своем романе «Молодые львы».
Сообщая Сталину 7 июня о ходе операции, Черчилль писал: «Мы переправились с небольшими потерями. Мы рассчитывали потерять около 10 тысяч человек. Мы надеемся иметь сегодня к вечеру на берегу большую часть четверти миллиона человек, включая значительное количество бронетанковых сил, выгруженных на берег со специальных судов или дошедших до берега своим ходом».
На протяжении почти 50 дней (с 6 июня по 24 июля) союзники продолжали наращивать свои силы на французском побережье, лишь отчасти продвигаясь вперед. За это время во Францию было высажено 2 876 439 военнослужащих США, Великобритании и Канады и огромное количество военной техники. 25 июля развернулось наступление в глубь европейского континента.
24 августа англо-американские войска вошли в Париж, и Эрнест Хемингуэй, сопровождавший американские войска в качестве военного корреспондента, описывал, какое волнение он испытал, когда в свой бинокль увидел «серый и как всегда прекрасный город».
Американский генерал Омар Брэдли писал: «К 1 сентября на Западном фронте осталась жалкая горстка деморализованных солдат противника. Мы победно шествовали по дорогам Европы, исполненные оптимизма и радужных надежд. Поражение противника восточнее Парижа было столь сокрушительным, что наши войска, несущиеся стремительно вперед на 2,5-тонных грузовиках, начали считать столь стремительное наступление предвестником скорой переброски на китайско-бирманско-индийский театр военных действий. Это чувство оптимизма охватило даже и штабы, офицеры которых без устали учитывали транспортные средства и вели разговоры относительно возможности попасть домой к Рождеству».
Однако, как признавал Брэдли, «сентябрь 1944 года отмечен в наших календарях как месяц большого банкротства. Наш рывок к Рейну оказался неудачным, и вместе с ним развеялась наша заветная мечта на скорую капитуляцию Германию».
Почему же англо-американские войска, существенно превосходившие немецкие по степени и качеству вооруженности, «застряли», по словам Брэдли, «в стальных зубах линии Зигфрида»? В значительной степени это объяснялось «человеческим фактором», прежде всего, низкой военной и психологической подготовкой к боевым действиям американских солдат и офицеров, составлявших большинство экспедиционного корпуса.
Хастингс отмечал, что, оказавшись в вооруженных силах, все, кто мог себе это позволить, старались устроиться в те рода войск, которые не были связаны с действиями на поле боя. Он писал: «Во время Второй мировой войны молодые англичане из привилегированных слоев общества все еще тяготели к пехотным и танковым полкам, в то время как их американские двойники предпочитали более престижные назначения в авиации, в управлении стратегических служб, на административные должности в армии или в дипломатическом ведомстве.
Служба в качестве офицера в боевых подразделениях на фронтах так и не стала модной среди молодых американцев.
Это дает основание считать, что «зубы» американской армии были серьезно затуплены, так как в армии отсутствовала определенная часть наиболее способных и подходящих для военного дела солдат и офицеров».
Имея в 2 раза меньше боеприпасов, чем немцы, американские солдаты получали гораздо более весомые продовольственные пайки, чем немецкие. Макс Хастингс писал: «Ежедневный рацион каждого американского солдата в Нормандии составлял шесть с половиной фунтов против трех фунтов с небольшим у немецкого солдата». При этом у американцев был определен «размер сладостей в одну унцию, бисквитов в две унции и один пакет жевательной резинки для каждого человека». В результате американским солдатам было трудно проходить со своими туго набитыми вещевыми мешками там, где расстояние между стенами было невелико и они ругали английские вагоны за слишком узкие двери.
И все же, несмотря на заботу о продовольственном снабжении, американцы, как и во всех войнах, в которых они участвовали со времен Войны за независимость, плохо переносили условия некомфортной, военной жизни и часто болели.
Ч. Уилмонт называл это наступление «Пёрл-Харбором войны в Европе». Оборона союзников была прорвана, а американские части в Бастони были окружены.
Большое число американских самолетов было уничтожено на земле. Было захвачено немало пленных, среди которых оказался и будущий американский писатель Курт Воннегут. 1 января 1945 года немцы перешли в наступление в Эльзасе.
Тогда последовало знаменитое обращение Черчилля к Сталину за помощью в виде военных действий на советско-германском фронте. Ради западных союзников было решено ускорить наступление Красной Армии в январе 1945 г. Немцы опять перебросили подавляющую часть своих сил на Восток. Однако несмотря на массовые сдачи немцев союзникам и тайные переговоры с Гиммлером о капитуляции перед западными державами, англо-американские войска явно отставали в своем продвижении к центру рейха по сравнению с советскими войсками,
1 апреля 1945 г. Черчилль с тревогой писал Рузвельту о том,
что «русские армии, несомненно, захватят всю Австрию, и войдут в Вену. Если они захватят также Берлин, то не создастся ли у них слишком преувеличенное представление о том, будто они внесли подавляющий вклад в нашу общую победу, и не может ли это привести их к такому умонастроению, которое вызовет серьезные и весьма значительные трудности в будущем? Поэтому я считаю, что с политической точки зрения нам следует продвигаться в Германии как можно дальше на восток и в том случае, если Берлин окажется в пределах досягаемости, мы, несомненно, должны его взять».
И хотя в своем стремлении остановить Красную Армию Черчилль даже был готов прибегнуть к помощи немецких солдат, отдав распоряжение не разоружать их, а держать наготове (операция «Немыслимое»), эти усилия были предприняты слишком поздно и ни к чему не привели. Мечта генерала Паттона о том, что триумф союзников продемонстрирует право США и Великобритании править миром, оказалась иллюзорной. Хотя западные союзники сумели освободить Францию и Бельгию, а затем занять западную часть Германии, вклад второго фронта в дело разгрома гитлеризма был очевидно менее значительным, чем вклад Красной Армии.